98 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Журналистика не преступление. Как Катерина Борисевич готовила статью о «ноль промилле», за которую ее судят
  2. Помните дом на Хоружей, где был магазин «Звездочка»? Там капремонт, вот как теперь выглядит фасад
  3. Что сулит Беларуси арест украинской «трубы», которую в 2019 году купил Воробей?
  4. Экономист: Есть ощущение, что сменись Лукашенко даже на силовика, часть людей вернется в Беларусь
  5. Беларусь оказалась между Тунисом и Кувейтом по готовности к развитию передовых технологий
  6. Проверка слуха: Виктора Бабарико отпустили под домашний арест? Адвокат не подтверждает
  7. Жила в приюте для нищих, спаслась после теракта в США. Женщина, которая перевернула российскую «фигурку»
  8. «Дешевле, чем в секонде». В модном месте Минска переоткрылся благотворительный магазин KaliLaska
  9. Доклад о Беларуси в Совете ООН и обвинительный приговор Шутову. Что происходило в стране 25 февраля
  10. Адвокат Статкевича отказался дать подписку о неразглашении, теперь его могут лишить лицензии
  11. Требования дать «план победы» — это вообще несерьезно. Ответ Чалого разочарованным
  12. Погибшего Шутова признали виновным, Кордюкову дали 10 лет. По делу о выстреле в Бресте огласили приговор
  13. Верховный суд отменил летнее решение о сутках. Районный суд рассмотрел дело заново и опять назначил арест
  14. Когда будут арестовывать авто, а когда — забирать права на время: новое в ПИКоАП для водителей
  15. Верховный комиссар ООН: В Беларуси беспрецедентный по масштабу кризис в области прав человека
  16. Песков прокомментировал итоги встречи Путина и Лукашенко
  17. «Произойдет скачок доллара — часть продуктов может исчезнуть». Вопросы про ограничения в торговле
  18. 10 лет по делу о выстреле в Бресте. Что рассказывают родные осужденных и адвокат
  19. Как сложилась судьба участников групп, известных в 1990-е и 2000-е? Оказалось, очень по-разному
  20. Минское «Динамо» обыграло в гостях рижских одноклубников
  21. «Они только успели поставить машину на платформу». Минчанин отказался платить за эвакуацию, и вот чем это закончилось
  22. «Стояла такая тишина, что можно было услышать жужжанье мухи». Как Хрущев развенчал культ Сталина
  23. «Самая большая покупка — 120 рублей». История Маргариты, которая работает продавцом в деревне
  24. Глава бюро ВОЗ в Беларуси: «Возможно, в 2022 году мы сможем сказать, что с пандемией покончено»
  25. Гинеколог и уролог называют типичные ошибки пациентов на приеме. Проверьте, не совершаете ли вы их
  26. Поставщики сообщили о сложностях у еще одной торговой сети
  27. Лукашенко поручил госсекретарю Совбеза разработать план противостояния «змагарам и беглым»
  28. «Люди с дубинками начали бить машину, они были везде». Судят водителя, который уезжал от силовиков и сбил гаишника
  29. «Магазины опустеют? Скоро девальвация?» Экономисты объяснили, что значит и к чему ведет заморозка цен
  30. Биатлонистка Блашко рассказала, как ей живется в Украине и что думает о ситуации в Беларуси


/ /

2 января стало известно о смерти известного нейрохирурга, профессора, академика Арнольда Смеяновича. У него был обнаружен коронавирус, доктору было 82 года. На протяжении 60 лет — и до конца своего пути — он делал операции, которые спасли жизни тысячам людей. Те, кто знал его близко и по касательной, отзываются о нем одинаково: «Это легендарный врач». При этом простой в общении, энциклопедически умный, энергичный и мудрый. TUT.BY поговорил с бывшими пациентами профессора Смеяновича и их родственниками о том, как им помог известный нейрохирург и каким он остался в их памяти.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY
Академик Арнольд Смеянович, август 2018-го. Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

«Арнольд Федорович — человек-легенда. У него много учеников, все врачи очень уважительно относились к нему»

Алле Белоноговой из Барановичей было 54 года, когда она попала на операционный стол к профессору Смеяновичу. За два года до этого она начала терять слух и обращаться к врачам. Те решили, что у нее развилась тугоухость, поэтому назначили физиопроцедуры и капельницы, вспоминает Алла.

