Поиск людей, пропавших после акций
Что делать, если вас задержали и избили


Ольга Цветкова / /

Если спросить Марину Ярмолич, кого в ее жизни больше — людей или лошадей, она ответит однозначно: «Лошадей, конечно». Уже 22 года Марина работает зоотехником на одном из лучших конезаводов страны — «Полесской Ниве». За это время он превратился из конюшен с несколькими кобылами не только в учреждение республиканского значения, но еще и в центр по сохранению единственной национальной породы — белорусской упряжной, а также исчезающей полесской популяции лошадей. Чтобы узнать, что это за лошади, почему стране так важно иметь свою породу и как создать любимую конеферму с нуля, мы и отправились в Столинский район. Вместе с «Белагро» продолжаем рассказывать вдохновляющие истории о тех, кто любит жизнь за пределами крупных городов и гордится работой на земле.

Недавно мы вместе с «Белагро» объявили о старте конкурса для лучших работников сельского хозяйства в рамках проекта «На земле». С этого времени они присылали нам свои истории, а мы ездили к ним в гости, чтобы рассказать всей стране о вдохновленных людях, живущих и работающих на земле. Сегодняшняя история — третья из пяти, а после публикации всех материалов мы устроим голосование за лучшего участника проекта, победитель которого получит главный приз — сертификат на 1000 рублей в магазине садовой техники «Хозтоварищ».

Марина Ярмолич

Гордость Марины — это 182 лошади хозяйства «Полесская Нива», среди которых есть как потомки именитых чемпионов, так и лошади, которых и сегодня можно смело называть «звездами породы». Марина рассказала, как выглядит детская мечта о лошадях во взрослой жизни, а мы погладили мохнатый нос самого известного представителя белорусской упряжной породы.

«Я попала в другую страну, в Европу»

Марина родилась в Красноярском крае, школу — обычную и конно-спортивную — заканчивала в казахском Шымкенте, училась в Новосибирском государственном аграрном университете, а практику проходила в Ратомке. Впрочем, впервые она оказалась в Ратомке совершенно случайно: вместе с подругой по конно-спортивной секции отправились навестить еще одну подругу-конницу в Москву, но та оказалась на соревнованиях в Беларуси. «Если уж добрались из Новосибирска до Москвы, то до Минска тут уже рукой подать», — решили подруги и добрались не только до Ратомки, но и до директора местного конезавода, который согласился принять их на следующий год на практику.

— Ратомка меня поразила: я попала в другую страну, в Европу. На дворе — март 1989 года, но уже все зеленое, газоны покошены, вокруг чистота и порядок, — рассказывает Марина. — Да и Ратомка тогда «звездила» на весь конный мир, среди местных лошадей были призеры чемпионатов мира. Я очень впечатлилась. А когда год спустя приехала на практику, меня познакомили с тогдашним директором колхоза «Огаревичи» (ныне ОАО «Огаревичи». — Прим. TUT.BY), который сделал для меня запрос на последнее союзное распределение. Так я оказалась зоотехником на конеферме в Ганцевическом районе. Селекцией там особо никто не занимался. Но в 1997 году на областной выставке племенного животноводства в Бресте две моих кобылы заняли первое и второе места. Как итог — пригласили на работу в «Полесскую Ниву», и тут пришлось снова начинать буквально с нуля.

«Записали одним из авторов породы»

В ОАО «Полесская Нива» Марина переехала в 1998-м — тогда это была простая товарная ферма с колхозной конюшней, где о племенных (отвечающих всем стандартам каждой отдельно взятой породы) лошадях и не думали. Да и сами конюшни были переделаны из птичника. Но уже со следующего года Марина стала собирать для будущего конезавода поголовье кобыл по всей Беларуси. Собирали по племенным хозяйствам, у частников, забирали тех, от кого хозяева отказались сами.

— Один хозяин хотел сдать свою тракененскую кобылу Хельзу на мясокомбинат из-за того, что она ослепла, — описывает историю одной из своих подопечных Марина. — Но Хельза принадлежит к гросс-тракенам — старым породным линиям в тракененской породе, которые ценятся на вес золота. У нее с обеих сторон именитые родители, дед — олимпийский чемпион. Таким происхождением не раскидываются, тем более в Беларуси, где поголовье невелико. Тогда мы выкупили ее с мясокомбината за 300 долларов, и за это время она принесла нам уже пять кобыл.

