104 дня за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Нет ни документов, ни авто. В правительстве объяснили, как снять с учета такую машину, чтобы не платить налог
  2. «Пары начинались в 3 утра». Белорусы, которые учатся в Китае, не могут вернуться в вуз
  3. Протестировали, как работает оплата проезда в метро по лицу, и рассказываем, что из этого вышло
  4. «Малышке был месяц, они ее очень ждали». Что известно о троих погибших в страшной аварии под Волковыском
  5. «Предложили снять, я отказался». Житель «Пирса» повесил на балконе БЧБ-флаг, а его авто забрал эвакуатор
  6. Беларусбанк начал выдавать потребительские кредиты. Какую сумму дадут при зарплате в 1000 рублей
  7. В Витебске увольняют Владимира Мартова — реаниматолога, который первым в Беларуси честно говорил о ковиде
  8. На продукты рванули цены. Где сейчас выгоднее закупаться — на рынках, в гипермаркетах, дискаунтерах?
  9. «Утром ломились в подъезд». Что известно о массовых задержаниях блогеров и админов телеграм-чатов в Минске
  10. Вот почему он стоит больше 100 тысяч евро. В Минск привезли первый Mercedes S-класса нового поколения
  11. Двухлетний ребенок полгода не видел папу. Посмотрите, как сын встречает политзаключенного
  12. «За полтора месяца мое душевное рвение ушло в минус». Минчанка продала квартиру и купила синагогу
  13. Для водителя, который прокатил на капоте гаишника, запросили 11 лет колонии усиленного режима
  14. Как Беларусь зарабатывает на реэкспорте цветов в Россию
  15. Все магазины Bigzz и «Копилка» не работают. Компания ушла в ликвидацию
  16. Приговор по делу о «ноль промилле»: полгода колонии журналистке TUT.BY и два года с отсрочкой врачу
  17. Светлана Тихановская прокомментировала видео СК по ее делу
  18. Кирилл Рудый — о жизни после госслужбы и проектах с Китаем. «Cперва кажется, ничего нельзя, а оказывается — все можно»
  19. Суд за надпись «3%» и пять лет колонии за «изготовление ежей». Что происходило в Беларуси 3 марта
  20. «Осторожно, тут могут быть бэчебэшники». Как в Купаловском прошел первый спектакль после президентских выборов
  21. Лукашенко рассказал о подробностях переговоров с Путиным
  22. Родители не пускали дочь на учебу из-за ковида — и ее отчислили. Колледж: все законно
  23. Кризис и волны релокейта не помеха? Резидент ПВТ пошел развивать технологические проекты в регионах
  24. Какой будет погода весной и стоит ли прятать теплые пуховики в марте
  25. Водители жаловались, что после поездки по М10 не могут отмыть машины. Вот что рассказали дорожники
  26. Был боссом Дудя, построил крутой бизнес в России, а сейчас помогает пострадавшим за позицию в Беларуси
  27. «Готовились к захвату зданий в Гомеле». СК — об экстрадиции Тихановской и деле в отношении ее доверенных лиц
  28. «Шахтер» впервые стал обладателем Суперкубка Беларуси, победный пенальти забил вратарь
  29. Перенес жуткое сотрясение, но вернулся и выиграл два Кубка Стэнли. Хоккеист, которым восхищается весь мир
  30. Жуткое ДТП в Волковысском районе: погибли три человека, в том числе новорожденный ребенок
BBC News Русская служба


Врачей и медсестер в Италии славили как героев за их самоотверженную борьбу с коронавирусом. Однако сейчас, когда пик эпидемии и самое трудное время позади, им приходится нелегко.

Фото: Paolo Miranda
Фото: Paolo Miranda

Ломбардия — самый пострадавший от COVID-19 регион мира. Тамошние медики с трудом держатся.

Паоло Миранда — медбрат в палате интенсивной терапии в Кремоне. «Я стал более раздражительным, — признается он. — Я легко начинаю злиться и даже лезу в драку».

Несколько недель назад Паоло начал делать снимки, чтобы составить фотолетопись того, что происходило в реанимационной палате. «То, что мы пережили, не должно быть забыто. Скоро это станет историей, — говорит он.

Паоло хочет запечатлеть, как его коллеги работают во время «Фазы-2» — постепенного возвращения жизни в нормальное русло.

«Хотя чрезвычайная ситуация идет на спад, мы по-прежнему ощущаем себя как во тьме, — говорит он. — Чувство такое, будто мы изранены. Мы носим внутри все, что видели и пережили».

Ночные кошмары

Его состояние разделяет Моника Мариотти, тоже реанимационная сестра. «Нам сейчас сложнее, чем во время кризиса», — говорит она.

«Тогда перед нами был видимый враг. Сейчас появилось время для рефлексии, и я чувствую себя потерянной, а существование бесцельным».

