Чернобыльцы

26 апреля 1986 года произошла авария на Чернобыльской атомной станции в Украине. Взрыв разрушил четвертый энергоблок и жизни людей. На этой странице собраны истории о судьбах, которые изменила крупнейшая техногенная катастрофа. Истории чернобыльцев.

Елена Николаева, 35 лет, Гомель
Мы гуляли с папой вокруг озера, я собирала желтые одуванчики… Когда подходили к дому с огромным букетом, к нам подлетел сосед Яков Михайлович: «Коля, вы что! Выбрасывайте это! Неужели ты не слышал?! Знаешь, сколько на них будет этой гадости, а вы еще их домой тащите!». Папа шутил и веселился, но цветы мы все-таки выбросили. В мусорное ведро возле подъезда.

Елена Николаева, 35 лет, Гомель

Бегство от радиации

Беларусь оказалась в опасной близости от реактора. В так называемый ранний период с нашей зоны загрязнения эвакуировали 24 725 человек. С украинской стороны больше всего пострадал город атомщиков Припять. Все население оттуда вывезли на второй день. Покидая дома, 40 000 припятчан были уверены, что вернутся через три дня. Прошло 30 лет, но этого так и не случилось.

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Сообщение об эвакуации по радио Припяти 27 апреля.

Любовь Сирота, эвакуированная из Припяти, около 3 км. от ЧАЭС
Было чувство такой легкости, будто ты летишь над землей. Такой эффект дает очень высокий радиационный фон. У ремонтников на атомных станциях есть термин, который описывает это  состояние, — «ядерное похмелье».

Любовь Сирота, эвакуированная из Припяти, около 3 км. от ЧАЭС

Тихая катастрофа

Первомай не отменяется. Даже в самых загрязненных районах Беларуси первые полосы газет выходили с лозунгами: «Мир. Труд. Май». Праздничные демонстрации, рапорты о завершении полевых работ… О «несчастном случае в Чернобыле» в первую неделю после аварии сообщают лишь в коротких заметках. Только в апреле 1990 года Верховный Совет СССР признает: сведения о реальной радиационной обстановке засекречивали, особенно в 1986-м.

Валерий Шляга, председатель исполкома в Наровле
Кто йодную сетку рисовал, кто капал йод в сахар. Дефицита йода не было — его можно было свободно купить в аптеке. Лично я ничего такого не делал. Думал, люди увидят, паниковать начнут, подумают: «Вот посмотрите, Шляга боится!».

Валерий Шляга, председатель исполкома в Наровле

Георгий Лепин, профессор, физик
Большинство физиков правды не скрывали. Карты радиационного загрязнения составили сразу же — но они были для внутреннего пользования. Информацией делились — правда, между собой. До граждан она так и не доходила.

Георгий Лепин, профессор, физик

Внимание! У вас отключен JavaScript, ваш браузер не поддерживает HTML5, или установлена старая версия проигрывателя Adobe Flash Player.

Куда больше советских о взрыве говорили иностранные СМИ. Сначала сообщили шведы. А это — репортаж американского телеканала ABC News, включения из Вашингтона и Лондона.

Ликвидация

Ликвидаторы были на передовой. Многие получали облучение, несовместимое с жизнью. На некоторых объектах станции ликвидаторы работали в три смены — например, на строительстве саркофага над 4-м энергоблоком (объект «Укрытие»). Там в одной смене могло быть до 10 000 человек. В Беларуси ликвидаторы дезактивировали населенные пункты: пытались отмыть хаты, снимали верхний слой земли. Эти усилия во многом окажутся тщетными.

Татьяна Игнатенко, мать погибшего ликвидатора
Как они умирали, по очереди, их так и хоронили. Первым умер Тишура, потом Правик, Кибенок… Три могилы рядом. А между ними похоронили инженера-атомщика, через две-три могилы лежат Ващук и Титенок. За одну неделю умерли хлопцы.

Татьяна Игнатенко, мать погибшего ликвидатора

Георгий Лепин, профессор, физик
Я уснул в полете. Взлетели, поставили автопилот. Смотрю, правый летчик спит, борттехник спит, штурман спит. А вертолет так гудит хорошо: «Уууу»… Проснулся, когда услышал мой позывной. Сколько я спал? Может, минуту, может, пару секунд.

Олег Чичков, полковник в отставке

Переселение народа

После эвакуации было несколько этапов отселения, которые затянулись на годы. В общей сложности с пораженных территорий уехали 137 000 белорусов. Наровлянский, Брагинский, Краснопольский, Славгородский районы опустели наполовину. Люди ехали в «чистые регионы». Но радиация в разной степени «побила» 59 районов Беларуси — считай, полстраны.

Сергей Юденко, переселенец из Наровли, около 60 км от ЧАЭС
Почему в Минске некоторые чернобыльцев не любили? Потому что здесь каждый тянул своего, и так продолжалось стабильно лет пять… Да и сейчас, например, когда я приезжаю по работе на завод и встречаю человека из Наровли, сразу даю ему какой-то приоритетик.

