Александр Власкин /

Движение «желтых жилетов» во Франции возникло стихийно месяц тому назад, 17 ноября. Однако активно освещаться события в этой стране стали лишь две с небольшим недели тому назад, после того как протесты в столице, Париже, закончились насилием и вандализмом. Основная проблема с протестным движением — в том, что мало кто понимает его причины, суть и конечные цели протестов, в том числе, как ни странно, и сами участники. В то же время французские беспорядки являются, пожалуй, важнейшим историческим событием, которое определит дальнейшее развитие не только страны, но и всего континента в ближайшей исторической перспективе. Хотя бы поэтому стоит попытаться разобраться в происходящем без эмоций и идеологии.

Представители протестного движения слушают обращение президента Франции Эммануэля Макрона к нации. Фото: Reuters
Представители протестного движения слушают обращение президента Франции Эммануэля Макрона к нации. Фото: Reuters

Кто такие «желтые жилеты»?

Этот вопрос задают крупнейшие СМИ и эксперты и чаще всего теряются в догадках. Если обратиться к фактам, то можно сказать, что протесты поддерживают, по данным различных опросов, от 70 до 80% населения. Большинство протестных действий происходят вне Парижа: блокируются шоссе, заправки, подъезды к крупным гипермаркетам. Все эти протесты протекают постоянно, возникают спонтанно, но не привлекают такого внимания, как субботние манифестации в столице.

Фото: Reuters

В социальном плане представители «желтых жилетов» — жители провинции (то, что у нас назвали бы «замкадьем»), в основном — средний класс и низкооплачиваемые слои населения. Вообще же речь идет о массовом недовольстве сложившимся в стране положением дел. Причем недовольство это охватывает сторонников практически всех политических партий и движений. Как сказал один из протестующих в интервью ВВС: «У нас разные политические взгляды. Я голосовал за Макрона, а рядом со мной стоят сторонники Меланшона (социалисты) и Ле Пен (право-консервативная партия). У нас много политических разногласий. Но спорить об этом мы станем потом, когда уйдет это правительство и придет время строить новую Францию».

Чем недовольны и чего они хотят?

На сегодняшний момент уже очевидно, что введение новых «зеленых» налогов на топливо стало лишь спусковым крючком протестов, но не основной их причиной. Правительство отменило новые топливные сборы на неопределенный срок, но протестующие не собираются прекращать давление.

Фото: Reuters
Фото: Reuters

Ставший знаменитым список требований «желтых жилетов» представляет собой сборную солянку левых, правых и центристских идей, что легко объяснимо, если учитывать социально-политический состав протестующих. Однако, если рассмотреть его как единое целое (несмотря на то, что все эти пункты никто официально не выдвигал и не утверждал, а также что список постоянно расширяется), можно понять, что лежит в основе недовольства и протеста. Если обобщить информацию из списка и многочисленных интервью протестующих, можно выделить три основные причины.

Первая: падение уровня жизни

Об этом мало пишут, но впервые за несколько столетий истории Франции (да и многих других западных стран) нынешнее поколение граждан живет хуже, чем предыдущее. Раньше такое случалось только в результате войн, а в мирное время уровень благосостояния рос постоянно. Родители могли быть уверены, что их дети будут зажиточнее и счастливее них. Теперь такой уверенности нет. Несмотря на наличие большого количества программ социальной поддержки, большинство населения практически не получает государственную помощь, в то же время отдавая большие ресурсы на ее функционирование: уровень налогов во Франции составляет более 60% от брутто-дохода и является одним из самым высоких среди развитых стран. Если сюда прибавить высокий уровень безработицы среди молодежи (23%) и недавнюю реформу Трудового кодекса, позволившую работодателям с большей легкостью не только нанимать, но и увольнять работников, можно говорить и об отсутствии уверенности в завтрашнем дне.

Вторая: рост имущественного расслоения

Экономический рост последних десятилетий и возникновение цифровой экономики в очень неравной степени облагодетельствовали граждан страны. Расслоение имеет социальное и географическое измерения. Если объяснить кратко, то можно просто привести старую фразу: богатые становятся богаче, бедные — беднее. Кроме того, бонусы новой экономики распределяются неравномерно территориально. Во всем мире основными бенефициарами роста последних десятилетий становятся большие города (в первую очередь во Франции — Париж), в то время как провинция зачастую, напротив, теряет в уровне благосостояния. Понятное дело, что столь несправедливое распределение общественных ресурсов не может не возмущать французов, взросших на идеях «свободы, равенства и братства».

