Поддержать TUT.BY
Коронавирус: свежие цифры


/

В августе сразу три семьи провели в последний путь своих близких. От огнестрельного ранения, полученного во время акции, скончался минчанин Александр Тарайковский, через несколько дней при похожих обстоятельствах погиб брестчанин Геннадий Шутов. Не вернулся домой и гомельчанин Александр Вихор: его задержали, а через три дня молодой человек умер в больнице. Их семьи просили возбудить дело по статье «Убийство», СК все это время проводил проверку. Близкие погибших рассказали TUT.BY, к чему пришли следователи.

Александр Вихор. Били, но это не причина смерти

Фото: Сергей Комков, TUT.BY
С момента гибели Александра Вихора прошло почти три месяца. Фото: Сергей Комков, TUT.BY

— Я готова кричать на весь мир, хочу, чтобы все знали: мой сын не умер, мой сын погиб ни за что, — плакала в августе Светлана Вихор, мама 25-летнего Александра. Молодого человека задержали в Гомеле 9 августа, когда он ехал к девушке.

Два дня семья искала Сашу, пробовала передать ему вещи и еду. Когда ни одни двери не открылись, близкие поехали в милицию писать заявление о пропаже, там им сообщили: Александр Вихор скончался в больнице.

— Милиция его посчитала неадекватным и ночью привезла в приемный покой психоневрологического диспансера. Там ответили, что Саша не их клиент, у него сильный стресс, ему нужна медицинская помощь. Позже брата уже доставили в тубдиспансер, как нам рассказали врачи, он уже находился в состоянии клинической смерти, его час пытались реанимировать. А еще нам сообщили, у брата был отек головного мозга, — так Ольга после смерти Саши передавала слова врачей.

У следователей было три месяца, чтобы провести проверку и принять решение, возбуждать уголовное дело или нет. Семья уверена, что Александра избили и несвоевременно оказали помощь, когда ему стало плохо.

— В октябре нас ознакомили с судебно-медицинской экспертизой, частично. Она больше чем на 50 страниц, но нам не стали показывать несколько страниц, их просто нет. Следователь объяснил это тем, что в них содержится немедицинская часть экспертизы, — рассказывает TUT.BY семья Александра Вихора. — Нам не дали сфотографировать или снять копию экспертизы, пришлось переписывать от руки. Смысл экспертизы такой: алкоголя и наркотиков в крови Саши нет, смерть наступила из-за проблем c сердцем.

Близкие Александра называют судебно-медицинскую экспертизу «противоречивой», и после ее изучения все равно остались вопросы: как погиб Александр? могли ли нанесенные ему травмы стать причиной смерти? если бы помощь оказали вовремя, парень бы остался в живых?

Фото: Сергей Комков, TUT.BY
Похороны Александра Вихора. Фото: Сергей Комков, TUT.BY

— Эксперты описывают у Саши переломы ребер, грудины, гематомы и следом указывают, что данные повреждения не состоят в причинно-следственной связи со смертью. Якобы ребра ему сломали во время реанимационных мероприятий, мы можем это допустить, мы же не медики, поэтому показали переписанную экспертизу специалистам. Их смутило, что при массаже сердца были сломаны ребра, которые находятся ближе к пояснице, — отмечает семья Александра и вспоминает, что летом парень проходил медицинское обследование от военкомата. — Почему тогда никто из врачей не сказал: «Парень, ты смертельно болен. Тебе нужно стать на учет к кардиологу». Да, он получил отсрочку от армии, у него были нарушения со стороны сердечно-сосудистой системы, но люди с такими отклонениями живут очень долго. Почему эти отклонения усугубились именно в той обстановке? Они за три дня заключения под стражей обострились так, что человек просто умер? Что на это повлияло? Физическое, психологическое насилие или неоказание медицинской помощи? По документам, Саша скончался в 3.35 ночи, в 12.00 его уже вскрывали, а мы до двух дня вообще не знали, где он, ездили по городу с передачкой. Разве не надо было связаться с близкими? Его личность была установлена, так почему нам ничего не сообщили?

Сейчас назначена дополнительная судебно-медицинская экспертиза, ее будут уже проводить в Минске.

