Поддержать TUT.BY
146 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры


Людмила Дрик /

Бумажный пакет безопаснее пластикового? Носить норковую шубку и неэтично, и неэкологично? Быть вегетарианцем полезнее для природы, чем мясоедом? В мире все еще существует множество стереотипов и предрассудков по поводу сохранения окружающей среды. Сегодня мы собрали распространенные экологические мифы и попросили их развенчать или подтвердить сотрудницу Центра экологических решений, эксперта по zero waste Марию Сума.

Этот материал создан благодаря читателям портала в рамках проекта «Поддержи TUT.BY». Спасибо за важный вклад в создание новостей.

Миф № 1. Бумажные стаканы не вредят окружающей среде

Это не так. Ведь бумажный стаканчик на самом деле не бумажный. Верхний слой — это действительно бумага, но бумага не может удержать жидкость, она быстро размокает. Поэтому внутри у стаканчика есть второй, тонкий слой пластика (полиэтилена, полипропилена). В современной Беларуси переработать многослойный материал невозможно. Поэтому бумажный стаканчик после использования попадает либо на полигон (технологическое место захоронения мусора), либо в окружающую среду, где под действием ее факторов не разлагается, а распадается на микрочастицы и становится микропластиком. Микропластик в окружающей среде — огромная проблема. Микрочастицы пластика накапливаются в воде, воздухе, почве и через воду и еду попадают в организм человека.

Миф № 2. Бумажные и биоразлагаемые пакеты лучше пластиковых

Если учитывать только этап переработки, бумажный пакет действительно более безопасен для окружающей среды, ведь бумага разлагается естественным путем. Но есть другие факторы, на которые стоит обратить внимание: процесс производства, транспортировка, продолжительность использования. Бумажные пакеты, как правило, одноразовые: они рвутся и пачкаются, теряют товарный вид, и вы вряд ли будете использовать их повторно. Он прослужит меньше, чем плотный пластиковый пакет. Экологи считают экологичным то, что вы можете использовать много раз. Можно сказать, что каждый новый этап использования изделия сокращает его экологический след.

Целлюлозная промышленность — одна из самых токсичных: на этапах очистки, производства, прессовки используются опасные химические вещества. Кроме того, использовать ценный ресурс (лес), чтобы производить одноразовые вещи — непростительная расточительность. Часто производители утверждают, что бумага производится из отходов лесной промышленности. Но мы не всегда можем это проверить.

При транспортировке пластиковые пакеты занимают меньше места, чем то же количество бумажных. Значит, выброс углекислого газа при транспортировке будет больше на единицу бумажного пакета, чем на единицу пластикового.

Что касается биоразлагаемых пакетов, то это хорошая альтернатива пластиковым пакетам, если бы не одно важное «но»: условий для утилизации таких пакетов в Беларуси пока нет. Биоразлагаемые пакеты, которые пришли на белорусский рынок, разлагаются безопасно для окружающей среды в условиях компостирования. В Беларуси созданы отдельные площадки для компостирования, но наши бытовые органические отходы туда не попадают.

Сырье для производства биоразлагаемых пакетов — не белорусского происхождения. Это кукурузные гранулы из Италии, а сама кукуруза совсем не обязательно выросла в Италии. То есть за таким пакетом тянется длинный транспортный след. Если бы их производили в Беларуси из белорусского сырья и были созданы условия для утилизации, это была бы действительно хорошая альтернатива пластиковым пакетикам. Но пока получается, что прочный пластиковый пакет прослужит дольше, чем хрупкий биоразлагаемый. А значит, именно пластиковый пакет при его длительном использовании будет более экологичным. Более того, в белорусских магазинах под видом биоразлагаемых пакетов нам часто предлагают пакеты, сделанные из так называемого оксоразлагаемого пластика. Такой пакет под действием кислорода просто распадётся на мелкие полиэтилентовые кусочки, которые будет ещё сложнее как-то собрать и переработать. По сути, из таких пакетов образуется тот же микропластик.

Еще дольше, чем пластиковый пакет, вам послужит сумка из текстиля. Но за ней тоже тянется след: само производство хлопка всерьез вредит окружающей среде. При выращивании хлопка используется много удобрений и пестицидов, на изготовление хлопкового сырья затрачивается огромное количество воды.

Миф № 3. Энергосберегающие лампочки безопасны для природы

В быту используются три поколения лампочек: обычные лампы накаливания (знакомые всем «лампочки Ильича»), люминесцентные с парами ртути и светодиодные. Два последних типа как раз и являются энергосберегающими.
Люминесцентные лампочки, в колбах которых используются пары ртути, требуют специальной утилизации, ведь ртуть — тяжелый металл, соединения которого токсичны для природы и для здоровья человека. Покупая такие лампочки, нужно учитывать, что выбрасывать их в обычное ведро нельзя. Для их сбора установлены специальные контейнеры. Беларусь в 2014 году подписала Минаматскую конвенцию о ртути, которая предусматривает сокращение производства продукции, содержащей ртуть. Поэтому у нас постепенно исчезают ртутные градусники, их заменяют электронные. И таких лампочек тоже становится все меньше.