— А на самом деле у меня оказалась невринома слухового нерва, и назначенное лечение только спровоцировало рост опухоли. Дошло до того, что походка стала шаткой, начал неметь язык. В конце концов я выбила себе МРТ, которая выявила доброкачественную опухоль в голове. Она располагалась на слуховом нерве и задевала лицевой, уже достигла размеров грецкого ореха.

В таком состоянии Аллу перевели в РНПЦ неврологии и нейрохирургии. Ее лечащим врачом стал нейрохирург Антон Родич — ученик Смеяновича. Оперировал ее сам академик. В тот момент ему как раз исполнилось 80 лет. Это было в августе 2018 года.

— После юбилея мы беседовали с Арнольдом Федоровичем, и он рассказывал, что некоторые пациенты уже присматриваются к его возрасту. Вас он не смущал?

— Если бы сейчас кто-то сказал, что нужно пережить все это еще раз, я бы сказала: страшно. А на тот момент страха не было. Тем более не было мыслей, что я могу не выжить и не проснуться после операции. Арнольду Федоровичу было невозможно не доверять. Это, я думаю, скажет любой, кто хоть раз в жизни с ним пересекался.

Операция продлилась около трех часов и прошла удачно.

— Насколько я поняла, Арнольд Федорович — человек-легенда. У него много учеников, все врачи очень уважительно относились к нему. Самые сложные операции он делал сам. Моя длилась около трех часов. В итоге мне удалили слуховой нерв с правой стороны, удаление лицевого нерва стояло под вопросом, но его получилось сохранить.

Правда, в итоге «лицевой нерв принес много неприятностей», говорит Алла: лицо перекосилось, правый глаз перестал видеть.

— Когда операцию сделали, профессор Смеянович пришел ко мне в реанимацию и сказал, что лицевой нерв удалось сохранить. Опухоль обрезали и вычистили все по максимуму, чтобы не провоцировать дальнейший рост. Правда, на тот момент я не видела свое перекошенное лицо в зеркале, от которого потом ужаснулась. Позже я ездила к Арнольду Федоровичу, показывалась ему. Что бы ни случилось, он всегда принимал и успокаивал, что лицо постепенно восстановится: «Идеально, к сожалению, не будет, но станет лучше».

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Арнольд Федорович Смеянович за работой. 2017 год. Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Сейчас Алла не слышит на одно ухо, правый глаз перестал видеть, лицо до конца не восстановилось. Но и этого неидеального результата могло бы не случиться, рассказывает собеседница. Позже она узнала, что опухоль оказалась угрожающей для жизни.

— Когда меня отправили на переосвидетельствование, заведующий неврологическим отделением в РНПЦ сказал: «Спасибо большое Смеяновичу, что вы остались живы. Опухоль находилась около стволового нерва. Еще немного — и вас могло бы не стать. То, что с вами случилось, — это еще не самое страшное».

Новость о смерти профессора Смеяновича глубоко потрясла его бывшую пациентку, которой он подарил вторую жизнь.

— Уму непостижимо, что человек ушел. Я себя иногда чувствую пожилой, а он, несмотря на возраст, в 80 лет был такой молодой. Ходит быстро, шутит метко. Казалось, что Арнольд Федорович будет жить и оперировать бесконечно. Уверена, он мог бы еще работать и учить своих учеников.

«При всей своей известности и значимости он был очень прост в общении»

Елена Якушева познакомилась с профессором Смеяновичем 30 лет назад. Тогда ей было 23 года, она только что окончила Гродненский медицинский институт — и вдруг у нее произошел разрыв аневризмы сонной артерии.

События тех дней она помнит плохо: состояние было тяжелое, сознание практически отсутствовало. Но своего врача Арнольда Смеяновича она запомнила на всю жизнь.