На пике эпидемии они были внутренне мобилизованы и заняты каждую секунду. Теперь напряжение ослабло, а вместе с ним — и выброс адреналина.

Зато выходит на поверхность весь стресс, накопленный за последние недели.

«Я мучаюсь бессонницей и кошмарами, — рассказывает Моника. — Я просыпаюсь по десять раз за ночь от сердцебиения и нехватки воздуха».

Фото: Paolo Miranda
Фото: Paolo Miranda

Ее коллега Элиза Пиццейра говорит, что во время чрезвычайного положения ее энергия казалась неисчерпаемой, а теперь иссякла.

Не хватает сил приготовить еду и прибрать в доме. В выходные она проводит большую часть дня просто сидя на диване.

Далеко от нормы

Мартина Бенедетти — еще одна реанимационная медсестра из Тосканы. Она до сих пор боится встречаться с родными и друзьями, чтобы не заразить их.

«Я социально дистанцируюсь даже от мужа, — говорит она. — Мы спим в разных комнатах».

Фото: Paolo Miranda
Фото: Paolo Miranda

Малейшее усилие кажется ей немыслимым. «Всякий раз, когда я выхожу на прогулку, меня охватывает беспокойство, и я спешу вернуться», — жалуется Мартина.

Чем больше она раздумывает, тем меньше уверенности в себе ощущает.

«Я не уверена, что хочу и дальше работать медсестрой, — говорит она. — За эти два месяца я увидела больше смертей, чем за предыдущие шесть лет».

Около 70% итальянских медиков, участвовавших в борьбе с COVID-19 в наиболее пострадавших областях, страдают от эффекта выгорания, показывает последнее исследование.

«Фактически сейчас самый тяжелый момент для врачей и сестер, — говорит руководитель исследования Серена Барелло. — Когда человек борется с кризисом, его организм выделяет гормоны, помогающие преодолеть стресс. Но когда он получает, наконец, возможность расслабиться и заново пережить то, что с ним случилось, а общество вокруг идет дальше — тогда все рушится, и он чувствует себя физически и эмоционально опустошенным».

Фото: Paolo Miranda
Фото: Paolo Miranda

Доктор Барелло опасается, что многие врачи и медсестры еще долго после эпидемии будут страдать от посттравматического синдрома. Его воздействие может растянуться на месяцы или даже годы, отравляя жизнь человека.

Для медиков это означает неспособность работать дальше с энергией и сосредоточенностью, которых требует их профессия.

Забытые герои

Во всем мире фронтовых докторов и медсестер, рискующих собственной жизнью, славят как героев. Но в Италии народная любовь к ним пошла на спад.

«Когда каждый боялся умереть, мы внезапно стали героями. Но теперь про нас начали забывать, — говорит Моника Мариотти. — Скоро мы снова будем считаться людьми, которые подтирают чьи-то зады, ленивыми и не слишком нужными».

В Турине медсестры устроили демонстрацию, требуя должного признания своих заслуг. Они выстроились в цепь и надели на головы мешки для мусора в напоминание о том, как им приходилось импровизировать в палатах из-за нехватки средств индивидуальной защиты.

«В марте мы были героями, а сейчас про нас забыли», — скандировала одна из них в мегафон.

За работу им обещали денежные премии, но пока их так и не выплатили.

Спасения нет

Жертвами COVID-19 стали 163 итальянских врача и 40 медсестер. Четыре человека покончили с собой.

По словам итальянских медиков, люди ведут себя так, словно никакой эпидемии не было. «Меня переполняет возмущение», — говорит Элиза Нанино, врач, оказывавшая помощь пациентам с COVID-19 в домах престарелых.

После смягчения карантина она постоянно видит компании, которые едят и пьют, не надевая масок и не соблюдая никакой дистанции.

«Мне хочется подойти и закричать им в лицо, что они подвергают всех опасности! Это такое неуважение ко мне и ко всем моим коллегам», — говорит Элиза Нанино.

Практически все медики согласны с тем, что поддержка сограждан помогла им выстоять во время кризиса.

Фото: Paolo Miranda
Фото: Paolo Miranda

«Я не герой, но я ощутил себя очень нужным», — говорит Паоло Миранда.

Признательность окружающих — лучшая помощь медикам, преодолевающим посттравматический синдром, считает доктор Барелло.

«Каждый из нас сегодня способен сыграть важную роль, — говорит она. — Мы не должны забыть то, что сделали для нас врачи и медсестры».

Солдаты возвращаются с полей войны и залечивают душевные травмы дома. Медиков ждет очередная 12-часовая смена. Они должны справиться с собой, находясь там же, где страдали.

«Я ощущаю себя солдатом, вернувшимся с войны, — говорит Паоло Миранда. — Конечно, я не видел оружия и трупов на улицах, но во многих смыслах я чувствую, что побывал в окопах».

София Беттица
BBC World Service

-15%
-50%
-35%
-43%
-15%
-30%
-10%
-20%