168 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Отец задержанного жителя «двора перемен» Степана Латыпова — о сыне, обвинении и выборах в реанимации
  2. В прокуратуру Германии подали заявление на Александра Лукашенко. Юрист объясняет, что это значит
  3. Юрий Мельничек: «Когда наступит Беларусь 2.0, все отыграет назад достаточно быстро»
  4. «Органы внутренних дел не дадут омрачить великий праздник». Милиция рассказала, как будет работать 9 мая
  5. Из-за длинных майских выходных скорректировали график выплаты пенсий и пособий
  6. Эксперт рассказал, что можно сажать рядом с помидорами, а что — нельзя
  7. Школьница написала на асфальте «Жыве» и попала в РУВД за пикет. Рассказываем, чем все закончилось
  8. В Беларуси готовят указ по банковскому мошенничеству. Что планируют изменить
  9. Белоруса посадили на 30 суток, а он все равно гуляет по Минску и даже путешествует. Все благодаря идее жены и ее подруги
  10. Опубликован список экс-силовиков, которых Лукашенко лишил званий
  11. Семья минчан построила дом в дачном поселке и живет там круглый год. Вот как там все устроено
  12. Приближается 9 Мая. Как можно поздравить ветеранов ВОВ и помочь им (в том числе финансово)
  13. «Зимой мы здесь живем совершенно одни». История пары, которая переехала из города в деревню
  14. Тест. Вы хорошо ориентируетесь в простых вопросах экономики?
  15. В День Победы над Минском пролетят самолеты и вертолеты всего двух моделей. Рассказываем почему
  16. Теперь официально: ветераны ВОВ не получат в этом году единовременные выплаты к 9 Мая
  17. СМИ назвали фамилию еще одного возможного фигуранта по «делу о госперевороте»
  18. Почему на лице появляются пигментные пятна и как от них избавиться. Комментирует дерматолог
  19. Одежду и аксессуары с лого TUT.BY теперь можно купить онлайн. Рассказываем как
  20. В МИД Беларуси ответили на призыв «Большой семерки» провести новые выборы
  21. Не дошла до дома несколько метров. Что известно об аварии в Гомеле, где погибла девочка
  22. Паша «Мясной король». Как популярный гродненский блогер занялся мясным мини-бизнесом, который вдруг «выстрелил»
  23. Участвовавший в испытании «Спутника V» минчанин спустя полгода проверил, что ему вкололи
  24. «Мы с Колей жили в этом домике». Показываем, где находится «любимый дворец» Лукашенко
  25. Лукашенко: Нам нужны действительно государственные люди
  26. Помните айтишника с БЧБ-флагом на балконе, у которого забрали машину? Узнали, что с авто сейчас
  27. Куда съездить в выходные? 10 необычных экскурсий по Беларуси для любопытных туристов
  28. Мингорисполком отказал в проведении отдельного шествия «Бессмертный полк»
  29. Скардино рассказала, как живет в Швейцарии и планирует ли возвращаться в Беларусь
  30. Что в ВОЗ ответили на слова Лукашенко о том, что Беларуси ничем не помогли в борьбе с COVID-19


Политического обозревателя Артема Шрайбмана призвали на сборы офицеров запаса. Он провел на них почти весь март. В своем интервью TUT.BY он рассказывал о своей службе, а сейчас — подвел итоги своего пребывания в армии. Публикуем самые интересные выдержки из его рассказа с минимальными правками.

Фото: Facebook Артема Шрайбмана
Фото: Facebook Артема Шрайбмана

Больше всего аполитичных

«Статистика по группе вполне красноречива: нас было 30 человек из разных городов, мужчины от 22 до 45 лет, все с высшим образованием. Где-то 12−15 человек аполитичны, их эта тема либо не интересовала, либо они не хотели ее обсуждать.

Трое — открытые сторонники власти, хотя правильнее было бы двух из них назвать оппонентами протеста. Ничего хорошего про власть эти двое сказать не могли, даже иногда сами критиковали какие-то ее действия. Но у них в голове протест — враждебная внешняя сила, которая требует сплотиться даже вокруг поднадоевшего лидера. Аргументы стандартные, вы их все слышали по телевизору.

Еще как минимум один человек проголосовал за Тихановскую, но резко разочаровался в ней из-за того, что она уехала на Запад. Теперь он уверен, что она всегда была западной марионеткой, и жалеет о своем голосе. Как минимум один человек проголосовал против всех, потому что и Лукашенко надоел, и Светлана не убедила. Концепция протестного голосования за того, кто есть в бюллетене, человеку не зашла.

Остальные (где-то 10−12 человек) — сторонники протеста, кто-то участвовал сам, кто-то просто симпатизирует.

Три недели на сборах были крутым опытом взаимодействия с людьми с другой стороны. Общаться нужно было так, чтобы не разругаться в хлам — в закрытом коллективе, который 24/6 живет вместе (нас отпускали домой на полтора выходных), этого нельзя было позволять. Ты не можешь хлопнуть дверью и уйти».

