/

Департамент финансовых расследований Комитета госконтроля в последние дни стал чуть ли не главным ньюсмейкером, сообщая каждый день о новых задержаниях, обысках и преступлениях — и каждое страшнее предыдущего, — все это по делу Белгазпромбанка. Рассказываем, чем занимается ДФР по долгу службы и какими делами департамент успел прославиться еще до задержания Виктора Бабарико.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY
Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

Что такое ДФР и какие у него основные задачи?

Департамент финансовых расследований является структурой Комитета государственного контроля с центральным аппаратом в Минске, управлениями в областях и межрегиональными отделами в регионах.

Задачи департамента:

  • защита интересов общества, граждан, организаций и государства от преступных посягательств в экономической сфере, обеспечение экономической безопасности страны;
  • профилактика, выявление и пресечения экономических правонарушений и преступлений, в том числе коррупционных;
  • дознание по уголовным делам, ведение административного процесса.

ДФР занимается расследованием уголовных дел?

Органами следствия в Беларуси являются Следственный комитет и Комитет государственной безопасности. ДФР — это орган дознания, то есть собирает всю фактуру по делу и потом передает материалы следствию — СК или КГБ. ДФР работает по экономическим и коррупционным делам — «убеждаем бизнесменов платить налоги», как объяснял бывший руководитель департамента Сергей Барановский.

По каким преступлениям работает ДФР:

  • невозвращение из-за границы валюты (ст. 225 УК);
  • незаконный выпуск (эмиссия) ценных бумаг (ст. 226 УК);
  • подлог решения о выпуске либо проспекта эмиссии ценных бумаг (ст. 227 УК);
  • легализация («отмывание») средств, полученных преступным путем (ст. 235 УК);
  • незаконное получение кредита или субсидии (ст. 237 УК);
  • ложная экономическая несостоятельность (банкротство) (ст. 238 УК);
  • сокрытие экономической несостоятельности (банкротства) (ст. 239 УК);
  • преднамеренная экономическая несостоятельность (банкротство) (ст. 240 УК);
  • препятствование возмещению убытков кредитору (кредиторам) (ст. 241 УК);
  • уклонение от погашения кредиторской задолженности (ст. 242 УК);
  • уклонение от уплаты сумм налогов, сборов (ст. 243 УК);
  • установление или поддержание монопольных цен (ст. 245 УК);
  • изготовление, сбыт либо использование поддельных акцизных марок РБ (ст. 261−1 УК);
  • а также по коррупционным преступлениям в экономической сфере.

При наличии признаков преступления ДФР передает заявление следственным органам — КГБ или СК, или возбуждает уголовное дело (обязательно проинформировав прокурора). Оперативники департамента имеют право проводить осмотр, обыск, выемку, накладывать арест на имущество, прослушивать и записывать разговоры, задерживать, допрашивать подозреваемых, свидетелей, применять меру пресечения для фигурантов, назначать экспертизы. Все это мы сейчас наблюдаем по делу Белгазпромбанка.

У ДФР есть 10 суток со дня возбуждения уголовного дела, чтобы передать дело следователю — в Комитет госбезопасности или Следственный комитет, обвинение предъявляет следователь. После этого ДФР может проводить оперативно-разыскные мероприятия только по поручению следователя.

Генпрокуратура передала материалы дела Белгазпромбанка в КГБ.

По каким делам запомнился Департамент финансовых расследований?

ДФР работал по делу «Борисовдрева», которому предшествовало эмоциональное выступление Лукашенко при посещении предприятия. В 2014 году директора Владимира Мальцева обвинили в злоупотреблении властью и служебными полномочиями (ч. 3 ст. 424 УК), «действовал вопреки интересам службы», «из иной личной заинтересованности»: неверно выбрал поставщика котельного оборудования, незаконно заключил контракт на монтаж оборудования с турецкой компанией, не предпринял меры по своевременной закупке оборудования для спичечного производства. В суде озвучивали сумму, в которую оценили ущерб государству, причиненный управленцем, — 17 миллиардов неденоминированных рублей. Мальцев вину не признал. Его приговорили к 2,5 года колонии, после обжалования из дела был исключен ущерб (по приговору насчитали 1,9 млрд неденоминированных рублей). В 2014 году Владимир вышел на свободу по амнистии. «Борисовдрев» после модернизации ежегодно показывал немалые убытки: в 2015 году — 8,5 млн рублей, в 2016 году — 3,2 млн рублей, в 2017 году — 11,1 млн рублей, в 2018 году — 17,2 млн рублей.

В копилке ДФР — дело «Мотовело» против Александр Муравьева, которого обвинили в мошенничестве, хищении, уклонении от уплаты налогов. В 2007 году акции «Мотовело» у государства купила австрийская фирма ATEC Holding, директором которой являлся Муравьев. Инвестор взял на себя ряд обязательств, в том числе за 5 лет вложить не меньше 20 млн долларов в развитие предприятия. Из них меньше 12 миллионов, согласно бизнес-плану, должны были пойти на покупку оборудования. Деньги поступили, но на станки «Мотовело» оговоренную сумму не потратило. Согласно обвинению, это значит, что инвестор не выполнил свои обязательства, ввел госорганы в заблуждение, в результате чего незаконно завладел акциями «Мотовело» на 97,7 миллиона рублей. Также бизнесмен, согласно обвинению, создал фирму ATEC Trading, которая стала посредником в сделках «Мотовело» с поставщиками и таким образом позволяла уходить от налогов. Ущерб — 69,6 тысячи рублей. Вину бизнесмен не признал, получил срок 11 лет лишения свободы. По итогу акции «Мотовело» ушли государству, компания ушла в банкротство. Было создано новое предприятие, учредителем которого выступили структуры Мингорисполкома.

Еще одно громкое дело — против Fenox Global Group — бизнесмена Виталия Арбузова и его коллег. В 2017 году в Госконтроле рассказывали, что Арбузов подозревается в том, что с 2010 года уклонялся от уплаты налогов, а также неправомерном получении из бюджета налога на добавленную стоимость: подконтрольные ему белорусские предприятия, во-первых, завышали в разы стоимость импортируемой продукции, что позволяло им увеличивать затраты и уменьшать налогооблагаемую базу для уплаты налогов; реализовывая в Беларуси, России, Украине продукцию за наличный расчет, они оформляли документы на экспорт товаров по заниженной цене, что позволяло не только занижать выручку, но и возвращать из бюджета НДС. Ущерб оценивался более чем в 120 млн рублей. В итоге судили «пособника» Арбузова, обвиняемого в уклонении от уплаты (ему дали 4 года), бизнесмен был допрошен как свидетель и заявил, что в клетке «пособник того, чего я не совершал». Самого Арбузова не судили, ему дали отсрочку на погашение ущерба.

-90%
-15%
-15%
-50%
-5%
-15%
-20%
0070970