BBC News Русская служба


Узбекская служба Би-би-си поговорила с внуком покойного президента Узбекистана Ислама Каримова — Исламом Каримовым-младшим — и спросила его о судьбе его матери Гульнары Каримовой, а также о ситуации вокруг семьи бывшего президента.

Гульнара Каримова. Фото: Reuters
Гульнара Каримова. Фото: Reuters

23-летний Ислам Каримов живет в Лондоне. С ним беседовал корреспондент Узбекской службы Би-би-си Ибрат Сафо.

Би-би-си: Ислам, расскажите, где сейчас ваша мама, в каком она состоянии, где ее держат вообще?

Ислам Каримов: Она находится сейчас все так же дома, как и была с самого начала. На улице Яхъе Гулямова. Ее там держали с самого начала, и все слухи, что она улетела в другие страны, что она ходила по городу, — это все были фейки. То есть нанимали людей и одевали, как она, чтобы ходили по городу, гоняли машины. Но это факт, что она не выходила оттуда.

Би-би-си: Она под домашним арестом, так?

И.К.: Неофициально. То есть ей не предъявили обвинений, ей не сказали, по какому делу, на какой срок. Просто поместили под домашний арест. Но это было при дедушке. Сейчас его нет. И никто не объявил, продолжается ли домашний арест, обновляется ли, официализируется ли — это именно политическая ситуация, я думаю, больше.

Би-би-си: А какие там условия, какое вообще состояние у вашей мамы?

И.К.: Ошибочное мнение, что она находится в самом доме, в комфортном доме, в котором она раньше жила. Потому что в самом начале дом закрыли, ее поместили в комнату, там, две-три комнаты в пристройке к дому.

Ее там держат и, например, в один момент говорили — мы не можем вам дать еду, пока вы не оплатите ее. Она сказала: «Откройте дом, я принесу вам деньги, заплачу за еду». Ей сказали: «Нет, мы вам не откроем дом, это ваши проблемы, как найти деньги».

Идет моральное давление, которое как бы невозможно ничем объяснить. Если человек отбывает какое-то наказание — то почему идет такое? Это уже что-то личное, я думаю.

Би-би-си: А к ней можно зайти?

И.К.: Нет, нельзя. Любой человек, который попытается приблизиться к дому, пытается проведать ее, сразу арестовывается, сразу упаковывается и доставляется на Гвардейскую [на Гвардейской улице находится тюрьма и следственный изолятор СНБ].

Би-би-си: А ваша сестра?

И.К.: Сестренка тоже, когда на улице стоит, ее просят — пожалуйста, не стойте здесь, пройдите, не стойте у ворот. Им разрешают видеться раз в месяц, и то нерегулярно. Без каких-то объяснений. Просто «нет, не ваш день сегодня».

И полностью это идет под контролем СНБ. Это сто процентов их сотрудники стоят. Если это не они — то почему они слушаются кого-то другого?

Би-би-си: А сестра где сейчас живет?

И.К.: Сестренка сейчас в отеле «Туркистан» находится, в том же, куда ее поместили отдельно от мамы в феврале этого года. Она может свободно выходить, но ночует там же. То есть она не может никуда пойти без мамы.

Она говорит: «Я не могу улететь, я не могу никуда пойти». Потому что они-то хотят ее отправить из страны. Но тогда любой случай, который может произойти с мамой — не будет ни свидетеля, ни человека, который на контакте с ней.

У меня нет прямой связи с ней [Гульнарой Каримовой]. Если с ней что-то произойдет — единственный человек, который знает — это сестренка.

Би-би-си: Вы говорите, у вас нет прямой связи. Как вы получаете вообще информацию о маме?

И.К.: Очень сложно сейчас объяснить, потому что я могу подставить людей, которые помогают в этом. Все равно есть вокруг нее люди, которые понимают, что происходит, что это ненормально. И в самом начале даже меняли людей специально вокруг нее.

Регулярно меняли смены, даже не просто смены, а с концами, потому что, находясь там более двух-трех месяцев, смена начинала понимать, что это не какой-то простой домашний арест, а уничтожение человека идет, психическое, моральное и физическое уничтожение человека.

И не все с этим согласны, нормальный человек не может с этим быть согласен.

Би-би-си: Вы говорили два года назад, что ее жизнь в опасности. Вы и сейчас так считаете?

И.К.: Сейчас это только накаляется. Сейчас у них есть в планах, я знаю это почти на сто процентов, что они хотят. Я не могу сказать, каким образом, потому что это их какие-то планы, но они хотят ликвидировать ее, скорее всего, через какое-нибудь отравление. Потом обвинят кого-то другого.

То есть они не хотят, чтобы она вышла, потому что тогда это все вскроется. Встанут вопросы, на которые придется отвечать. Никто не сможет ответить на эти вопросы, потому что то, что происходило все эти годы не только с нами, но и вокруг нас — нету объяснений.

