1. «Чем ниже спускаешься, тем больше горя». Жители домов над «Октябрьской» — о теракте в метро и фото, сделанных сразу после взрыва
  2. Прокурор: Протесты в Беларуси начались и из-за блогеров из Бреста. Обвиняемых лишили слова в суде
  3. Референдум в Кыргызстане: страна становится президентской республикой
  4. «Письма Шрёдингера» и рассказы в неволе. Максим Знак в заключении написал более сотни произведений
  5. «Семь лет врачи думали, что симулирую». История Анжелики, которая больна дистрофической миотонией
  6. «У Лукашенко нет опоры в госаппарате». Латушко рассказал про новые санкции и транзит власти
  7. Закроем наши посольства там, где они не приносят отдачи? С кем мы успешно торгуем, а с кем — просто дружим
  8. Врач объясняет, откуда берется шум в ушах и как от него избавиться
  9. БАТЭ в скандальном матче сумел уйти от поражения, «Шахтер» на 4 очка оторвался от преследователей
  10. Автозадачка на выходные. Простая ситуация на перекрестке, но мало кто справится
  11. Роман одного из самых известных белорусских писателей отправили на экспертизу
  12. 15 жертв, более 400 пострадавших. 10 лет назад произошел теракт в минском метро
  13. Как не пропустить рак легкого? Главное о здоровье за неделю
  14. Владимир Макей: «Сегодня никто не спорит, что Александр Лукашенко выиграл выборы»
  15. Топ-10 самых популярных подержанных авто в стране. Какие на них цены?
  16. Какие курсы доллара и евро установили обменники на выходные
  17. «Этот магазин для всех». В Минске открывается гастромаркет FishFood, где закупаются рестораны
  18. Оценивает по походке. История бывшего балетмейстера, который в 74 года работает фитнес-тренером
  19. «Запретили пить, курить и заниматься музыкой. Он спросил, зачем тогда жить». Вышла биография культового белорусского музыканта
  20. Я живу в 25 км от центра Европы. Как семья на хуторе в глуши среди леса делает сыры по рецептам ВКЛ
  21. СМИ опубликовали разговоры подозреваемого по делу MH17 в день трагедии
  22. «Джинн злобно загоняется в бутылку». Большое интервью с многолетним журналистом президентского пула
  23. «Радость — лучшее лекарство». Витебский бизнесмен начал рисовать 3 года назад, когда заболел раком
  24. Пассажиры автобуса, которых не пустили в Украину из-за поддельных ПЦР-тестов, рассказали подробности
  25. С осторожным оптимизмом. Как безвизовый Гродно, потерявший туристов и деньги, ждет новый сезон
  26. Крупных промышленных должников собрались оздоравливать через спецагентство
  27. Полчаса процедуры, два дня страданий. Как я сделала прививку от коронавируса
  28. За сутки в Беларуси зарегистрировано 1175 новых случаев COVID-19
  29. В Беларуси не хватает более 2 тысяч врачей и столько же — медсестер. В Минтруда рассказали про дефицит специалистов
  30. История одного фото. Как машинист метро и его коллеги помогали пассажирам после взрыва 11 апреля 2011 года
BBC News Русская служба


Александр Кан,

Во вторник в Европейском суде по правам человека в Страсбурге прошло первое слушание по делу о случившемся чуть более десяти лет назад захвате школы в Беслане.
 
Фото: Reuters
Фото: Reuters

1 сентября 2004 года во время торжественной линейки в бесланской школе №1 группа боевиков захватила в заложники 1128 человек. Они провели в спортзале и других помещениях школы три дня, мучаясь от жары, жажды и голода. В результате состоявшегося два дня спустя штурма школы погибли 334 человека, из них - 186 детей.
 
За эти десять лет бесланская трагедия была предметом бесконечных разбирательств в самых различных судебных и государственных инстанциях Российской Федерации – от местного суда в самом Беслане до специальной комиссии Государственной Думы.
 
Однако приехавшие из Беслана в Страсбург женщины никак не считают проводившиеся российскими властями расследования и принятые судебные решения удовлетворительными.
 

Вопросы, вопросы

"Мы были вынуждены обратиться в Европейский суд по правам человека для того, чтобы отсюда, из Страсбурга, на весь мир громко заявить о том, что в расследовании остались вопросы, - говорит Сусанна Дудиева из организации "Матери Беслана". - Вопросы применения тяжелого вооружения, вопросы непрофессионального, нескоординированного действия штаба по спасению заложников. Те самые вопросы, которые не дают нам спокойно жить".
 
