Ольга Валина /

Ровно 10 лет назад, 12 января 2010 года, в 16 часов 53 минуты по местному времени на Гаити произошло землетрясение магнитудой 7 баллов по шкале Рихтера. Оно практически полностью разрушило столицу этого государства, унеся, по разным данным, от 230 до 300 тыс. жизней. Общее число жертв, включая погибших, раненых и тех, кто остался без крова, оценивают в 3 млн человек.

Остров невезения

Еще до разрушительного землетрясения Республику Гаити называли проклятым местом. Вся история этой страны, занимающей западную часть одноименного острова, — беспросветная черная полоса из-за государственных переворотов, коррупции, насилия, голода и стихийных бедствий.

До этого землетрясения Гаити была (и остается до сих пор) самой бедной страной Западного полушария. Ее экономика — это примитивное сельское хозяйство, наркотрафик, контрабанда, постоянная гуманитарная помощь стран Запада, а также денежные переводы от родственников-эмигрантов, превышающие весь экспорт страны.

Фото: Flickr / John Peltier
Фото: Flickr / John Peltier

В стране высокий уровень безработицы и преступности. Более 60% взрослого населения — неграмотные, 80% живет за чертой бедности. Свыше половины детей в стране недоедает, до 60% населения не имеет доступа к чистой воде.

Многие из тех, кто не может перебраться в США, Канаду или хотя бы в более благополучную Доминикану, занимающую вторую половину острова, стекаются в поисках лучшей жизни в столицу Гаити — Порт-о-Пренс, где и оседают в ее многочисленных трущобах.

Армагеддон

Но именно Порт-о-Пренс 12 января 2010 года не повезло больше всего: эпицентр землетрясения находился всего лишь в 22 километрах к юго-западу от города. А после основного толчка в 7 баллов последовало множество повторных, из них 15 с магнитудой более 5 баллов. Построенные из самых дешевых материалов, без соблюдения не то что сейсмических, а зачастую даже строительных норм, дома просто складывались, превращаясь в груду обломков и братские могилы.

Фото: Reuters
Район Канапе-Верт после землетрясения в Порт-о-Пренсе, столице Гаити. 13 января 2010 года. Фото: Reuters

«Мы вообще-то непривычны к землетрясениям, я знаю о них только по фильмам и рассказам других. Так что я сразу и не поняла, что случилось, и решила, что все скоро закончится. Но толчки не прекращались, и я почему-то пыталась удержать книги на полках — чтобы они не падали. Это притом что весь дом мог рухнуть в любую минуту. Наконец мы поняли, что это серьезно, и выбежали из дома. Весь вечер приходили друзья, покрытые пылью, но мы все еще не осознавали масштабов случившегося», — делилась своими воспоминаниями местная жительница Мишель Монтас, журналист и бывший пресс-секретарь главы ООН.

Мишель повезло: ее дом находился в пригороде, в меньшей степени затронутом землетрясением. Но отправившись в центр города, она увидела, что он полностью разрушен, а улицы завалены мертвыми телами.

С лица земли были стерты тысячи жилых домов, школы, больницы, музеи, кафедральный собор, тюрьма, многие правительственные и административные здания, нарушены системы связи, транспорта, электро- и водоснабжения. Система госуправления, которая и до землетрясения не была особо эффективной, практически перестала функционировать.

Фото: Reuters
Люди ищут выживших под завалами после землетрясения. Порт-о-Пренс, Гаити, 13 января 2010 года. Фото: Reuters

В таких условиях ситуация в городе напоминала Армагеддон: везде были руины и разлагающиеся на жаре трупы. Выжившие, опасаясь новых толчков, ночевали на улице, им остро не хватало чистой воды, продовольствия, медикаментов и врачебной помощи. По улицам бродили банды мародеров.

