Поддержать TUT.BY
Коронавирус: свежие цифры


/

«Жэстачайшэ запрэціць» — метод, который кажется невероятно эффективным некоторым управленцам. Наверное, он бы работал, если бы люди были запрограммированными роботами, которые сразу же действуют по любой новой настройке в системе. К чему тут последние звонки и продажа алкоголя? Сейчас объясню.

  • Аня ПероваЖурналист TUT.BY

В ситуации с запретом на продажу алкоголя цель — запретить конкретно употребление алкоголя. А так как запретить его употреблять задача невыполнимая, то запрещают превентивно — через ограничение продаж. Почему-то каждый год выпускников считают недостаточно хитрыми, чтобы придумать, как достать себе пару бутылок заранее.

Я не пропагандирую употребление алкоголя, а смотрю правде в глаза. В первую очередь запрет на продажу связан с подростками. Даже психотерапевты согласны с тем, что чем больше взрослые что-то запрещают, тем больше этого хочется. Не уверена, этим ли правилом руководствуются родители, но во многих классах к выпускному они сами покупают по 1−2 ящика вина на класс в придачу к накрытому столу. Чтоб и себе было что налить, и выпускникам — «пригубить». Естественно, заранее, а не в день запрета.

На употребление формальный запрет как бы уже и не распространяется.

Мне 23. Хоть многими этот возраст воспринимается практически как школьный, с моего выпускного прошло уже 7 лет. Но я его хорошо помню, и, думаю, с тех пор ничего не изменилось. Подростки все еще умеют находить, где купить алкоголь без удостоверения личности, кого попросить приобрести нужное в магазине и как незаметно конфисковать бутылку из домашнего бара родителей. Не нужно думать, что они на такое не способны. Помните ситуацию, когда девушка принесла фляжку вместо клатча? Это стало мемом, но таких выдумок в загашнике у выпускников немало.

Именно подростки ждут своего выпускного 11 лет и каждый год читают новости: в дни последних звонков и выпускных алкоголь не продают. Разовый запрет настолько предсказуем и традиционен, что обойти его проще простого: достаточно затариться необходимым в марте, апреле или даже в начале мая и просто ждать. Единственные, кто страдает 30 мая, это люди, которые не помнят об этом запрете ввиду отсутствия в семье детей-выпускников и наивно идут в магазин. То есть обходят запрет как раз те, на кого он направлен.

В целом движение к снижению потребления в Беларуси есть: например, по сравнению со статистикой 2010 года (17,5 литра алкоголя на человека) или даже 2016-го (16,4 литра на человека) 2018-й выглядит лучше — 11,2 литра на человека. Но вклад запрета его продажи в определенные дни вообще никак не отмечался ВОЗ среди факторов, повлиявших на это снижение. Повлияло другое: координатор программ по общественному здравоохранению Странового офиса ВОЗ по Беларуси Валентин Русович объяснял, что в 2018 году формулу подсчета изменили — и это сделало нашу статистику лучше. Как и общее снижение потребления алкоголя по региону. Но вспомним цифры за 2005-й: тогда показатель составлял 11,1 литра на человека и без этой уточненной формулы.

Фото: Александр Чугуев, TUT.BY
Фото: Александр Чугуев, TUT.BY

Оценить, что именно повлияло на такой всплеск потребления в 2010 году, сложно. Впрочем, как и то, что случилось за период с 2010-го по 2018-й. Власти настолько часто вводили и затем почти сразу отменяли ограничения по продаже спиртного, что вряд ли это так сильно отразилось в общей статистике по восьми годам. Кстати, в 2018 году (когда статистика улучшилась) никаких ограничений как раз не было: они появились на сутки в сентябре и тут же были сняты.

В странах с регулярными ограничительными мерами мы хотя бы видим какую-никакую стабильность в цифрах. Например, за 2005, 2010 и 2018 годы в Швеции на человека выходило по 6,6, 9,2 и 9,2 литра соответственно. В Норвегии — по 6,4, 7,7 и 7,5. Скандинавская идея заключается в том, что частных алкогольных магазинов не бывает — отрасль контролируется государством. Поэтому акций, скидок тоже быть не может. Плюс — магазины закрыты по ночам и воскресеньям.

Фото: Анжелика Василевская, TUT.BY
Фото: Анжелика Василевская, TUT.BY

С тем, насколько это работает, можно спорить: по сравнению с 2005 годом потребление в скандинавских странах все равно выросло. Да и, например, в Литве, которая применила часть похожих ограничений, уже утверждали: люди просто привыкают к ситуации и покупают заранее. Впрочем, результативность их действий еще предстоит оценить: власти комплексно подошли к проблеме только в начале 2018 года.

Тем не менее единичные «дни трезвости» и «профилактическая антиалкогольная акция» тоже, видимо, не очень эффективны: они проводились и в 2010, и в 2016 годах, когда статистика ВОЗ была значительно выше, чем сейчас.

Особенно забавно вышло в этом году: школьники из Бреста, Могилева и Гомеля сдерживать себя не умеют, а в Минске, Гродно и Витебске, видно, уже научились. Как-то несправедливо получается. В целом, это даже не полумера, а недомера: она не решает и половины проблемы, а оставляет ее как есть.

Мнение автора может не совпадать с точкой зрения редакции.

-50%
-10%
-25%
-28%
-15%
-40%
-10%