Третья: отсутствие обратной связи

Эта ситуация знакома белорусам, и нам сложно представить, что в демократической стране граждане могут считать, что парламент и правительство, состав которых определяется прямыми и демократическими выборами, не представляют их интересы. На самом деле ситуация сложилась так, что имущественное расслоение со временем приводит и к социальному. Разные группы граждан, в зависимости от их уровня доходов, практически не пересекаются с представителями более или менее состоятельных групп. Политика всегда была и всегда, наверное, будет в основном спором о подходах к распределению общественных богатств. Потому в сегодняшней Франции, как в любой другой стране, политики всегда на передовой там, где крутятся большие деньги. А это значит — в Париже, среди таких же политиков, бизнесменов, журналистов и профсоюзных функционеров. То, что представители элит все больше замыкаются на своем круге общения и принятия решений, приводит к тому, что возникает целая прослойка «забытых людей» — тех самых жителей провинции с невысокими доходами, которые составляют половину, если не большинство граждан, которые работают и платят налоги, но мнение которых мало кого интересует.

Почему именно Макрон?

Теперь следовало бы объяснить, почему именно Эммануэль Макрон стал самым отвергаемым президентом едва ли не за всю историю Франции и почему его уход в отставку является едва ли не главным требованием протестующих.

Президент Франции Эммануэль Макрон обращается к нации из-за протестов "желтых жилетов". Фото: Reuters
Президент Франции Эммануэль Макрон обращается к нации из-за протестов «желтых жилетов». Фото: Reuters

Начнем со «слабой легитимности» Макрона с самого момента его избрания полтора года тому назад. Во-первых, в начале президентской избирательной кампании — 2017 в ней уверенно лидировал лидер правых «Республиканцев» Франсуа Фийон, но его рейтинг был обрушен в результате скандала с трудоустройством его супруги. Фийон мог победить еще в первом туре, но после публикации скандальных данных многие из них либо не пошли на выборы вовсе, либо оказались перед выбором: ультралевый Меланшон или ультраправая Ле Пен. Или Эммануэль Макрон, который обещал перемены и светлое будущее. По сути, избрание Макрона стало не поддержкой его программы, а кредитом политического доверия, который политик не оправдал.

Сам Макрон вовремя не понял, что выбрали не его самого, а кандидата по имени «не Меланшон и не Ле Пен». Более того, его поведение после вступления в должность показалось многим французам просто вызывающим: он говорил с избирателями свысока, позволяя себе почти оскорбительные высказывания в адрес пенсионеров («Франция была бы счастливее, если бы таких людей, как вы, у нас не было», — заявил он старику, который пожаловался на низкую пенсию), молодежи («Нет работы? Перейди через улицу и устройся официантом в кафе!» — это молодому архитектору, который сказал президенту, что не может устроиться по специальности).

Вполне возможно, что одной из причин роста масштабов протестов стала реакция президента на возмущение граждан после объявления о введении «зеленого налога» на топливо: «Французы живут неправильно, я заставлю их изменить свои привычки», — заявил Макрон. И именно это, а не незначительный, в целом, по сравнению с предыдущими повышениями рост цены могло стать причиной взрыва. Никогда не стоит забывать о гордости французов. А Макрон забыл. За что, кстати, у него сейчас множество кличек: мини-король или мини-Юпитер (с учетом его небольшого роста и космических амбиций).

В результате объективных накопленных экономических проблем и собственного высокомерия рейтинг президента упал с 40 до почти 20%. Причем надо отметить, что негативный рейтинг Макрона можно сравнить только с непопулярностью Людовика XVI, а мы все хорошо помним, что с ним случилось.

…И другие ошибки президента

С самого начала протестного движения «желтых жилетов» их основное требование было — чтобы их выслушали. Для этого они съезжались со всех концов Франции в Париж и собирались перекрывать Елисейские поля. В ситуации, когда ни одно политическое движение и даже профсоюзы не выражают их интересы, они не видели другого пути достучаться до людей, принимающих решения.