Сын Сусанны Дудиевой Заур погиб 3 сентября 2004 года во время штурма спортзала бесланской школы. Ее дочь Залина была ранена. Сусанна, как и многие другие потерявшие детей женщины Беслана, разуверившись в поисках справедливости на родине, решила обратиться в Страсбург.
 
Группу заявителей – а их в общей сложности 447 человек – представляют несколько юристов, которые сформулировали перед судом целый ряд претензий к российским властям: о неспособности местных правоохранительных органов быстро и адекватно реагировать на поступавшие в их адрес сигналы о планировавшемся в День Знаний 1 сентября 2004 года в одной из школ Беслана теракте; об отсутствии какого бы то ни было контроля и координации в действиях сил МВД, ФСБ и армии; о несоразмерном применении силы и, наконец, о преднамеренном уничтожении улик с целью вывести представителей власти из-под ответственности.
 
"Самое главное, что прозвучало в зале суда, - говорит представляющий "Матерей Беслана" адвокат Сергей Князькин, - это то, что, по нашему мнению, власти в первую очередь пытались уничтожить всех террористов, а потом уже спасать заложников".
 

Дело чрезвычайной важности

Сам факт проводимого в ЕСПЧ слушания по этому делу – уже есть подтверждение судом его чрезвычайной важности. В страсбургский суд нескончаемым потоком идут жалобы – десятки, сотни тысяч ежегодно. К рассмотрению же судом принимаются лишь несколько десятков.
 
Правительство России на заседании суда отстаивал уполномоченный РФ при ЕСПЧ, заместитель министра юстиции Георгий Матюшкин. Прокомментировать Би-би-си свою позицию он отказался, сославшись на то, что незавершенные дела не обсуждает.
 
В своем выступлении перед судом Матюшкин приводил множество примеров того, как власти самых разных стран мира – от Великобритании до Израиля – вынуждены были применять довольно жесткие, заведомо обрекающие на смерть заложников меры в противостоянии террористическим актам.
 
Европейский суд по правам человека – высшая инстанция для разрешения споров между индивидуумом и государством. Представляющие жертв Беслана и их родственников юристы убеждены в том, что решение суда будет в пользу заявителей. Если же такое на самом деле произойдет, что это будет означать и для самих пострадавших в Беслане, и для причастных к делу представителей российских властей, и для России в целом?
 
"Если суд примет сторону заявителей, то мы, конечно же, рассчитывали бы на новое расследование, которое привело бы к установлению и наказанию виновных чиновников российских правоохранительных органов, которые допустили как применение неизбирательного оружия, так и сокрытие многих относящихся к делу документов", - говорит адвокат Кирилл Коротеев.

Не против России

Принятое к рассмотрению ЕСПЧ дело называется "Тагаева и другие против России".
 
"Мы не против России, - под одобрительные возгласы своих товарищей по несчастью говорят нам приехавшие из Беслана Анета Гадиева и Марина Пак. – Мы за Россию, мы против того, чтобы в стране творилось беззаконие и против людей, которые это допускают".
 
Европейский суд по правам человека – организация неторопливая. Что, впрочем, неудивительно. Приведенные в ходе слушания аргументы сторон и уж тем более поданные в суд документы – а пакет жалоб и доказательств от заявителей весит ни много, ни мало 43 килограмма – требуют самого тщательного рассмотрения.
 
По оценкам специалистов, на это у суда уйдет, по меньшей мере, несколько месяцев. Так что, весьма вероятно, что решение ЕСПЧ по делу о Бесланской трагедии мы узнаем только в следующем году.
 

Что будет выяснять суд

В ходе слушаний в ЕСПЧ заявителям и представителям российских властей нужно будет обосновать свою точку зрения по следующим вопросам:
  • позволяла ли оперативная информация перед 1 сентября считать, что школа номер 1 может стать местом захвата заложников, и приняла ли местная полиция достаточные меры предосторожности;
  • когда захват все-таки произошел, приняли ли власти меры, чтобы, насколько это возможно, защитить заложников, и пытались ли они разрешить ситуацию с помощью переговоров;
  • была ли стратегия работы оперативного штаба направлена на обеспечение безопасности как можно большего числа людей, и все ли члены штаба были вовремя проинформированы о своих обязанностях;
  • было ли использование государством смертельного оружия при штурме 3 сентября абсолютно необходимо, и привело ли это к гибели и травмам среди заложников;выполнило ли государство свои обязательство по оказанию экстренной помощи пострадавшим, и была ли эффективной работа пожарных служб.
  • В суде также будет рассматриваться вопрос о том, получили ли пострадавшие полный доступ к материалам дела и исчерпали ли они способы добиться справедливости в своей стране.
-70%
-20%
-50%
-20%
-50%
-10%
-15%
-10%
-28%
0070970