К сожалению, они в большом количестве сохранились во многих государственных организациях, в том числе в учреждениях образования. В свое время их применение было одобрено, а теперь придется заново «переодобрять» применение светодиодных ламп.

Светодиодные лампочки действительно наиболее энергоэффективные. Они лидеры в экономии электричества. Их тоже нужно специально утилизировать — отправлять в контейнеры для электронных отходов. Они служат довольно долго: у меня дома такая лампочка работает уже семь лет. Но есть и другая сторона медали. Для освещения помещения такой свет подходит, а для чтения лучше использовать лампы накаливания. Их мягкий теплый свет наиболее комфортен для глаз.

Миф № 4. Одежда и обувь из искусственной кожи лучше для природы, чем из натуральной

Это один из вопросов, на который нельзя ответить однозначно. Многие люди отказываются от изделий из натурального меха или натуральной кожи по этическим соображениям. Сама идея, что ради производства изделия было убито живое существо, их шокирует или по крайней мере неприятна. Но природозащитные организации озабочены не судьбой отдельных особей, а сохранением вида в целом. В результате хозяйственной деятельности человека, которая сопровождает любое производство в большей или меньшей степени, уничтожается среда обитания тех или иных видов, и эти виды оказываются под угрозой исчезновения.

Альтернатива натуральным материалам — синтетические. Пластик, полиэстер производятся из невозобновляемых источников — нефти. При эксплуатации они могут быть недолговечными, при стирке высвобождаются микроволокна пластика, само производство, как правило, является токсичным. Но производство обуви и одежды из натуральной кожи не менее токсично. Здесь мы снова возвращаемся к вопросу, какое изделие служит дольше и какой экологический след за ним тянется. Как было получено сырье, из чего и в каких условиях было произведено… Ответы на эти вопросы сегодня могут дать экологические сертификаты. Сертифицирующие компании, присваивающие изделию маркировку, гарантируют, что проверили всю цепочку и готовы утверждать, что, к примеру, хлопок был выращен более экологическим способом, люди на производстве получали достойную зарплату. Таким образом, выбирая между натуральным и искусственным, мы можем ориентироваться на долговечность изделия и на международные сертификаты, гарантирующие экологическую сознательность. Такие сертификаты есть не только на одежду и обувь, но и на продукты питания, косметику и так далее.

Если мы покупаем кожаную одежду на один сезон — это, разумеется, неэтично. Но в процессе производства синтетической вещи в окружающую среду может быть выброшено огромное количество химических веществ, в результате чего нарушается целая экосистема, и это тоже приводит к гибели животных. Просто эта цепочка менее очевидна.

Поэтому каждому человеку придется делать выбор самостоятельно, учитывая все факторы и свои этические принципы. Главное — не опираться при выборе одежды на принцип моды. Мы — это не наши вещи. Если мы фокусируемся на том, как преподнести себя при помощи вещей, то это путь к бездумному потреблению.

Экология — очень болезненная наука. Когда начинаешь копаться в нюансах, узнаешь огромное количество вещей, без знания которых тебе жилось легче. Но в этом и состоит осознанное отношение к жизни: знать последствия своих поступков и решений и нести за них ответственность исходя из полной картины, а не из той, которую нам позволили увидеть.

Миф № 5. Вегетарианство полезнее для планеты, чем употребление мяса

Тема вегетарианства имеет множество этических компонентов. Призвать всех людей стать вегетарианцами — нереально. Гораздо эффективнее будет, если большое количество людей будет есть меньше мяса, чем если сотни людей на планете откажутся от мяса полностью.

Животноводческая отрасль создает около 30% мировых выбросов парниковых газов. Говоря о животноводстве, необходимо учитывать, в каких условиях растут, живут, лечатся животные на животноводческих фермах, как происходит забой. Невозможно, как у нас под Молодечно, построить животноводческую ферму на 100 тысяч голов и считать, что она не окажет никакого влияния на окружающую среду.

Применение антибиотиков в животноводстве уже привело к повышению уровня антибактериальной резистентности. В окружающую среду выбрасывается огромное количество антибиотиков, они содержатся в воде, в продуктах питания.
Но есть экологический вариант животноводства — органическое. Уже доказано, что органическое сельское хозяйство способно прокормить все население планеты. Органическое животноводство максимально приближено к естественному природному ведению дел на ферме: животные живут в нормальных условиях, на достаточной территории, их лечат, а не пичкают антибиотиками на всякий случай. Если для содержания животных нужно будет больше территории, то единица мяса, соответственно, будет дороже. Но мясо не нужно есть на завтрак, обед и ужин. Проблема не в недостатке продуктов питания, а в их неправильном распределении: кто-то где-то выбрасывает еду, а кто-то голодает.