«Я видела, как люди голыми руками вытаскивали из-под обломков братьев, сестер, отцов, матерей и соседей. Я видела, как жертв собирали экскаватором, кидали в кузова мусороуборочных грузовиков и хоронили в общих могилах, вырытых в городских свалках. Я видела, как бесконечная вереница людей взбиралась на вершины Петион-Виля и Кенскоффа, оставляя нижнюю часть города бесчинствам мародеров. Этот ужас, которому сложно найти название, это „гудугуду“ (так население Гаити обозначает звук, сопровождающий землетрясение. — Прим. ред.) вынудили десятки тысяч потрясенных жителей Гаити бежать в провинцию, в Доминиканскую Республику, США и Канаду», — писала гаитянский социолог и антрополог Мишель Орьоль в статье для «Курьера Юнеско».

«В течение трех последующих ночей весь этот люд, скопившийся на улицах города, подальше от разрушенных домов, под обломками которых лежали трупы родственников, молил Иисуса и читал Библию. Апокалипсис, слово 6-е: „И когда Он (Агнец. — Прим. ред.) снял шестую печать, я взглянул, и вот, произошло великое землетрясение […] И всякая гора и остров двинулись с мест своих“. (…) Все произошедшее толковалось как знак свыше: в том, что рухнули церкви и Национальный дворец, обвиняли политических деятелей, разгневавших Бога», — отмечала Мишель Орьоль.

Фото: Reuters
Национальный дворец и резиденция президентов Гаити также серьезно пострадал. 13 января 2010 года. Фото: Reuters

Спасательная операция, напоминающая оккупацию

Первая международная помощь начала прибывать на Гаити уже 13 января. Всего порядка 50 стран и международных организаций направили туда своих военных, спасателей, врачей, оборудование и гуманитарные грузы. Но первую скрипку играли США: их войска (контингент превышал 13 тыс. человек) взяли под контроль остатки центральной госструктуры страны, местный аэропорт, восстановили работу порта в Порт-о-Пренсе, как могли обеспечивали порядок в зонах доставки медикаментов и продовольствия и разбор завалов.

Фото: Reuters
На Гаити также был направлен плавучий госпиталь ВМС США «Комфорт» — оборудованный по последнему слову техники, располагающий 12-ю операционными и способный принять до тысячи пациентов. 16 января 2010 года. Фото: Reuters

Распределение помощи и спасательные работы на Гаити крайне осложняло то, что немногочисленная уцелевшая после землетрясения инфраструктура была перегружена. Имелись проблемы со связью и электроснабжением. Дороги с твердым покрытием (а их и до землетрясения было раз-два и обчелся) были повреждены. Не хватало топлива.
Слабой была и координация действий между различными международными организациями (причем этот фактор значительно повлиял на реализацию различных программ и в последующий период).

«Координация была огромной проблемой. Для оказания помощи в Гаити прибыло множество самых разных организаций, как гражданских, так и военных. Какие-то из них признали координирующую роль ООН, другие предпочли действовать самостоятельно. Некоторые частные благотворительные организации наотрез отказывались сотрудничать с властями Гаити. Да и само правительство было неспособно в то время взять на себя координирующую функцию», — отмечал позже региональный представитель управления ООН по делам беженцев Венсан Коштель.

Фото: Reuters
Погрузка гуманитарного груза от Международного Красного Креста в Женеве. Фото: Reuters

Да и действия США вызывали нарекания у других стран. Так, Бразилия, Франция и ряд благотворительных организаций заявляли о том, что их самолетам со спасателями и грузами не дают возможности приземляться в аэропорту Порт-о-Пренса, и после нескольких часов бессмысленного кружения над городом они вынуждены уходить в аэропорты соседней Доминиканской Республики. Президент Венесуэлы Уго Чавес вообще обвинил США в «скрытой оккупации» Гаити, а причиной землетрясения назвал испытание ими секретного «тектонического оружия».

Количество людей, спасенных из-под завалов, было ничтожным в сравнении с количеством погибших. Число жертв было крайне сложно подсчитать, но ясно было одно: их число росло и росло. Как будто этого было недостаточно, местный жрец вуду объявил, что те, кто похоронен в братских могилах, могут вскоре ожить как зомби.

Все это накаляло и без того тяжелую ситуацию. Всюду вспыхивали массовые беспорядки, за продовольствием, лекарством, бензином и товарами первой необходимости выстраивались огромные очереди. Воровство и грабежи достигли невообразимого размаха.