Запчасти для отечественной и зарубежной сельхозтехники можно удобно приобрести в интернет-магазине «Белагро»

В 2005 году «Полесскую Ниву» аттестовали как конеферму областного значения, с 2009 года — повысили до республиканской, а в 2015 году присвоили статус «Племенного конезавода республиканского значения по разведению лошадей белорусской упряжной и верховых пород». В этом году оно стало еще и генофондным хозяйством по сохранению лошадей полесской популяции. Спрашиваем и про них.

— Белорусская упряжная порода лошадей была зарегистрирована в 2000 году, хотя планомерная работа по селекции этих лошадей велась более ста лет. Меня даже записали как одного из авторов породы, — говорит Марина. — Когда популяция лошадей признается породой, то начинают вести записи по всей породе с линиями и семействами. По крайней мере, должны вестись, хотя у нас этого нет.

Для того, чтобы породу зарегистрировать, нужен определенный экстерьер, общность лошадей, их определенное минимальное количество. В 2000 году было около 3000 конематок и более 500 жеребцов-производителей, а спустя 20 лет их осталось 255 и 28 соответственно. Поэтому сейчас, к сожалению, вопрос стоит только о сохранении породы.

— Полесская популяция лошадей — это просто местные лошади, которые около тысячи лет разводились на территории Полесья путем простой народной селекции: отбирались крепкие, устойчивые к непогоде и болезням лошадки. Они невысокие, по 140 сантиметров в холке — это сегмент пони. Сегодня, по официальным данным, их осталось 47 конематок и 2−3 жеребца-производителя. Проще говоря, зубров больше, чем наших «полесок», — вздыхает Марина, поглаживая одну из них по шее.

Лошади полесской популяции

«Белорусская упряжная — это национальное достояние»

Во всем мире интерес к пони-спорту (конному спорту на лошадях не выше 150 см в холке, которые подходят для детей и всадников-подростков) только растет, но к Беларуси это не относится. Конный спорт никогда не был дешевым удовольствием, ведь владение лошадью — это статус и признак состоятельности. Марина рассказывает, что только в Китае за последние 10 лет конное поголовье увеличилось на 30% — вслед за ростом благосостояния людей. Когда Марина проходит мимо загонов, лошади тянутся вслед за ней, а она нежно треплет их по шее:

— Во всем мире национальные породы лошадей находятся под покровительством государства или монархов и являются гордостью страны. Белорусская упряжная — наша единственная национальная порода, которая в этом году еще и справляет свой 20-летний юбилей. Это — национальное достояние, которое, если мы его потеряем, уже не сможем восстановить. Двух одинаковых в нашем табуне вы не найдете: богатейшие оттенки мастей, универсальность, возможность использовать в иппотерапии, детском конном спорте и в экипажной езде — одна порода закрывает множество ниш. Я могу с кем угодно поспорить, что если мы привезем ее на выставку в Европу, то интерес будет огромным. Но само хозяйство такие выставки потянуть не может. Тут нужна поддержка государства.

Государство поддерживает: оплачивает более 50% стоимости содержания конематок (кобыл, использующихся для воспроизведения), но Марине хотелось бы показать наших лошадей в Европе, а еще — создать им европейские условия жизни: с обновленными конюшнями, левадами и специальными грунтами. Чтобы со временем «Полесская Нива» загремела так, как когда-то Ратомка.

«Вы общаетесь со звездой»

«Продукцию» «Полесской Нивы» сегодня покупают, в основном, белорусы. Как частники — для агроусадеб и проката, так и спортсмены — верховых лошадей для выездки, конкура и троеборья. Некоторые из местных подопечных затем оказываются в России и успешно выступают в различного рода соревнованиях — от конного драйвинга (соревнования конных упряжек) до выездки.

Правда, самому хозяйству продать лошадь за рубеж почти невозможно: это — штучный товар, к которому помимо всех документов прилагаются еще и ветеринарные анализы, многие из которых можно провести только за рубежом и за немалые деньги. Но даже внутри Беларуси каждый год удается продать порядка 20−30 голов — примерно столько, сколько дает ежегодный приплод в хозяйстве.

Многие из этих лошадей занимают первые места на конных выставках в Беларуси и России, участвуют в различных дисциплинах конного спорта. Есть и настоящие «звезды». Например, Лисёнок, Лиса, как нежно зовет своего любимца Марина.