С другой стороны, если ты отказываешься от мяса и переходишь на авокадо или другие экзотические фрукты, которые выращиваются где-то очень далеко и за которым тянется длиннющий транспортный след, — возникают сильные сомнения в экологичности такой вегетарианской диеты.

Миф № 6. Пластик разлагается сотни лет

На самом деле никто не знает, как долго разлагается пластик. Еще ни один произведенный товар из пластика не разложился на углекислый газ и воду. Зато теперь уже известно, что пластик распадается на микрочастицы, невидимые невооруженным глазом. О проблеме загрязнения окружающей среды микропластиком заговорили 5−6 лет назад. Микропластик уже есть в почве, питьевой воде, в крови человека, соли, рыбе, ледниках Антарктики. Ученые прогнозируют, что к 2050 году пластика в Мировом океане будет столько же, сколько рыбы.

Сейчас все больше стран, осознав эту проблему, вводят более строгое законодательство в отношении производства пластика.

Парадокс ситуации — в том, что пластик изначально придумали как прочный и долговечный материал. Производители и потребители рассчитывали, что изделия из пластика будут служить очень долго. А теперь его используют для производства одноразовых вещей, некоторыми из которых мы пользуемся всего несколько минут или даже секунд! Это нонсенс. Экологи выступают не за отказ от пластика вообще, а за отказ от одноразовых пластиковых вещей. Единственное исключение — производство одноразовых изделий для медицинской сферы: у них отдельная цена «одноразовости».

Также необходим жесткий контроль за содержанием химических веществ в пластике, поскольку, распадаясь, они рано или поздно попадут в организм человека через пищу, воздух и воду.

Миф № 7. Один человек ничего не изменит, пока существуют «грязные» корпорации

Последний год убедительно доказал нам всем, что важен каждый человек — его сила, разум, добрая воля имеют значение. Может быть, один человек и не может изменить систему, но он может вдохновить людей, привлечь внимание к какой-то проблеме. Экологическая активность, как любая сфера социальной гражданской активности, имеет своих героев. Вспомните Грету Тунберг, обычную девочку, которая подняла мощное протестное движение. Существует огромное количество инициатив в Беларуси, у истоков которых стояли отдельные люди. Например, социальный проект KaliLaska, беспрецедентный для Беларуси, был создан одной девушкой, подхвачен другой, а теперь уже вышел на самоокупаемость и работает без перебоев. Он предотвращает появление огромного количества отходов, помогая одним людям избавляться от ненужных вещей, а другим — получать помощь.

Что касается корпораций и «грязных» производств, то все изменения, которые происходят в сфере ужесточения законодательства, внимания к экологии, прозрачности бизнеса, стали возможны благодаря общественному контролю и мониторингу. Компании бы до сих пор жгли уголь, если бы не давление общества. Общественный контроль необходим, чтобы держать бизнес в тонусе. Когда мы перестаем потреблять бездумно, начинаем задавать вопросы, компании вынуждены менять свои стратегии. Кто-то делает это более, кто-то менее честно, но компании подстраиваются под требования потребителей. В Беларуси многие компании разрабатывают экологическую политику, причем совершенно добровольно, ведь никакого законодательства на эту тему нет.

Когда в Беларуси началось движение zero waste, когда потребители вдруг пришли в магазин со своими мешочками и контейнерами, начали писать жалобы и предложения в магазинах, компании отреагировали внедрением биоразлагаемых пакетов. Понятно, это еще не решение проблемы, но это уже кое-что. Понятно, что результаты будут еще не завтра, но, как говорится, нужно «долбить, долбить, долбить!». Есть вещи, на которые способен повлиять каждый из нас, если возьмет на себя ответственность за свой выбор. Репутационные риски уже становятся для компаний реальными. Формируется механизм влияния на бизнес, и это происходит на наших глазах.

Миф № 8. Экологи в Беларуси только закрывают заводы и занимаются Чернобылем

Изначально экологическое движение в Беларуси зарождалось в ответ на аварию на Чернобыльской АЭС. Экологический институт имени Сахарова был создан как раз для подготовки кадров для решения проблем загрязнения окружающей среды выбросами после взрыва. Так что катастрофа послужила толчком к образованию экологических организаций.

Сейчас в Беларуси не так много экологических организаций, занимаются они самыми разными проблемами, и у каждой свой профиль. Кто-то занимается по большей части юридическими вопросами, как, например, «Экодом»«Ахова птушак Бацькаўшчыны» работает для сохранения разнообразия видов и экосистем Беларуси.