Фото: Reuters
Мужчина с ножом защищает продукты, вынесенные из разрушенного магазина. Порт-о-Пренс, Гаити, 15 января 2010 года. Фото: Reuters

Корреспондент Би-би-си Мэтт Фрай передавал с места событий: «Единственный промысел, который здесь существует, — это мародерство. В качестве оружия в ход идет все — пила, палка и, конечно, всякие мачете и огнестрельное оружие, которое носят под одеждой. Терпение людей иссякает, а все составляющие насилия налицо: полный город отчаявшихся людей, при этом — присутствие значительного криминального элемента, а также традиция применения насилия. В этом свете перспективы Гаити выглядят тревожно. Если анархия пойдет дальше, американским войскам придется патрулировать улицы, а их спасательная миссия будет выглядеть все больше как полномасштабная военная операция».

Полномасштабной военной операции все же не понадобилось. Со временем ситуация несколько стабилизировалась, и к концу марта США вывели с Гаити значительную часть своих сил, оставив поддерживать порядок миротворцев ООН и гаитянскую полицию.

Фото: Reuters
Завалы в Гаити разбирались всем миром. На снимке — российские спасатели выносят 11-летнего Сенвило Онри, который пробыл под завалами четыре дня. Порт-о-Пренс, 16 января 2010 года. Фото: Reuters

Беспрецедентная помощь

Еще до завершения спасательной операции под эгидой ООН началась беспрецедентная кампания по сбору средств для Гаити, к которой подключились многие страны, международные организации, частные компании, селебрити и простые люди. Только через систему ООН после землетрясения доноры предоставили на восстановление страны свыше 1 млрд долларов США.

Но на долгосрочные программы требовалось куда больше. По оценке Межамериканского банка развития, в результате землетрясения был причинен ущерб в размере от 7,8 до 8,5 млрд долларов, причем со временем прогнозировался его рост до 13,9 млрд. Власти Гаити попросили мировое сообщество о помощи в 11 млрд долларов.

Фото: Reuters
По оценкам правительства Гаити, землетрясение прямо или косвенно затронуло 1,5 млн детей и молодых людей в возрасте до 18 лет; приблизительно 720 тыс. из них было от 6 до 12 лет. Фото: Reuters

На прошедшей в Нью-Йорке Международной конференции доноров, посвященной долгосрочному восстановлению и развитию Гаити, было обещано выделить 9,9 млрд, в том числе 5,3 млрд — в течение двух лет. План предполагал, в частности, программы по повышению эффективности местных органов власти, уменьшению уязвимости перед будущими стихийными бедствиями, защите окружающей среды, развитию частного сектора и гражданского общества, защите прав человека и гендерного равенства. Еще ранее Всемирный банк, МВФ, страны «Большой семерки» и ряд других кредиторов заявили о готовности списать долги Гаити, видимо понимая, что республика будет просто не в состоянии их отдать.

Несмотря на то, что в последующие годы финансирование выделялось не в тех объемах, как было заявлено, их общая сумма за 10 лет превысила 16 млрд долларов (с учетом средств международных организаций и частных доноров).

Фото: Reuters
По оценкам правительства Гаити, в результате землетрясения во всех пострадавших от землетрясения районах страны были полностью разрушены 105 тыс. домов, еще около 190 тыс. — сильно повреждены. Фото: Reuters

К концу января 2010 года поисково-спасательные работы и чрезвычайные меры перешли в фазу «раннего восстановления». Так, ПРООН запустила программу «деньги за работу»: местным жителям давали наличные в обмен за их готовность выйти на очистку улиц и восстановление разрушенной инфраструктуры. «Со времени землетрясения мы создали 300 тыс. временных рабочих мест, люди участвуют в работах по расчистке завалов, уборке мусора, защите от природных бедствий в будущем. Причем 40% работающих составляют женщины. Это крупнейшая в мире программа по созданию рабочих мест», — констатировала спустя два года после землетрясения заместитель руководителя ПРООН Ребекка Гринспэн.