Военные старались обходить политику в нашем общении и на занятиях

«О политических взглядах всех военных по моему короткому погружению лишь в одну из структур — Военную академию — достоверно судить невозможно. Рискну предположить, что среди офицеров по стране больше сторонников власти, чем в среднем в обществе. Дело не в привилегиях и статусе, а в психологии. Военные считают порядок высшим благом. Любая угроза устоявшемуся порядку — риск скатывания в хаос, который в такой картине мира слишком опасен, чтобы пробовать.

У военных небольшие зарплаты, часто — кабальные контракты, но и небольшие притязания. Когда ты всю взрослую жизнь приучаешь себя терпеть бытовые лишения, когда жаловаться на условия жизни или службы — позорно и не по-мужски, этот же подход распространяется и на политику. Это не значит, что военные довольны статус-кво, просто многие из них считают, что их недовольство — норма, какой-то уровень дискомфорта — норма. А вот перекраивать порядок, который хоть как-то, но работал, — не норма.

При этом я много раз слышал искреннюю обиду на намеки о том, что все люди в форме себя запятнали. Несколько наших старших офицеров четко отделяли себя от милиции. Дальше включалась психологическая защита — да, они, наверное, «нажестили», но я этого лично не видел, я к ним не отношусь, а значит, лучше-ка вытесню я это из своего сознания.

Кстати, низкий уровень притязаний — глубинная штука, которая многое объясняет про «тот» лагерь. Нас несколько раз спрашивали о жалобах на быт (надо вообще отдать должное Академии — нам пытались создать лучшие, насколько это возможно в сегодняшней белорусской армии, условия). Но как только кто-то решал пожаловаться на какие-то мелочи (один из туалетов не работает, с едой что-то не так, кровати неудобные, холодно для полевых выходов), офицер с той стороны отвечал по одному шаблону: да, это, конечно, плохо, но у нас раньше/в других частях/на прежних сборах — было еще хуже, а вам еще повезло. Это фундаментально чуждая для сторонников перемен точка отсчета — сравнение своей жизни не с тем, какой бы хорошей она могла быть, а с тем, какой плохой она когда-то была или сейчас есть у кого-то другого.

Это же транслируется и на политику. Основной аргумент всех, кого принято называть «ябатьками» — страх 90-х. Почему вдруг 90-е должны вернуться и кто их предлагает вернуть — неважно. Важно, что сейчас этим людям лучше (или кажется, что лучше), чем было раньше, а от «добра» добра не ищут.

Вообще военные старались обходить политику в нашем общении и на занятиях, понимая, что среди нас много противников власти, а они, офицеры, не могут себе позволить как ругаться с относительным большинством группы, так и поддерживать такую точку зрения. Исключением из этого правила стал начальник Военной академии, который превратил сессию общения с призванными на сборы офицерами запаса (нами) в полчаса политинформации.

Советскость диктует антизападное мышление

«Идеологически в армии много советского. Все конструируется вокруг победы во Второй мировой. Даже музей военной истории в Академии — один микроскопический зал на всю историю до 1941-го, один большущий зал — на ВОВ, еще один — отдельно на операцию «Багратион», и еще один большой — на период после 1945-го и до наших дней.

Советскость диктует антизападное мышление. Если есть угроза — то только с одной стороны, на вопросы о рисках со второй стороны преподаватели и идеолог терялись. Лишь один молодой преподаватель трезво сказал, что не видит смысла России нас захватывать, когда можно просто перекрутить вентиль.

При этом желания влиться в состав России или бороться за идеалы русского мира я там не увидел. Один из самых ностальгирующих по Красной армии полковников, когда высмеивал и критиковал белорусских добровольцев, которые поехали воевать на Донбасс, делал это одинаково в обе стороны. К слову, было много отсылок к опыту украинской армии, на котором надо учиться. Но не тому, как воевать с русскими, а, скорее, тактике современной войны.

Меня часто спрашивают, как скоро армия перейдет на сторону народа. Ответ, вероятно, разочарует спрашивающих. Если в моменты проверок в части, приезда высоких чинов из Минобороны прогуляться по территории, то за многими зданиями будут тихонько стоять по несколько офицеров. Это они так ждут, пока проверяющий пройдет мимо и можно будет дальше пойти по своим делам. Наша армия не будет брать на себя политическую ответственность и куда-то переходить. Если армию будут активно вовлекать в политику, скорее, отдельные офицеры и генералы будут заниматься итальянской забастовкой, уклоняться от неприятных приказов, теряться из вида.

Политическая сила, которая когда-то захочет получить себе симпатии этих людей, должна будет убедить их в том, что источник нестабильности, анархии и бардака — как раз-таки статус-кво, а они, лидеры этой силы, хотят и могут это исправить».

-10%
-21%
-20%
-20%
-70%
-15%
-20%
-17%
-15%
-20%