99 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Виктора Лукашенко уволят с должности помощника президента
  2. «Фантастика какая-то». В Гродно начали судить водителя Тихановского, который молчал все следствие
  3. Под угрозой даже универсам «Центральный». Что происходит в магазинах «Домашний» из-за проблем сети
  4. Экс-директору отделения Белгазпромбанка в Могилеве Сергею Кармызову вынесли приговор
  5. «Теряю 2500 рублей». Работники требуют, чтобы «плюшки» были не только членам провластного профсоюза
  6. Новый глава НОК, возможные санкции Украины, суды и приговоры. Что происходило 26 февраля
  7. В Беларуси выпустили пробную серию российской вакцины от коронавируса
  8. «Оправдания не принимаются». Лукашенко заявил, что на Олимпиаду надо отправить «боеспособный десант»
  9. «Ситуация, похоже, только ухудшилась». Представитель Верховного комиссара ООН — о правах человека в Беларуси
  10. Требования дать «план победы» — это вообще несерьезно. Ответ Чалого разочарованным
  11. «Когда Володя готовит, в доме все замирает». Макей и Полякова — о секретах брака, быте, Латушко и политике
  12. «Из-за анорексии попал в реанимацию». История пары, где у одного психическое расстройство
  13. Политолог: Россия устала играть в кошки-мышки с Лукашенко, но не видит альтернативы
  14. Могилев лишился двух уникальных имиджевых объектов — башенных часов и горниста (и все из-за политики). Что дальше?
  15. Звезда белорусской оперы сказал три слова на видео, его уволили «за аморальный проступок» — и суд с этим согласился
  16. «Магазины опустеют? Скоро девальвация?» Экономисты объяснили, что значит и к чему ведет заморозка цен
  17. «Любой поставщик должен закладывать в цену риск принятия судом такого решения». Кредиторы БМЗ в печали
  18. Рынок лекарств штормит. Посмотрели, как изменились цены на одни и те же препараты с конца 2020-го
  19. Александр Лукашенко — больше не президент Национального олимпийского комитета
  20. Сейчас плюс даже ночью, а какими будут выходные: синоптики о погоде на конец февраля — начало марта
  21. «Люди с дубинками начали бить машину, они были везде». Судят водителя, который уезжал от силовиков и сбил гаишника
  22. 10 лет по делу о выстреле в Бресте. Что рассказывают родные осужденных и адвокат
  23. «За 5−10 тысяч можно взять дом». Белорус переехал из Минска за 90 километров «у мястэчка» и возрождает его
  24. Байкеры пытались отбить товарища у неизвестных у ТЦ «Европа». Ими оказались силовики, парней отправили в колонию
  25. Жила в приюте для нищих, спаслась после теракта в США. Женщина, которая перевернула российскую «фигурку»
  26. «Произойдет скачок доллара — часть продуктов может исчезнуть». Вопросы про ограничения в торговле
  27. По Мстиславлю уже 5 месяцев гуляет стадо оленей. Жители говорят, что олениха с детенышем ранена
  28. Минчане пришли поставить подпись под обращением к депутату — и получили от 30 базовых до 15 суток
  29. «Куплен новым в 1981 году в Германии». История 40-летнего Opel Rekord с пробегом 40 тысяч, который продается в Минске
  30. Бывший офицер: «В августе понимал, что рано или поздно дело коснется меня и я не смогу на это пойти»


/

На суд над Катериной Борисевич и Артемом Сорокиным, которого обвиняют в разглашении врачебной тайны, пришло не менее 100 человек — родные, коллеги, знакомые и незнакомые люди, которые хотели их поддержать. На процесс пытались попасть врачи из разных клиник Минска, но только у единиц это получилось. Коллеги Артема Сорокина рассказали, что они думают о деле и в какой атмосфере сейчас работают медики.

Фото: TUT.BY
У зала заседаний в Доме правосудия. Фото: TUT.BY

Заседание по делу началось после 10 часов. Попасть в зал смогли всего несколько врачей, остальные — их сегодня пришло десятки — оставались ждать в коридоре.