— Пока проверка по делу Саши приостановлена до получения результатов экспертизы. Если гомельская длилась два месяца, можно представить, сколько будет эта. Нам кажется, таким образом просто тянут сроки, — предполагает семья Александра Вихора. — Мы спрашивали следователя: неужели не имеет значения, что Сашу били, распыляли в него газ, не давали никакой таблетки, может, это и стало причиной произошедшего? Может, сердце не выдержало этого болевого шока и комы? Следователь ответил: «Да, били. Но у нас в стране милиции разрешено применять физическую силу, использовать наручники и оружие в определенных условиях. Мы разбираемся: превысили они служебные полномочия или нет». Это какое «определенное условие», если человек уже под стражей? Какую опасность он представляет? Свидетели говорят, когда Саша задыхался в «стакане», в него специально распыляли газовый баллончик.

Александр Тарайковский. Дела по убийству нет, за надпись «Не забудем» на месте гибели — есть

Ровно три месяца назад, 10 августа, возле станции метро «Пушкинская» погиб Александр Тарайковский. Его последние минуты жизни попали на видео, и эти кадры опровергли первоначальную версию МВД, которая звучала так: «10 августа, около 23.00, в ходе массовых беспорядков в Минске на ул. Притыцкого толпа строила баррикады для блокирования движения. В ходе противостояния со спецназом, прибывшим для деблокирования площади, один из протестующих пытался бросить неустановленное взрывное устройство в сторону правоохранителей. Оно взорвалось в руке, мужчина получил травмы, несовместимые с жизнью».

На съемке видно: у Александра нет ничего в руках, и он падает на землю после ранения в грудь.

Мстислав Чернов, TUT.BY via AP/TASS
На снимках, сделанных 10 августа, никакого взрывного устройства в руках Тарайковского не видно. У него была открытая рана грудной клетки. Фото: Мстислав Чернов, TUT.BY via AP/TASS

— Меня никуда не вызывают, периодически звонит следователь, задает уточняющие вопросы. (…) Каждый раз задаю следователю вопрос по поводу возбуждения уголовного дела, отвечает: «Мы работаем». Сразу сказал: скорее всего, проверка будет длиться максимальный срок — три месяца. Адвокат уже подготовил письмо в СК с требованием возбудить уголовное дело. (…) Не знаю, какое может быть основание не возбуждать уголовное дело. Хотя умом понимаю: вряд ли что-то будет, — ранее рассказывала TUT.BY Елена Герман, гражданская жена Александра Тарайковского.

С момента нашей встречи прошел месяц, у Елены новостей от СК по-прежнему нет.

— С судебно-медицинской экспертизой меня не знакомили, письмо из Следственного комитета не приходило, ждем, возможно на днях получим ответ, — уточняет Елена.

Пока СК не спешит дать правовую оценку гибели Александра Тарайковского, но на двух минчан уже завели уголовное дело за надпись «Не забудем» на месте гибели мужчины. Обвиняемая Мария Бобович сейчас находится под стражей, ей вменяют сразу две статьи Уголовного кодекса РБ — ч. 2 ст. 339 (Хулиганство) и ч. 2 ст. 218 (Умышленное повреждение имущества). Также за решеткой за восстановление фразы «Не забудем» оказался Денис Греханов. По словам его мамы, «Горремавтодор» насчитал ущерб в 10 тысяч рублей. Марии и Денису грозит до 10 лет лишения свободы.

Геннадий Шутов. «Достаточных оснований для возбуждения уголовного дела не имеется»

Пока семьи Александра Вихора и Александра Тарайковского ждут ответ от СК, близкие Геннадия Шутова его уже получили. «Правовая оценка действий лиц, причастных к причинению телесных повреждений Шутову, будет дана в ходе расследования уголовного дела. В настоящее время достаточных оснований для возбуждения уголовного дела по ст. 139 УК (Убийство) не имеется», — говорится в документе Центрального аппарата Следственного комитета.

Брестчанин Геннадий Шутов 11 августа получил ранение в голову и умер 19 августа в военном госпитале. В справке указали, что внешней причиной смерти стало «повреждение в результате выстрела из ручного огнестрельного оружия с неопределенными намерениями».

Близкие мужчины рассказывают TUT.BY, что до сих пор продолжается расследование по делу за сопротивление сотрудникам органов внутренних дел. В нем Геннадий Шутов и его друг Александр Кордюков фигурируют в качестве подозреваемых. Узнать подробности расследования у Анастасии, дочери Геннадия, нельзя:

 — На днях следователь взял с меня подписку о неразглашении.

-10%
-15%
-10%
-5%
-15%
-13%
-35%
-10%