Дмитрий КОМАШКО,

"Однажды утром я проснулась от ужаснувшей мысли: вдруг я завтра попаду в автокатастрофу, заболею, начну толстеть или со мной случится еще что–нибудь ужасное? И я больше никогда не смогу сниматься!" Эти слова несколько лет назад произнесла Шерон Стоун и в тот же день застраховала свое тело на 5 миллионов долларов.

Сегодня новости о страховых рекордах нередки. И на первых ролях отнюдь не актеры. Спорт! За событиями в нем страховые агенты всего мира должны следить с содроганием. Шутка ли: один неудачный подкат Криштиану Роналду может обойтись им в несколько десятков миллионов долларов! На этом фоне 10 тысяч, в которые когда–то были оценены ноги Мэрилин Монро, кажутся сдачей.

Перелом ноги способен доставить массу неприятностей любому человеку. Для спортсменов же он может стать роковым. Примеров, когда травмы перечеркивали не только карьеру, но и жизнь еще вчера стоявших на вершине Олимпа атлетов, можно найти множество. А потому в Европе и США к вопросу страхования спортсменов уже давно подходят со всей серьезностью. Чаще всего суммы не разглашаются, однако звезды НХЛ, перебравшиеся на время локаута в Россию, только на покрытие страховки запрашивали у руководства своих новых клубов дополнительные 100 — 150 тысяч долларов в месяц. Марио Лемье, будучи вынужденным лечь на операцию, получил от своей страховой компании 2 миллиона долларов. Другой пример — обязательное страхование спортсменов. В Китае, например, каждый из почти миллиона ведущих атлетов застрахован на 25 тысяч долларов. Аналогичные страховки есть у спортсменов в Испании (167 тысяч евро по риску смерти, 333 тысячи по риску инвалидности), Исландии, Франции, Украины и даже Казахстана. В Беларуси обязательное страхование тоже существует.

— Все спортсмены сборных команд, которые выезжают за границу, в обязательном порядке страхуются в компании, которая выиграла тендер на оказание таких услуг, — рассказала начальник отдела обеспечения спортивных мероприятий предприятия "Белспортобеспечение" Светлана Сидор. — Страховка — на 90 тысяч евро. Если что–то случается со спортсменом, то страховая компания оплачивает его лечение в пределах этой суммы.

На фоне соседних стран цифры не такие уж и маленькие. Но действует эта страховка только за границей. Все, что дома и сверх "государственной" суммы, — забота самих спортсменов. И вот здесь начинается самое интересное. Примеров того, что "бюджетного" варианта лечения может оказаться недостаточно для полного и качественного восстановления, полно. Но даже сломанные карьеры коллег по цеху не могут искоренить пресловутый "авось".

— Желание сэкономить и бесплатная медицина привели к тому, что большинство наших спортсменов о своем здоровье не думают вообще, — с атлетами известный страховой агент Галина Богданович работает уже 10 лет и все это время пытается воспитать в белорусских чемпионах ответственность. — В Беларуси, как и в других странах, каждый атлет может застраховать всего себя или любую часть тела на любую сумму, но делают это единицы. Хотя стоит такая страховка совсем недорого. Годовой взнос 12 тысяч рублей обеспечит компенсацию в пределах 200 тысяч. Больше взнос — больше выплаты. Понятно, что они зависят от повреждения, но, допустим, баскетболистки недавно даже за несложную травму колена получали более 3 тысяч долларов... Гандболисты также заключают контракты. Причем годовые и на 50 миллионов рублей каждый.

Игровики, по словам Галины Панкратовны, — самые серьезные из белорусских спортсменов. Женская сборная по баскетболу, например, страхуется в полном составе и со всей ответственностью. Понимают, что их руки и ноги имеют не только эстетическую ценность. Получают полисы и хоккеисты. Но инициатива это чаще всего не личная, а клубная.

— В Германии, например, клубы в обязательном порядке страхуют не только игроков, но членов их семей, — вспоминает Вячеслав Глеб, после возвращения в Беларусь из вояжа по Европе и Китаю получивший возможность сравнить медицинскую составляющую футбольных чемпионатов. — В Европе подобная практика имеет прямую выгоду и для работодателя: если игрок получает травму, то зарплату ему клуб платит только первые пару месяцев простоя. Дальше эти расходы берет на себя страховая компания. В белорусском чемпионате ситуация совершенно другая. Даже если игрок выбывает на сезон, расходы на его восстановление все равно остаются заботой клуба. Но это, кажется, почти никого не заботит. Есть команды, где существует медицинская страховка, но даже летальный исход там оценен в 10 — 20 миллионов рублей. Подобная ситуация, кстати, и в китайском футболе: когда я там играл, у меня была лишь стандартная страховка, которая оформляется любым человеком при выезде за границу и которая вряд ли способна покрыть возможные расходы на полноценное восстановление.

В индивидуальных видах спорта, где клубных интересов нет, ситуация еще запутаннее. Регламент чемпионата страны по любому из видов спорта требует наличие страховки. Но сумма ее — цифра свободная, а потому большинство спортсменов ограничивается просто бумажкой для галочки.