— Операция была экстренная, состояние это само по себе опасное, гарантий никто не давал. Но Арнольд Федорович мастерски провел ее и поставил клипсу на сосуд. Благодаря ему я прожила полноценную жизнь, после операции не было ни осложнений, ни последствий. Эта проблема больше никогда меня не беспокоила. По сути, он стал для меня спасителем, — с дрожью в голосе — спустя 30 лет после тех событий — говорит Елена.

Спустя год она стала мамой, теперь у нее уже двое внуков.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Сегодня Елена живет в Рогачеве, работает врачом и заведует отделением физиотерапии. По ее словам, к ней часто на реабилитацию попадали пациенты, которые оперировались у профессора Смеяновича. И все отзывались о нем исключительно положительно.

— Это очень интеллигентный человек с необыкновенным чувством юмора. Всегда поддерживал своих пациентов. При всей своей известности и значимости он был очень прост в общении. Очень приятный человек. И врач от Бога. Очень жаль его. Мои близкие и я будем помнить о нем всю свою жизнь с теплом и благодарностью.

«Арнольд Федорович был очень энергичным. Он щедро дарил людям свое тепло и настроение»

В жизни Алины и ее семьи профессор Арнольд Смеянович тоже стал значимым человеком. Десять лет назад заболел ее папа Владимир. На протяжении нескольких лет он стремительно терял слух и в результате оглох на одно ухо. Сам он связывал это со своей профессиональной деятельностью: мужчина работал мастером по эксплуатации дорог. В итоге оказалось — опухоль.

— В поликлинике папе грели ухо. В итоге «догрели» до такой степени, что опухоль начала давить на все. Папа не мог подняться с кровати, не ориентировался в пространстве, постоянно мучили головные боли.

Когда Владимир попал на консультацию к профессору Смеяновичу, тот с ходу задал несколько вопросов — и сразу же поставил диагноз: что за опухоль, где она локализуется, когда появилась.

— Мама сунула ему диск с МРТ, но врач сказал, не надо, он уже и так все видит, — вспоминает тот диалог Алина.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Операция заняла около шести часов. На удаление самой опухоли понадобилось четыре. Алина рассказывает, что ее размер был сопоставим с мужским кулаком, новообразование задело лицевой нерв, но его функции удалось сохранить.

— На лице первое время была асимметрия, но пластической операцией потом все исправили. Сейчас папа восстановился, вернулся на работу, его перестали мучить головные боли. Все это — благодаря таланту Арнольда Федоровича. У меня тоже были сильные головные боли, и на фоне того, что произошло с папой, я сделала себе МРТ. Мне поставили диагноз «рассеянный склероз» под вопросом. Во время выписки папы я подошла к Арнольду Федоровичу с этими опасениями, он посмотрел мне в глаза и сказал: «Все хорошо, живи спокойно». После дополнительного обследования так в итоге и оказалось.

Первое время, рассказывает Алина, ее отец наблюдался у профессора Смеяновича, который, несмотря на занятость на операциях и сложности со временем, принимал и консультировал своих пациентов. Со временем такая необходимость отпала, но в их семье о профессоре всегда помнили.

— Больше всего мне запомнилась, каким энергичным был Арнольд Федорович. Он щедро дарил людям свое тепло и настроение. Помню, мы сидим в коридоре и переживаем за операцию, а он идет вместе с другими врачами в операционную, что-то им рассказывает, хохочет. Коллеги высокие, он сам — небольшого роста, но впереди всех. Таким ярким, добрым он и запомнился.

«Он сам проводил операцию, бился за отца до последней минуты»

Арнольду Смеяновичу приходилось спасать и своих коллег врачей. В 2017 году он оперировал известного кардиолога Николая Манака. Спасти его не удалось, но он подарил семье профессора еще три дня с близким человеком.

