Поддержать TUT.BY
Коронавирус: свежие цифры


/

9 августа Яков Шкиль ехал на своем авто по проспекту Независимости. Когда увидел людей, которые ждали результатов голосования возле 23-й гимназии, посигналил им — и его тут же остановили сотрудники ГАИ. Водительского удостоверения у Якова при себе не оказалось, интернет не работал — проверить документы на месте было невозможно, поэтому вместе с сотрудниками он проехал в отделение. Там на него составили два административных протокола за нарушение ПДД — и отправили в ЦИП на Окрестина. Оттуда Яков вышел только через двое суток, в кровоподтеках, ссадинах и с ушибами мягких тканей. А спустя полтора месяца ему пришла повестка в суд: якобы 9 августа он участвовал в несанкционированном митинге на проспекте Победителей.

​Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY
​Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

В центре изоляции правонарушителей на Окрестина Яков Шкиль пробыл с ночи 10-го по раннее утро 12 августа.

— Отпустили нас примерно в 3 часа ночи. Перед этим избили, — рассказывает Яков и подтверждает свои слова многочисленными фотографиями, а также консультативным заключением врача, которое звучит так: "Кровоподтеки и ушибы мягких тканей задней поверхности бедер, голени, поясницы, ссадина в области левого коленного сустава, ушибы передней поверхности грудной клетки".

За нарушение ПДД Яков уже понес административную ответственность: половину базовой величины за то, что при себе не было водительского удостоверения, и 10 базовых — за создание аварийной ситуации.

Но оказалось, что это не все. 27 сентября в своем почтовом ящике он обнаружил повестку в суд Фрунзенского района Минска. Оказалось, что его будут судить по статье 23.34 КоАП за участие в несанкционированном мероприятии. Как указано в протоколе об административном правонарушении, 9 августа в 22.20 Яков Шкиль якобы находился на проспекте Победителей, 29, и участвовал в несанкционированном массовом мероприятии, кричал «жыве Беларусь!» и «сыходзь». Хотя примерно в это время на него составляли протокол в Советском РУВД.

1 октября судья Ольга Красовская рассмотрела это дело.

В самом начале процесса Яков Шкиль заявил несколько ходатайств. Он попросил суд приобщить к материалам дела протокол, который на него составили сотрудники ГАИ, где указано время, когда это происходило, и медицинское заключение, а также опросить свидетелей. Суд эти просьбы удовлетворил. Ходатайство о вызове сотрудника ГАИ, составлявшего протокол, и просьбу приобщить записи камер видеонаблюдения с Советского РУВД судья отклонила.

После этого Яков пояснил, что происходило вечером 9 августа. По его словам, примерно в 20.20 он ехал по проспекту Независимости в сторону площади Победы. Когда увидел людей возле 23-й гимназии, посигналил им.

— Меня остановили сотрудники ГАИ. Водительского удостоверения при себе не было: я забыл его в рабочей машине. Поскольку интернет отсутствовал, сотрудник ГАИ не мог проверить, есть у меня права или нет. У нас вышел спор, поэтому мы поехали на переулок Якуба Коласа, 3, где находится Советское РУВД и отделение ГАИ. Сначала на меня составили протокол за отсутствие документов, потом, примерно через час, за создание аварийной ситуации. Это было в 22 часа 10 минут — такое время указано в протоколе. Далее меня доставили в ЦИП на Окрестина. 10 августа на всех составили еще какие-то протоколы — их никто даже не успел прочитать.

— Почему вы подписали протокол, где указано время 22.20 и проспект Победителей, 29? — спросила судья Ольга Красовская.

— Ночью многие задержанные видели, что во дворе происходили избиения. Днем они продолжились. Когда всей камерой нас вывели в коридор, я посчитал, что лучше подпишу все документы, чем буду таким избитым, как остальные. Но этой участи я не избежал. Когда меня выпускали, мне отбили ноги. Поэтому я и попросил о приобщении медицинского заключения. После этого мне еще разрезали ногу, но подтверждающих документов пока нет.

Фото предоставлено Екатериной Шкиль
Так выглядели ноги Якова спустя несколько дней после Окрестина. Позже на правой ноге была проведена операция: на ней была повреждена жировая ткань. Фото предоставлено Екатериной Шкиль
Фото предоставлено Екатериной Шкиль
Фото предоставлено Екатериной Шкиль

Екатерина Шкиль, жена Якова, в тот вечер вместе с ним ехала по проспекту Независимости. В суде она рассказала, что примерно в 20.20 возле 23-й гимназии их остановили сотрудники Госавтоинспекции за то, что муж подал звуковой сигнал.

— Минут 40 они разговаривали. Когда я вышла из машины, увидела, что на мужа надели наручники и посадили в машину. Я села за руль нашего авто, приехала домой, поставила машину, зашла в квартиру. Позвонил муж, попросил принести воды. Где-то с 21.30 до 23.30 я находилась возле Советского РУВД. Яков был там, на улице, на территории РУВД. На него составляли протокол.

Живет семья Шкиль прямо напротив Советского РУВД. Их сосед Вадим Липицкий, который выступил на суде свидетелем, тоже.

— В районе 21 часа каждый день я выгуливаю собаку, 9 августа не стало исключением. Примерно в 21.40 я увидел Якова на территории РУВД, он стоял в браслетах рядом с сотрудником ГАИ. Я не стал выяснять никаких подробностей, пошел дальше и увидел Екатерину.

— Каким образом вы поняли, что Яков Шкиль задержан?

— Яков находился в наручниках, он и сотрудник ГАИ вели какой-то диалог. Примерно в 21.45 его увели в РУВД, после чего я пошел домой. Завел собаку и опять вышел на улицу, чтобы пообщаться с людьми и понять, что будет происходить. Я стоял на улице примерно до 22.30 — Яков все время был в РУВД.

После этого судья изучила письменные материалы дела, среди них — рапорт сотрудника милиции и протокол опроса свидетеля. В них — идентичные данные: «В 22.20 по адресу: проспект Победителей, 29, принял активное участие в несанкционированном митинге без соответствующего разрешения Мингорисполкома», «кричал „жыве Беларусь!“ и „сыходзь“».

После небольшого перерыва суд вынес решение: вернуть протокол для устранения недостатков.

-7%
-80%
-20%
-20%
-25%
-20%
-15%
-15%
-45%