— Лисёнок родился мне на руки, я помогала при родах. И эта наглая рыжая морда по-другому просто не назвалась. — Еще только завидев Марину, «наглая рыжая морда» подходит к краю левады и тыкается хозяйке в плечо. — Он у нас уже самый старый конь на конюшне, живет здесь столько же, сколько и я — 22 года. На сегодня он если не самый, то один из самых титулованных жеребцов белорусской упряжной породы: трижды чемпион Беларуси и один раз — вице-чемпион. Хотя первоначально в производители даже не планировался: был рабочей лошадкой и таскал воз по 2,5 тонны, даже не потея. И вдруг нам понадобилось ехать на выставку, а он был единственным, кто мог ходить с возом. Отвезли, показали — он стал чемпионом. За свою жизнь Лисёнок принес около 100 голов приплода. Многие приезжали именно за его сыновьями, а он стал настоящим брендом белорусской упряжной. Так что вы общаетесь со звездой.

Тот самый легендарный Лисёнок

В прошлом году ветеран сломал ногу и теперь находится на заслуженной пенсии. Выходить немолодую лошадь с переломом и поставить на ноги — дело сложное, признается Марина, но с Лисёнком она не могла иначе. Впрочем, выхаживают здесь не только старичков, но и младенцев.

— У нас была кобыла Галактика, мы ее выхаживали с пяти дней, — рассказывает Марина. —  Выкормили на детской смеси «Малыш», когда ее мать пала после родов. Там участвовали все: и ночные сторожа, и конюхи: каждые полтора-два часа разводили эту смесь и кормили жеребенка. Дежурили по очереди. Когда она выросла и впервые ожеребилась, я даже плакала.

«Это — моя мечта детства»

Несмотря на то, что в прошлом году в хозяйстве получили уже пятисотого племенного жеребенка, Марина с легкостью называет имена каждой лошади, которую встречает — помнит ее родителей, дедов и прадедов, знает характер. Вот от моей морковки отказалась вороная Оболонь, но тут же подбежала мышастая Облепиха со звездочкой на лбу. Кобыле Глаше тоже интересно…

Помимо ухода за лошадьми, подбора пар для селекции, осмотра каждого подопечного и другой работы на конезаводе, у Марины есть еще и дополнительные занятия: составление каталога по белорусской упряжной породе (первого с 1983 года!), организация конных праздников и фестивалей, судейство на выставках, экскурсии для школьников. Марина говорит, времени хватает на все отчасти благодаря коллективу, который поддерживает: плохие и злые люди здесь просто не задерживаются.

Наталья — берейтор (тренер лошадей и верховой езды), работает здесь с 2015 года, а всего занимается с ними около 12 лет. Пришла со стеклозавода «Неман». Всю жизнь любила лошадей, теперь приучает их к недоуздку, седлу и человеку вообще.

— Это — моя мечта детства, занимаюсь с молодняком до трех лет, и мне это очень нравится, — рассказывает она. — Зайдешь к кобылам с жеребятами — они щиплют тебя, нежные такие, как игрушки. На заводе я была более нервная, а сейчас — спокойная. Лошадь ведь чувствует все: если у тебя настроения нет, то и лошадь к тебе не подойдет — мол, успокойся сначала. В городе я прожила три года — не могла найти себе места, убирала квартиру дважды в день. А тут — свобода. Я всегда мечтала завести лошадь, теперь у меня их три. Мне нравится жить в деревне.

Коллектив конезавода: Василий, Вадим, Марина, Наталья, Екатерина и собака Тося

Про детскую мечту говорит и сама Марина. Помнит, как дед посадил ее в седло, и понеслось: лошади всех мастей из пластилина, конюшни, всадники — больше ни о чем и думать не могла.

— Я абсолютно не городской житель. Мне нравится свой дом, что у меня там розы, что тут у меня кони, жеребята. У нас тут нет быстрой смены событий — для деревенской жизни и для коневодства важно терпение. Смотрите: год кобыла ходит жеребая, потом еще три года лошадь растет до заездки, в пять лет начинает участвовать в первых соревнованиях, в международных — только после девяти лет. И только тогда ты можешь полностью оценить ее потенциал. У меня есть любимое дело и доверие в коллективе. Я никуда не хочу уезжать, — признается героиня.

Марина мечтает однажды создать на базе хозяйства в Ремеле национальный конный парк: с музеем, конно-спортивной школой, собственной шоу-программой и, конечно, с любимыми белорусскими упряжными и «полесками»:

— Я суперсчастливая. У меня есть прекрасная семья, две красавицы-дочки, друзья и любимая работа. А еще у меня есть мечты. Кажется, я с каждым годом становлюсь все счастливее и счастливее.

Партнер проекта:

«Белагро» — крупнейший поставщик сельхозтехники и запасных частей. Наш ассортимент насчитывает более 3000 наименований техники и более 100 000 артикулов запчастей. У нас минимальные цены, так как мы выполняем прямые поставки с заводов-производителей.

-10%
-20%
-10%
-40%
-20%
-25%
-20%