— Мой папа был профессором, главным кардиологом Беларуси, возглавлял до Мрочека НИИ Кардиологии, был инициатором создания РНЦП — объединения хирургов и терапевтов, — рассказывает дочь Николая Манака Екатерина Гамзунова. — Со Смеяновичем они дружили долгие годы, хотя он был старше моего отца. 26 февраля 2017 года у папы случился обширный инсульт. Это было воскресенье. Мы его завезли в больницу, не знали, кого и где искать, как-то растерялись. А потом нашей семье пришла в голову идея позвонить Смеяновичу. Конечно, это нужно было сделать сразу.

Николай Манак. Фото из личного архива Екатерины Гамзуновой
Николай Манак. Фото из личного архива Екатерины Гамзуновой

Несмотря на то, что это был вечер выходного дня, Арнольд Смеянович за полчаса собрал свою бригаду врачей и выехал в больницу, куда госпитализировали Николая Манака.

— Он сам проводил операцию, бился за него до последней минуты. Хотя я изначально видела, что он по снимкам понял, что отец был не операбельный, слишком обширное кровоизлияние. Ложных надежд он нам не давал, говорил, что ситуация очень тяжелая. У меня все в семье врачи, все и так понимали, — продолжает Екатерина. —  Мой папа прожил еще три дня. Все три дня Смеянович к нему приезжал и смотрел за его состоянием. И после похорон, когда прошло девять дней, я к нему приехала, он сказал: «Я так расстроился из-за случившегося, что, наверное, дал вам лишнюю надежду. Что мы его все-таки оперировали». А я сказала ему спасибо. Потому что нам нужны были эти три дня просто для смирения, чтобы попрощаться с отцом.

Как рассказывает Екатерина, Арнольд Смеянович все время, что был в больнице, учил молодых врачей, которые там работали, что они вот так должны бороться за каждую жизнь.

— Не все понимали, что такое спасать экстренно, спасать в воскресенье, спасать известного человека. От этого какого-то равнодушия аж подбрасывало. Он говорил: «Вы каждого человека должны так спасать, за каждую жизнь бороться», — вспоминает Екатерина. — Я знаю, сколько людей спас этот человек. Даже несмотря на то, что моего отца спасти было невозможно, он сделал для нас чудо, дал еще три дня.

«Он говорил правду в лицо, но делал это деликатно»

Герман Сехнович живет в Новогрудке. В 2013 году заболел его отец — у него обнаружили опухоль головного мозга. Его обследовали в Гродно, но ничем помочь не смогли, выписали из больницы и отправили домой «прощаться с близкими».

— Опухоль была большая, размером семь на четыре сантиметра. В Гродно сказали, что ничем помочь не могут. У меня были знакомые врачи в Минске, и они посоветовали обратиться в РНПЦ неврологии и нейрохирургии. Там отцу сделали две операции. Во время первой взяли опухоль на биопсию. Новообразование оказалось злокачественным. Вторую операцию делал сам Арнольд Смеянович.

Накануне операции, вспоминает Герман, он встречался с профессором лично. Тот дал гарантию, что отец проживет два года, «но на большее надеяться не стоит».

— В итоге так и произошло: отец прожил ровно два года. То есть как Смеянович сказал, так и сделал. Вырезать опухоль получилось не полностью, потому что она уходила в ствол головного мозга.

После операции отец Германа наблюдался в РНПЦ онкологии и медицинской радиологии в Боровлянах. Врачи наблюдали улучшение, но через несколько месяцев все откатилось назад.

— Я вновь поехал к Смеяновичу поговорить. Он уже понимал, что делать что-то с отцом бесполезно, уже идут необратимые процессы, но все равно сказал привезти его, «постараюсь чем-то помочь». Это очень человечный врач. Его профессиональные качества даже не буду оценивать, потому что это специалист высочайшего уровня. Это человек, который готов помочь, дать надежду, поддержать в тяжелую минуту. Несмотря на то что в его практике случалось разное, а смерть для врача — привычное явление, он не сказал, как в Гродно, ехать умирать домой, а продлил отцу жизнь. Он говорил правду в лицо, но делал это деликатно. И я ему на всю жизнь благодарен. Это очень добрый человек, и я очень ценю его отзывчивость.

-30%
-17%
-15%
-26%
-40%
-50%
-25%
-11%
-10%
-14%