Поддержать TUT.BY
67 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. «Люди спрашивали, как мы живем». История семьи с незрячими родителями и здоровым малышом
  2. «Службой был доволен, не жаловался». Что известно о погибшем в части в Островце 18-летнем срочнике
  3. «Как будто хотят сделать процедуру сложнее». Ковалкин — о грядущих изменениях по обращениям
  4. И ездить не стыдно, и налог платить не надо. Подборка крутых автомобилей старше 1991 года выпуска
  5. Топ-баскетболистка Беларуси не верит, что в стране все останется как есть. И вот почему
  6. Переоформляют активы, пишут жалобы, продолжают зарабатывать. Как бизнес отреагировал на санкции ЕС
  7. В Минске начался суд над бывшим студентом БГУИР, которого обвиняют в попытке сорвать учебный процесс
  8. «В весе 115 кг я перестала выходить из дома». История девушки, похудевшей на 55 килограммов
  9. Лукашенко чиновникам про биометрические паспорта: Даже двойки нельзя вам поставить по защите персональных данных
  10. Провалы в памяти и догадки свидетелей. В Могилеве продолжают судить главу отделения Белгазпромбанка
  11. Долги давят на баланс. БМЗ ждет новую порцию поддержки от государства
  12. «Шатать и раскачивать нас будут». Лукашенко назначил нового госсекретаря Совбеза
  13. Предложения по Конституции: Утверждать результаты президентских выборов будет Всебелорусское собрание
  14. У Комитета госконтроля новый «старый» руководитель
  15. Собрали протестные флаги районов Минска в одну карту. Полюбуйтесь на этот креатив
  16. Узнали, какая ситуация с краудфандинговыми площадками, основатель которых — Эдуард Бабарико
  17. Тайна, которую хранили 30 лет. Белоруска узнала, что мать всю жизнь скрывала: она ей не родная
  18. «Людей лишают «плюшек». Официальные профсоюзы придумали, как удержать работников и «наказать» тех, кто вышел
  19. Четыре спальни, гостиная и терраса. Проект каркасного дома на 108 «квадратов» со сметой
  20. Задержанные на акциях в поддержку Навального — о нарушении прав, отношении полиции и своей мотивации
  21. Прокурор запросил пять лет за тяжкие телесные повреждения милиционера. Обвиняемый 12 дней был в реанимации
  22. Игорь Лосик остановил голодовку после более чем 40 дней
  23. «Выживали — по-другому и не скажешь». Каково сейчас на Окрестина, где не принимают передачи
  24. Врач Никита Соловей больше не главный инфекционист Минска
  25. «Скучно, девочки». Путин прокомментировал расследование ФБК о дворце в Геленджике
  26. Минское «Динамо» обыграло дома «Северсталь». Это третья подряд победа «зубров»
  27. Экс-студента БГУИР, которому суд дал 114 суток ареста за марши, внезапно отпустили с Окрестина
  28. Кадровый вторник и Ян Солонович на свободе. Что происходит в Беларуси 26 января
  29. А протесты — врозь. Почему Путин не будет гулять с автоматом и в России не запретят синие трусы
  30. Активно протестовавший «Гродно Азот» доверили бывшему вице-премьеру Ляшенко


Марина Рахлей,

Марина Рахлей, эксперт Немецкого фонда Маршалла (США), Берлин
Марина Рахлей, эксперт Немецкого фонда Маршалла (США), Берлин

Тот факт, что путч в Турции провалился, заставил многих вздохнуть с облегчением. И тех, кто вышел на улицы, чтобы помешать военным прийти к власти, и международное сообщество, которое в последнюю очередь заинтересовано в очередной гражданской войне в регионе.

Несмотря на большое количество разногласий, Запад и Анкара не отступают от взаимных договоренностей. Ведь не только Евросоюзу нужен союзник на «берегу турецком», Анкара тоже видит в ЕС и США стратегических партнеров, потерять которых невозможно.

Беспорядки в Турции в ночь на субботу начались и закончились именем демократии: военные, традиционно светские, предприняли попытку спасти страну от авторитарного президента Реджепа Тайипа Эрдогана; турецкий народ, однако, выступил против военного переворота, осудили его и все фракции парламента. И результат — полная противоположность укреплению демократии: девять тысяч уволенных госслужащих, шесть тысяч арестованных, среди которых не столько военные путчисты, сколько судьи.

Великая Турция

Фото: Reuters
Фото: Reuters

Эрдоган у власти с 2003 года (сначала как премьер-министр, с 2014 как президент) и последние несколько лет целенаправленно закручивает внутриполитические гайки под лозунгом Великой Турции, которая встала с колен и готова возглавить исламский мир. Под авторитарный каток попали независимые СМИ, эксперты, диссиденты.

У Эрдогана нет абсолютного большинства в парламенте, но власть его почти абсолютна. Так, он стоял за недавней отставкой предыдущего премьера Ахмета Давутоглу, который не во всем был с ним согласен и пытался вести самостоятельную политику. Нынешний себе такого уже не позволяет. Когда турецкие граждане выступили против танков, Эрдоган фактически получил картбланш на расширение своей власти. Будут ли это досрочные парламентские выборы или изменения в конституции, но парламентско-президентская республика вскоре может стать президентской.