Протесты были мирными до тех пор, пока в субботу, 24 ноября, правительство не приняло решение разогнать протестующих с использованием водометов и слезоточивого газа. Ту же ошибку совершил Янукович в 2013 году, применив насилие к участникам Майдана, вместо того чтобы пытаться с ними договориться. Именно с момента разгона митинга в последнюю субботу ноября события приобрели неконтролируемый характер.
Еще одной ошибкой Макрона стало то, что он практически никак не комментировал происходящее и не предлагал решений возникшей проблемы. Поездка в Буэнос-Айрес казалась ему важнее, чем события внутри страны. С нарастающими протестами пытался разобраться премьер-министр Эдуар Филипп. Молчание Макрона критиковали все («Он уже вернулся из Аргентины или попросил там политического убежища?» — спрашивали газеты). Однако попытку разрешить кризис он предпринял только в минувший понедельник, выступив с обращением к нации.

Принеся извинения за то, что мог кого-то ранее оскорбить своими словами, Макрон заявил, что начнет широкомасштабные реформы в стране с учетом голосов всех слоев населения (как позже выяснилось, имелись в виду только экономические реформы), поднимет минималку на 100 евро (протестующие требовали на 500), а также отменит налогообложение по некоторым видам пенсий и работ для самых малообеспеченных.
Но рецепты Макрона оказались явно недостаточными и появились слишком поздно. Время косметических правок ушло.

Фото: Reuters

Что дальше?

Решение, предложенное президентом в его речи от 9 декабря, очевидно, не решает ни одну из трех основных причин недовольства. Небольшое снижение налоговой нагрузки и повышение минималки не приведет к снижению имущественного расслоения, общему массовому росту доходов и, очевидно, не вылечит врожденные пороки политического устройства Пятой республики.

Поэтому протестующие не собираются останавливаться. На субботу, 15 декабря, назначен «Акт V» протестов в Париже. Вполне вероятно, что он станет менее массовым, чем предыдущие. Возможно, часть протестующих временно удовлетворится покаянием Макрона. Однако со всей определенностью можно сказать, что история «желтых жилетов» далеко не окончена.

Раздача денег и снижение налогов — лечение всего лишь симптомов, но не болезни. Основная же причина происходящего — в том, что большинство налогоплательщиков Франции ощущают, что у них нет голоса в управлении страной. «Нет налогам без представительства» стало девизом революции в США, что-то похожее требовали граждане в ходе других революций на протяжении истории.

Похоже, пришло время что-то менять в системе, в противном случае она будет постоянно давать сбои, пока не случится серьезная катастрофа. Остается только надеяться, что эта идея дойдет до Эммануэля Макрона своевременно.

Выводы для Беларуси

Как уже говорилось, движение «желтых жилетов» неизбежно изменит историю Франции и всей Европы. История последних веков показывает, что революционные движения на нашем континенте — очень заразное явление и распространяются по соседним государствам со скоростью лесного пожара. «Желтые жилеты» уже бунтуют в Бельгии и Нидерландах, странах, испытывающих те же проблемы, что и Франция. Правительство Испании решило подстраховаться заблаговременно и с 1 января поднимает минимальную зарплату на 22%. Такого не бывало почти 50 лет. Остальные правительства ЕС замерли в ожидании и испуге.

Любые политические изменения во Франции обязательно приведут к переменам в ЕС в целом. Франция, особенно после «брексита», — один из двух экономических лидеров союза, а также культурный и политический центр Евросоюза. То, что ждет Францию, ожидает и все остальные страны ЕС.

А Евросоюз, как мы все знаем, с запада и севера граничит с нашей страной. Вне зависимости от того, «подхватим» ли мы «желтую лихорадку», нам следует понимать следующее:

— протесты возникают внезапно, когда политические и экономические элиты их меньше всего ожидают. Потому что если бы они их ожидали, простое чувство самосохранения заставило бы их предпринять меры для исправления ситуации;

— для возникновения протестов всегда есть глубокие и масштабные причины, за возникновением которых нужно следить. Просто так граждане массово на улицы не выходят. А для того, чтобы следить за здоровьем экономики и общества, необходимо иметь налаженные и хорошо работающие механизмы обратной связи;

— в любой стране, вне зависимости от политического устройства, народ является единственным источником власти. Бывает, что граждане эту власть создают, а бывает, что просто терпят. Но у любого терпения бывает конец, и приходит он тогда, когда его меньше всего ждут.

-10%
-50%
-10%
-40%
-50%
-10%
-26%
-50%
-10%