Мы в Центре экологических решений занимаемся проблемами отходов, энергосбережения и продвигаем экологический, дружественный природе образ жизни.

В Беларуси на самом деле сложно закрыть завод: у экологических организаций практически нет механизмов влияния на бизнес. Пример тому — ситуация с Брестским аккумуляторным заводом. Строительство завода вызвало волну недовольства у жителей Бреста и окольных деревень. Несмотря на массовый общественный протест, на то, что при строительстве было зафиксировано огромное количество нарушений, а в судебном процессе было очень много нестыковок, удалось лишь замедлить процесс строительства.

Было несколько конкретных примеров успешного воздействия на недобросовестные фермы, которые выливали отходы на поля. Их удалось приструнить, заставить исправить свои нарушения. Такие мелкие вещи мы можем делать — написать обращение в экологическую инспекцию, потом инспекция решает эти вопросы. Но это происходит в случаях, когда местной власти такое вмешательство выгодно, и экологи, по сути, выполняют за них их же работу.

У нас в Беларуси причина экологических конфликтов часто состоит в том, что людям не дают правдивую информацию. Не хватает качественных, а не формальных общественных обсуждений и дискуссий.

Мы в Центре экологических решений в основном работаем с новыми темами. Из последних больших достижений — система раздельного сбора для лекарств. В Беларуси никто даже не думал, что это нужно делать. Это была долгая планомерная работа, в том числе исследования загрязненности водоемов остатками лекарственных средств, предложение организовать систему, пилотный проект на базе поликлиники в Каменной Горке. Проект показал, что люди обеспокоены проблемой. В начале этого года в Минске принято решение об установке контейнеров сбора лекарств.

Много лет представители ЦЭР вместе с представителями Министерства сельского хозяйства разрабатывали закон об органическом сельском хозяйстве, чтобы фермеры в Беларуси могли работать уже в конкретном правовом поле. Появление сертифицированных фермеров — тоже результат работы нашей организации. Можно сказать, что мы работаем на опережение: пытаемся предотвратить проблемы, которые еще не всегда осознаны.

Миф № 9. Экология — это бизнес на природе (экологи получают гранты и ничего не делают)

На самом деле гранты не так уж легко получить. Нужно обосновать необходимость получения средств, показать конкретный результат проекта. Особенно в Беларуси, где ты должен отчитаться не только перед донором, но и согласовать деятельность с государством. Государство должно убедиться, что ты занимаешься правильными вещами, важными для Беларуси. Получается тройной контроль: со стороны донора, государства и, конечно, общественности.

Бизнес — это получение прибыли. Общественные организации согласно уставу не могут получать прибыль. Даже образовательные услуги (лекции, мастер-классы) мы можем оказывать за деньги только коммерческим организациям. Государственным учреждениям, учреждениям образования такие услуги мы предоставляем бесплатно.

Миф № 10. Экологи против любого прогресса и хотят вернуть человечество в пещеры

Экономический рост и развитие — это всегда увеличение объемов выпуска товаров и услуг. Мерой экономического роста считается прирост реального ВВП в целом или прирост ВВП на душу населения. С точки зрения экономики мы должны больше потреблять и больше производить. Экологи считают, что это прямой путь к экологической катастрофе. Решение, которое предлагают экологи, — это сокращение потребления, ориентация на устойчивость, а не на бездумный рост. Экологи критикуют глобализацию и выступают за другое развитие — более горизонтальное, основанное на местных сообществах.

Кстати, в условиях пандемии коронавируса глобальная экономика оказалась беспомощной. Более устойчивая модель — локальная экономика с горизонтальным управлением. Ориентация на местное производство и местные сообщества помогает справиться с форс-мажорными обстоятельствами.
Уже сейчас в Беларуси можно покупать местные продукты питания, одежду белорусского производства, получать местные услуги. Я уже несколько лет покупаю только одежду местных дизайнеров. Это дороже, чем одеваться в масс-маркете, зато я могу проследить всю цепочку от закупки материалов до производства готового изделия. Конечно, при таком раскладе одежда покупается реже и выбирается более тщательно.

В условиях постоянно меняющейся действительности — а это то, как мы сейчас живем — меняться, адаптироваться к переменам, перестраиваться маленьким горизонтальным системам намного легче, чем большим. Так что экологи тоже за прогресс, но представляют его несколько иначе, чем бизнес-корпорации.

Партнер проекта:

Центр экологических решений (Ecoidea.by) — это некоммерческое неправительственное учреждение, созданное для популяризации экологически дружественного образа жизни и принципов устойчивого развития в Беларуси, развития международного сотрудничества с целью сохранения окружающей среды. Поддержать организацию можно здесь.

-53%
-10%
-50%
-40%
-20%
-20%
-20%
-10%
-10%