Би-би-си: Вы говорите «они», как будто недоговариваете чего-то. Вы знаете, кто на самом деле это делает?

И.К.: Очень сложно сказать, кто именно, я могу не знать точно, я могу обвинить человека. На самом деле, если что-то произойдет и обвинится человек не тот, а человек, который сам что-то сделал с ней, будет использовать мои слова — «ой, вот же он говорил, что это вот они делают».

Би-би-си: У нее есть какие-то аккаунты? Вот был вброс такой фейк-аккаунтов под именем Гульнары Каримовой.

И.К.: Нет. На данный момент у нее нет никакой социальной активности, нет никакой, абсолютно никакой социальной странички.

Би-би-си: Почему вы не поехали на похороны президента Каримова?

И.К.: Я очень хотел. Мне ближе дедушки, кроме мамы и сестренки, не было человека. Но я понимал, что если поеду туда, то наша история закончится навсегда.

Потому что несколько раз я слышал от людей и некоторых членов моей семьи, и от СНБ, что «если бы вот он тут был — сразу троих бы убрали». Единственная причина, почему они не делают ничего с мамой и сестренкой — потому что они знают, что тут начнется паника.

Если бы мы втроем там были — мы бы втроем пропали, а через пять-шесть лет что-нибудь про нас бы объявили. Упали с горы, там, что угодно могут сказать.

Если бы я прилетел — я бы сделал для них огромный подарок. Но вопрос не в том, почему я не полетел, вопрос в том, почему сестренка, находясь там, в Узбекистане, в Ташкенте, почему мама, находясь в Узбекистане, не смогли попрощаться со своим отцом, со своим дедом.

Би-би-си: Вы думаете президент сам отрекся от вас и от Гульнары Каримовой?

И.К.: Нет. Это то, что хотят выдать за действительность тетя [Лола Каримова-Тилляева], бабушка, то, что хочет выдать за действительность СНБ. Для них главное, чтобы народ думал — вот, наш президент от дочки отказался, и она, значит, она такая.

Би-би-си: Вот такой раскол — как вы думаете, почему он произошел? Какова причина раскола в семье, вашего раскола с тетей и бабушкой?

И.К.: Мне кажется, раскол произошел в головах людей намного раньше, чем он выявился наяву здесь. У мамы с ее сестрой в молодости всегда были нормальные отношения. Я больше виню в этом дедушку.

Мама окончила математическую школу с золотой медалью, по стопам дедушки. Мама занималась спортом, она начинала строить свою карьеру. Все, что она делала, тетя пыталась повторить. Но почему?

Я думаю потому, что дедушка всегда ей говорил: «Почему ты не можешь быть, как твоя сестра, почему ты не можешь нормально учиться, почему ты не можешь быть ей?». Я думаю, это неправильно. Но это повлияло на нее.

На протяжении всей жизни была какая-то гонка. Она хотела показать, что она тоже что-то может. Я думаю, вот оттуда возникла ненависть, потому что факт в том, что она никогда не могла достигнуть этого уровня.

Мы хотели помириться [с тетей и бабушкой]. Мы адекватная сторона, которая хочет разговора, хочет диалога, мы хотим понять, что они хотят от нас, чтобы все жили в мире. Но этого же не происходит. Они даже не говорят, почему ее держат.

Би-би-си: А что вы думаете о судебных делах за рубежом? Вот в Америке, например, уже назвали вашу маму подозреваемой и заморозили несколько миллионов долларов. Вы что думаете об этих процессах?

И.К.: Я думаю только одно: узбекская сторона очень сильно хочет, чтобы все средства, которые были заморожены на зарубежных счетах под разными именами и компаниями, вернулись в Узбекистан.

Но я прекрасно знаю, и, думаю, вы тоже, что эти средства не вернутся в бюджет, на строительство дорог или школ. Эти средства должны быть либо конфискованы, если они криминальные, либо должны вернуться через структуру, которая будет следить, как они будут тратиться.

Би-би-си: Вы не собираетесь просить политического убежища в Британии?

И.К.: Я не хочу. Для меня все равно моя родина — это Узбекистан, я не бегу от своей родины, я просто гарантирую безопасность своей семьи, находясь здесь.

В ответ на рассуждения Ислама Каримова о мотивах вражды между сестрами Узбекская Служба Би-би-си получила заявление от юристов Лолы Каримовой-Тилляевой:

«Госпожа Каримова-Тилляева отказывается реагировать на эти смехотворные и необоснованные замечания, которые, как представляется, были предоставлены ее отчужденной сестрой или кем-то от ее имени, кроме как выразить сожаление, что такие замечания были сделаны, и пожелать этим людям всего хорошего».

Видеоинтервью Ислама Каримова Узбекской службе Би-би-си можно посмотреть целиком по ссылке.

{banner_819}{banner_825}
-35%
-10%
-10%
-30%
-25%
-15%