В стране, где более светское или более религиозное правительство приходят к власти по очереди и откатывают реформы предшественников, сегодня на фоне бурных событий в регионе, время серьезной исламизации: строятся мечети, вводятся религиозные уроки в школах, принимают новые законы. Турецкое общество поляризовано: почти треть — это светские граждане, кемалисты, другая треть — это исламисты, отдельная группа — это курдское меньшинство. Причем, опросы показывают, что люди не готовы даже жить рядом с теми, кто думает иначе, чем они.

Пик недовольства исламизацией — и возможность объединиться — турки продемонстрировали в 2013 году в ходе протестов на площади Таксим в Стамбуле ради сохранения парка Гези, где власти хотели строить мечеть. Но ухудшение ситуации в соседних странах и участившиеся в стране теракты привели к тому, что турецкое общество смирилось с авторитарным, но эффективным лидером. Перспектива военного переворота, пусть и под лозунгами демократии и светского государства, тепло встречена не была. События выходных показали, на что готовы радикальные сторонники Эрдогана, убивавшие солдат и мочившиеся на их тела.

Запад — важный партнер Турции

Фото с сайта politobzor.net
Фото с сайта politobzor.net

При всех внутренних турбулентностях и агрессивной внешнеполитической риторике, Анкара продолжала сотрудничество с Евросоюзом и США. С авиабазы Инджирлик ВВС Америка бомбила ИГИЛ в Сирии, для Евросоюза Турция — важный форпост (пусть и условной, но) стабильности в регионе.

В марте Брюссель и Анкара договорились, что в обмен на то, чтобы не пускать беженцев в Европу, Турция получит соглашение о безвизовом режиме и 3 млрд евро на мигрантов. В стране эта договоренность была воспринята, опять же, по-разному. Турецкие СМИ даже предложили вариант наоборот: Анкара даст европейцам деньги, чтобы они забрали беженцев себе. Были и те, кто критиковал ЕС за готовность фактически финансировать репрессивный режим и выдавать ему пряники в виде визовой либерализации.

В Брюсселе это соглашение, пусть и решающее проблему только временно, праздновали как первую серьезную победу в кризисе с беженцами. Европа фактически закрыла опасный нелегальный маршрут через Эгейское море: если раньше в Грецию ежедневно (!) прибывало около 1,740 беженцев, то сегодня эта цифра около 47.

Сегодня в Турции находится около 3 миллионов беженцев. Отношение тут к иммигрантам двойственное: с одной стороны, конечно, есть боязнь и за свою культуру, и за рабочие места. С другой стороны, в Турции слишком многие имеют эмигрантские корни: их предки-мусульмане приехали из бывшей османской империи, стран Балкан и Кавказа. Кроме того, традиционно сильная внутренняя миграция в поисках работы и лучшей жизни.

Хотя стороны в общем и целом довольны друг другом, остается много белых пятен. Так, нет статуса у нелегалов, высланных в Турцию из Европы, это значит, они не могут претендовать на медицинское и социальное обслуживание. Много вопросов и по запланированной схеме, что за каждого сирийского нелегала, возвращенного в Турцию, ЕС вывезет из этой страны одного сирийского мигранта, который въехал туда легально. Но Европа не справляется ни с быстрой высылкой из ЕС, ни с перераспределением запланированных 160 тысяч внутри стран-членов.

Есть сложности и с соглашением о безвизовых поездках турецких граждан в шенгенскую зону сроком до 90 дней. Резво начав выполнять условия ЕС, Анкара споткнулась на тех, которые выполнить непросто, например, свобода слова и право на справедливый суд. Эрдоган также наотрез отказался сузить определение терроризма, мол, от этого выиграют только курды и Исламское государство, которые по очереди берут на себя ответственность за взрывы в турецких городах. Европейцы же видят, как государство под эгидой борьбы с терроризмом прибрало к рукам СМИ, а антитеррористический закон использует, чтобы преследовать диссидентов… Неудавшийся путч только усилит эти тенденции под эгидой зачистки путчистов.

Стратегическое терпение

В последнее время Эрдоган сделал ряд неожиданных внешнеполитических шагов, которые тем не менее укладываются в его логику обеспечения стабильности, укрепления своей власти и борьбы с курдским меньшинством. Анкара пошла на сближение с Израилем, принесла извинения России за сбитый самолет и пытается наладить отношения с режимом Башара Асада в Сирии. Кроме того, Турция не намерена отказываться от возобновленных в 2005 году переговоров по вступлению в Евросоюз.

В Брюсселе понимают, что Анкара — сосед объективно сложный, но сегодня стратегически незаменимый. В борьбе с сегодняшними вызовами, будь-то беженцы, терроризм или другие сюрпризы нестабильного Ближнего востока и Северной Африки, без «турецкого берега» не обойтись. Запад стал заложником ситуации, в которой угроза полной зачистки политического поля и усиление исламизации Турции значительно уступает по важности внутриполитической стабильности страны и возможности договариваться с ее авторитарным руководством.

Другой вопрос, насколько стабильным режим Эрдогана окажется в условиях поляризованного общества. И здесь как никогда Западу пригодится стратегическое терпение.

-50%
-15%
-10%
-15%
-40%
-40%