К четвертой годовщине трагедии на Гаити пресс-служба ООН со ссылкой на слова генсека Пан Ги Муна сообщила, что в стране удалось «серьезно укрепить систему здравоохранения, большая часть детей смогла вернуться в школы». «Более 90% перемещенных лиц покинули лагеря для беженцев. В Гаити удалось возродить экономическую активность, в целом справиться с кризисом и приступить к долгосрочному восстановлению», — отмечали в ООН.

Впрочем, у местных жителей на этот счет было иное мнение. Значительная часть их все еще ютилась в палаточных лагерях (спустя год после землетрясения таких людей было около миллиона человек, причем половина из них — дети; через два года их число снизилось до полумиллиона, спустя четыре года — около 150 тысяч, пять лет — около 85 тысяч). Там не было даже элементарных санитарных условий, вовсю орудовали банды и процветало сексуальное насилие.

Фото: Reuters
Такие палаточные городки появились в первые же дни после катастрофы. Некоторые из них просуществовали несколько лет. На снимке — один из сотен палаточных городков в Прет-о-Пренсе, Гаити, 17 января 2010 года. Фото: Reuters

Никуда не делся продовольственный кризис. Так же, как и все те проблемы, которые были и до землетрясения: слабое политическое управление, отсутствие инфраструктуры и ограниченный доступ к основным ресурсам.

Новые бедствия

Как будто этого было мало, осенью 2010 года на Гаити началась эпидемия холеры, которая привела к гибели свыше 9 тыс. человек (всего же число заболевших превысило 800 тыс.). По иронии судьбы, к распространению заболевания привел сброс сточных вод в реку Артибонит из лагеря непальских миротворцев ООН.

Фото: Reuters
Ребенок ловит рыбу на замусоренном берегу в Прет-о-Пренсе, 25 ноября 2010 года. Фото: Reuters

В том же году по Гаити прошелся ураган «Томас», в 2012 году — «Исаак» и «Сэнди». А в 2016 году пришел «Мэтью», который метеорологи назвали самым мощным за десятилетия. На Гаити он унес жизни около 900 человек, в целом же в той или иной степени пострадали 1,2 млн человек. По информации ООН, в одной из провинций стихия повредила 85% всех зданий. Всего же в стране из-за «Мэтью» было затоплено 1,8 тыс. домов, еще сотни были серьезно повреждены или полностью разрушены. Кроме того, ураганом было повреждено множество объектов социальной и гражданской инфраструктуры, система электроснабжения и водоснабжения. И ООН снова кинула клич о необходимости помочь Гаити «всем миром».

В 2018 году Гаити пережил период сильной засухи, еще одно землетрясение (к счастью, не очень разрушительное) и наводнение. Там продолжалась эпидемия холеры, дифтерии и малярии и миграционный кризис, связанный с добровольным или насильственным возвращением людей, ранее бежавших в Доминиканскую Республику и другие страны Латинской Америки вследствие катаклизмов в стране.

Фото: Reuters
Девушка помогает с прической своей подруге на пороге своего убежища. Это строение нельзя назвать домом, но она живет в нем уже несколько лет. Район Ла-Салин в Порт-о-Пренс, Гаити, 8 августа 2019 года. Фото: Reuters

«Эти факторы в сочетании с хронической бедностью, экономическим и социальным кризисом и структурными проблемами способствуют сохранению гуманитарной кризисной ситуации. В 2019 году в гуманитарной помощи нуждается в 2,6 млн человек, в том числе 1,33 млн женщин, 1,3 млн мужчин, 1,227 млн детей, 161 тыс. пожилых людей, которые в основном страдают от острой нехватки продовольствия», — говорилось в последнем обзоре, опубликованном Управлением по координации гуманитарных вопросов ООН.

А в 2019 году в стране обострился социально-политический кризис: сотни тысяч людей начали выходить на улицы с требованием отставки президента Жовенеля Моиза, обвиняя власти в росте инфляции, коррумпированности чиновников и общем ухудшении экономической ситуации в стране. В ходе столкновений гибнут люди, едва функционируют школы, больницы, закрыты многие государственные учреждения, включая органы правосудия, люди испытывают трудности с продовольствием, водой и топливом.

Вот так и живет страна, которую называют «проклятым раем».

-67%
-10%
-16%
-10%
-23%
-25%
-20%
0068422