МНПЦ хирургии, трансплантологии и гематологии, БСМП, центр диагностики, ЛОДЭ, 3-я больница, РНПЦ онкологии, психиатрический диспансер, скорая помощь — перечисляют свои места работы врачи, которые пришли поддержать коллегу.

— Я не знаю Артема лично, но это не мешает мне сегодня быть здесь. Важно поддержать коллегу. Все, что я о нем слышала, было только самым хорошим, — говорит его коллега из БСМП. — Ни о каком воодушевлении в работе сейчас речи не идет. Все понимают, что на его месте мог оказаться любой честный человек, который поступил бы точно так же, как и он.

Павел работает в отделении урологии Больницы скорой медицинской помощи. Когда-то именно здесь начинал работать Артем Сорокин. По словам Павла, Артем не только врач высшей категории, но и профессионал, который умел создать комфорт в работе со всеми — коллегами-докторами и медсестрами, а также пациентами.

— С ним ты знаешь, что полностью защищен и уверен в исходе операции. Все будет качественно и бесконфликтно. И это важно не только для нас, медиков, но и для пациентов.

Фото: Belta via Reuters
Артем Сорокин и Катерина Борисевич в суде. Фото: Belta via Reuters

Рядом с Павлом — медики из БСМП и других больниц, которые глубоко возмущены судом над их коллегой.

— Ощущение, что мы никому не нужны вне зависимости от нашего опыта, знаний, квалификации. Ты вообще не имеешь никакой цены для администрации. Какое здесь будет желание работать? — говорит еще один врач БСМП.

По мнению медиков, в данном случае им сложно говорить о разглашении врачебной тайны. Во-первых, потому что информация об отсутствии в крови Романа Бондаренко этанола появилась в Сети до того, как об этом мог рассказать Артем Сорокин. Во-вторых, в этом деле нет потерпевшей стороны.

— Разглашения тайны не было, поскольку изначально эта информация появилась в каком-то из телеграм-каналов. Не знаем, на чем основано обвинение. Артем констатировал факт, который с разрешения родственников был опубликован. В этой истории нет потерпевшей стороны — ей по какой-то причине оказалось государство. Артем просто оказался крайним, он постфактум мог подтвердить результаты лабораторных анализов. Мы считаем, это показное дело, чтобы медики молчали.

— Но Генпрокуратура заявляла, якобы следы этанола были обнаружены в моче Романа Бондаренко.

— Люди, которые имеют отношение к медицине, понимают, что такое анализ крови и мочи на этанол. Необразованным людям можно рассказывать, что Роман Бондаренко был пьян, но умные этому не поверят.

По словам врачей, эмоционально переживать все происходящее им непросто.

— Все это время я часто перебираю свои эмоции. Вот у тебя есть пациент, молодой, который должен жить долго, но он заболевает или умирает от травмы. Ты сделал все, что мог, но он все равно умирает. И это психологически тяжело. Консультируешься с коллегами: что ты сделал не так? Как еще мог ему помочь? Разумом ты понимаешь, что сделал все, что мог, но у тебя все равно остается желание помочь хоть чем-то. И тут дело не в политике, а в обычной человеческой помощи. Слова о том, что Роман Бондаренко был трезв, не имеют отношения к политике. Они для того, чтобы ты понимал: ты сделал все, что мог. Артем оказывал ему помощь, старался максимально помочь, а теперь оказался подсудимым. Сейчас врачи вообще никак не защищены. Большинство коллег спрашивают сейчас: что дальше?

Кто-то ради суда над Артемом брал отпуск за свой счет на день, кто-то пришел на суд после ночного дежурства, у некоторых сегодня выходной.

— Все подавлены, ты видишь, что с твоим коллегой творится беспредел. Это молодой порядочный доктор. Специалист с высшей медицинской категорией. Такими специалистами не разбрасываются. Хотя нам постоянно твердят: найдем на ваше место кого-то.

Коллеги Артема говорят, что быть поддерживающей стороной сложно. Что переживает его семья — им вовсе представить невозможно.

-30%
-70%
-28%
-5%
-7%
-20%
-10%
-20%
-7%