Сергей Юденко, переселенец из Наровли, около 60 км от ЧАЭС

Геннадий Миньков, переселенец из Ясной Поляны, около 160 км от ЧАЭС
У нас-то во дворе грунт был снят, поэтому в 20 микрорентген практически всегда укладывались. А помнишь, Галя, как у друзей жарили шашлыки? Включили дозиметр там. А ё-моё: 300−350−400 микрорентген! А у нас тут кострище, мангал, дети на травке гуляют.

Геннадий Миньков, переселенец из Ясной Поляны, около 160 км от ЧАЭС

Дети Чернобыля

Примерно до середины июня 1986 года основным источником облучения был радиоактивный йод. Больше всего он воздействовал на щитовидную железу. Йод стал причиной многих ее патологий, особенно у детей. «Чернобыльских» ребят старались отправлять на оздоровление. Не оставались равнодушными к беде иностранцы. С той поры у тысяч белорусских детей появились свои заграничные каникулы.

Светлана Чекарелли, бывшая воспитанница Речицкой школы-интерната, около 110 км от ЧАЭС
Иногда я вместе с ними развозила помощь по Гомельщине. Когда мы останавливались в какой-то деревне, там сразу разлеталась новость: приехал фургон. Начинали сходиться люди. Как-то среди них был мальчик очень маленького роста. Лицо взрослое, а тело 6-летнего ребенка. Я долго не могла отвести от него глаза: не понимала, почему такое бывает. Позже мне объяснили, что этот парень сильно пострадал от радиации

Светлана Чекарелли, бывшая воспитанница Речицкой школы-интерната, около 110 км от ЧАЭС

Жизнь в окружении

Аварию на ЧАЭС называют «сельской». Дозы облучения жителей села в 1,3-4 раза выше, чем городских, подсчитали ученые. Продукты сельского хозяйства на загрязненных землях — дополнительный источник радиации, так же как грибы, ягоды и прочие дары природы… Спустя 30 лет после взрыва на ЧАЭС в белорусской зоне радиоактивного загрязнения — 2193 населенных пункта. Там живут люди, окруженные радионуклидами.

Елена Музыченко, жительница деревни Бартоломеевка, Ветковский район, около 170 км до ЧАЭС
Нашы власці мясцовыя ўсіх падурылі гэтай радзіяцыяй, дзярэўні толькі паразбурвалі. Але трэба было не чапаць. У нас тут саўхоз быў, завод брыкетны, сталовая… Луг блізкі, лес. А тут людзей натапурылі, што радзіяцыя – і трэба бегчы. Дык яны ў гарады паз’язджалі. Але не спасло іх гэта – многія паўміралі. Не ад радзіяцыі – ад  скукі. А мы тут жывем. Буракі, яблыкі, бульбу, грыбы збіраем. І нічога нас не бярэ.

Елена Музыченко, жительница деревни Бартоломеевка, Ветковский район, около 170 км до ЧАЭС

До и после

Около 35% чернобыльских выпадений цезия-137 в Европе пришлось на Беларусь. Это основной радионуклид в стране. Период его полураспада — 30 лет. Трансурановые элементы (среди них — плутоний, уран) загрязнили 2% страны — это территория, которая закрыта на тысячелетия. Период полураспада урана-238 — 4,5 миллиарда лет.

images/news_9.jpg

Хранители заповедника

Самые грязные земли Беларуси находятся на Полесье, где каждый день от всего мира стерегут необычный заповедник. Здесь хранится треть всего «чернобыльского наследия», которое досталось Беларуси после аварии на АЭС: 30% цезия, еще 70% стронция и 97% плутония. Отсюда навсегда отселили тысячи людей, но единицы из них видят каждый день свой родной умирающий дом из рабочего окна или служебной машины. Это хранители, задача которых — не пустить радиацию дальше.

Петр Кудан, директор Полесского радиационно-экологического заповедника.
Человек всю жизнь копил деньги, только-только за год до аварии отстроился, хозяйство всё. Не знал до этого, как нормально питаться, в  рваном ходил… Я знал такого. И потом вдруг раз — самый богатый человек, дом построил, а оказался самым бедным. Не перенес. Суициды, их немало было по этой части.

Петр Кудан, директор Полесского радиационно-экологического заповедника.

Есть ли жизнь в Чернобыле

Говорим «Чернобыль», имеем в виду атомную станцию. Удивительно, но жизнь ЧАЭС не закончилась тогда, в 1986 году. Станция перестала производить энергию лишь в декабре 2000 года. С той поры там началась работа другого рода — остановленные энергоблоки снимают с эксплуатации. Каждый день из Славутича на работу на объект ездят сотни людей.

Сергей Шаршун, начальник цеха радиационной безопасности Чернобыльской АЭС
Люди рано или поздно ко всему привыкают. Если бояться, то лучше отсюда уехать, а если оставаться — так хоть пожить хорошо. Когда атомная станция начнет работу у вас в Беларуси и если пару раз произойдет какое-то внутреннее отклонение — может пойти слух о масштабности трагедии. Кто-то не выдержит и скажет: „Да ну его на фиг, поменяю я жилье“. А кто-то останется. Это нормальная жизнь.

Сергей Шаршун, начальник цеха радиационной безопасности Чернобыльской АЭС

{banner_858}{banner_885}