— Конечно, когда мы едем на соревнования, нас страхуют, — рассуждает призер Олимпиады в Пекине метатель молота Вадим Девятовский. — Но дома каждый из нас предоставлен самому себе. И чаще всего предпочитает экономить. Наверное, это вопрос воспитания. Все ведь понимают, что здоровье — это наш хлеб. Что бесплатное лечение — не гарантия. Любая травма может испортить как минимум сезон, а это потерянная форма, упущенные призовые, скомканные планы... Но при этом все утешают себя тем, что если быть осторожным, то и страховка не нужна. Даже я надеюсь в основном на свой опыт, позволяющий точно дозировать нагрузки и избегать травм.

Не задумываются о будущем и боксеры, хотя представителям самого контактного вида спорта, казалось бы, сам бог велел заранее исключить все возможные риски.

— Наверное, боксеры просто не те люди, которые чего–то боятся, — говорит призер недавнего чемпионата мира Сергей Корнеев. — С кем ни поговоришь на эту тему — ответ один: мы ведь боксеры, что с нами может случиться? Но в последнее время я стал серьезно задумываться о страховке. На профессиональном ринге наличие серьезной медицинской гарантии — обязательное условие организации любого боя. В клубе "Лос–Анджелес Матадорс", за который я выступал во Всемирной серии бокса, первым делом оформили все необходимые документы на весь срок моего пребывания в команде и только потом допустили к тренировкам. Они там прекрасно представляют, что будь хоть трижды чемпионом, досадный перелом руки может стоить очень дорого.

Особняком стоят лишь те немногие атлеты, которые выступают на самом высоком уровне. Каждая теннисистка, например, подписывает контракт с Женской теннисной ассоциацией и из первых же призовых оплачивает около 1.200 долларов на медицинскую страховку. Похожая ситуация в велоспорте.

— Обычно страховаться начинают те, кто уже однажды получал серьезную травму и на собственном опыте понял серьезность возможных последствий, — Галина Богданович считает, что в нашем спорте безотказно работает принцип "жареного петуха". — Была у нас, например, фристайлистка Алла Цупер. Ее постоянно травмы мучили, и страховка, которую она оформила после первых же серьезных повреждений, помогала оплачивать дорогостоящее лечение. Страховые полисы есть почти у всех лидеров белорусского спорта, которые не хотят рисковать. И суммы там бывают очень приличные. А чаще всего на моей памяти страховые случаи наступали не у боксеров или фристайлистов, а у шахматистов. Человек уходит в себя, начинает продумывать какие–то комбинации и падает, например, с лестницы. Таких примеров на моей памяти полно.

Тем не менее именно фристайл, к слову, традиционно находится на верхней строчке группы риска в любом страховом рейтинге. Спорт, принесший Беларуси четыре олимпийские награды, включая "золото" Алексея Гришина, и трагедию Дмитрия Рака, заставившую другими глазами взглянуть на проблему спортивной страховки.

— Каждый случай рассматривается отдельно, и когда травмировался Рак, Министерство спорта и НОК помогли оплатить лечение в Китае, — вспоминает Галина Богданович. — После той трагедии национальная сборная по фристайлу застраховалась в полном составе. Кто–то на 5 миллионов, кто–то на 50... И этапы Кубка мира по лыжной акробатике, которые проходят в Раубичах, — единственные соревнования на территории страны, организаторы которых страхуют свою ответственность.

Гром не грянет — спортсмен не застрахуется. Почти каждый из тех атлетов, к которым мы обращались с вопросами страховки, отсылал нас к федерациям: "Пусть страхуют — мы ведь для страны свое здоровье тратим".

— Если прописать в контрактах спортсменов обязательное наличие страховки и определить ответственность перед федерацией в случае ее отсутствия, это может стать первым шагом к цивилизованным отношениям и в какой–то мере обезопасит федерации, — уверена Богданович.

Но еще лучше, если и сами атлеты вспомнят о том, что ни федерации, ни министерства не должны участвовать в спасении утопающих. В конечном счете спортивное здоровье, как и любое приносящее прибыль орудие труда, также требует инвестиций.

Прямая речь

Галина Богданович, страховой агент: "Обычно страховаться начинают те, кто уже однажды получал серьезную травму и на собственном опыте понял серьезность возможных последствий".

Кстати

Абсолютным рекордсменом среди застраховавших себя спортсменов считается английский футболист Дэвид Бекхэм. Он оценил себя в 195 миллионов долларов, а сумма страхового полиса оказалась самой высокой за всю историю спорта. Страховка покрывает травмы, которые футболист может получить на футбольном поле, эстетические дефекты и серьезные заболевания. Для сравнения: звезды шоу–бизнеса оценивают свою красоту в значительно меньшие суммы. Так, общеизвестно, что Дженнифер Лопес застраховала самую аппетитную часть своего тела на 1 миллион долларов. То есть получается, что весь Дэвид Бекхэм стоит столько же, сколько 195 ягодиц латиноамериканской красотки.
-50%
-10%
-50%
-15%
-10%
-45%
-10%
-20%
-45%
-10%