Поддержать TUT.BY
Коронавирус: свежие цифры


/

17 мая не стало Юрия Зиссера — основателя портала TUT.BY, хостинг-провайдера hoster.by, общественного деятеля и мецената. В памяти у тех, кто его знал, с ним дружил и работал, сохранилось немало добрых воспоминаний о Юрии Анатольевиче. Свои воспоминания люди пишут в соцсетях и присылают в редакцию. Мы решили опубликовать часть из них, а также поговорить с теми, кто вместе с Юрием Зиссером сделал TUT.BY таким, каким его знаете вы.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Юрий Зиссер, основатель TUT.BY, хостинг-провайдера hoster.by, предприниматель, общественный деятель, меценат. Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

«Юрия Анатольевича очень активно отговаривали от создания TUT.BY»

Ольга Писарчик, бухгалтер, 28 лет работала вместе с Юрием Зиссером:

— Юлия Виссарионовна — жена Юрия Анатольевича, моя племянница, через нее мы и познакомились. В 1990-х я работала инженером в проектном институте. Когда там начались массовые увольнения, меня сократили. В этот период Юрий Анатольевич как раз намеревался организовать фирму. Он предложил мне пойти на бухгалтерские курсы и прийти к ним в команду.

Наша работа началась с фирмы «Надежные программы». Юрий Анатольевич написал банковскую программу для работы с населением, и мы ее продавали.

Помню, как мы собрались покупать наш первый компьютер. Это был 1992-й или начало 1993-го. Сразу мы пошли за деньгами в банк — нужную сумму нам выдали купюрами по 3 и 5 рублей. Чтобы их унести, понадобилось три сумки и рюкзак. С этим багажом мы — пять человек — отправились в Москву за компьютером. У Юрия Анатольевича была такая особенность — на поезд он всегда приходил в последнюю минуту, и в этот раз в вагон он зашел где-то за три минуты до отправления. Но успел. Кстати, всегда, несмотря на то что ему нужно было куда-то ехать, он ходил по офису и со всеми разговаривал. Его подгоняли, говорили: «Юра, опоздаем», но он все равно выходил в последнюю минуту.

Из «Надежных программ» позже вырос TUT.BY. Интересно, что Юрия Анатольевича очень активно отговаривали от создания TUT.BY. Говорили, ниша уже занята, но он все равно реализовал свою идею. Почему? У него было необыкновенное чутье в бизнесе. Он всегда понимал, какое направление выбрать. Во время кризисов в 1996-м, 2000-м мы были на грани, но он чувствовал, от чего нужно и можно отказаться. Например, в 2005-м мы отказались от банковских программ и переключились на IT.

Для меня самая яркая его характеристика в том, что у него не было никакой заносчивости. Он понимал, что он значимый человек, но «звездности» в нем никогда не было. И с уборщицей, и с главным редактором он разговаривал одинаково.

Людмила Чекина, генеральный директор TUT.BY:

— На TUT.BY я пришла в 2008 году, тогда на собеседовании и познакомилась с Юрием Анатольевичем. За годы работы мы многое вместе пережили. Портал — это сложный организм с небезопасным для нашей страны видом деятельности, поэтому Юрий Анатольевич часто попадал в непростые истории. Иногда проблемы, которые он должен был «разруливать», настигали его в самых неожиданных ситуациях. Например, он с несколькими коллегами поехал в отпуск в Китай, они взбирались на гору, и тут Юрию Анатольевичу стали звонить журналисты из других изданий, спрашивать: «Что такое? У вас TUT.BY горит». Оказалось, от жары и света софитов в студии сработала автоматическая система пожаротушения, и в прямом эфире зрители увидели, как гость и ведущий были залиты водой.

Вторая похожая история произошла, когда Юрий Анатольевич выходил из самолета в Австрии. В аэропорту он получил звонок: «Что у вас происходит? Вас хотят нормализовать? Что будет с TUT.BY?» Чуть позже выяснилось: это было программное выступление президента, когда он спросил у Шапиро (Семен Шапиро, в те годы губернатор Минской области. — Прим. TUT.BY), почему Семен Борисович не может нормализовать Зиссера.

Эти случаи хорошо иллюстрируют, как непросто управлять порталом. Тем более это СМИ, и ни на минуту его нельзя оставить без внимания. В то же время Юрий Анатольевич никогда не вмешивался в редакционную политику. Он всегда набирал профессионалов и доверял им. Одно из моих главных впечатлений об этом добром и позитивном человеке — то, что к каждому сотруднику у него было теплое, хорошее отношение.

Из почты:

Уважаемые сотрудники TUT.BY

Примите искренние слова сочувствия, в связи с безвременной смертью Юрия Зиссера.
Мы, в Пинской детской школе искусств, с большим уважением и радостью вспоминаем Юрия. Именно благодаря этому человеку, в нашей школе появился орган…
Пусть память об этом человеке всегда остается в памяти людей.

«Калі пасля онлайну з Плошчы мяне затрымалі і павалаклі афармляць на суткі, Юры Анатольевіч узяў майго бацьку і паехаў «выцягваць»

Фото: Олег Киндар, TUT.BY
Фото: Олег Киндар, TUT.BY

Леонид Лознер, сооснователь компании EPAM Systems:

— Впервые мы увиделись в 1995 году во время Tibo. На выставке я встретил приятельницу, которая работала в «Надежных программах», она и предложила познакомить меня с Юрой. Мы подошли к нему: я невысокого роста, а он, наоборот, очень высокий. Ситуация вышла немного комичная, но мне запомнилось, как Юра, чтобы не было дискомфорта в общении, старался казаться не таким высоким.

Позже у нас возникли дружеские отношения. Я неоднократно бывал у него в гостях. Интересно, что я на несколько дней старше Юры, но, видимо, разница в росте создавала у него ощущение, что я младше. И он называл меня Ленечка. «Я тебе, Ленечка, сейчас такие компакты покажу», — говорил он мне, когда мы обсуждали музыку.

Затем мы стали пересекаться по работе в одной из благотворительных организаций. Мы близкие по характеру люди, поэтому мне с ним всегда было очень комфортно. Вчера многие вспоминали о нем на своих страницах в соцсетях. Люди писали, что Юра — человек безупречной интеллигентности и порядочности. Для меня это одни из главных качеств в человеке, и я всегда чувствовал их в Юре.

Кастусь Лашкевич, журналист:

— Калі ў ноч з 19 на 20 снежня 2010 года, пасля онлайну з Плошчы мяне затрымалі і павалаклі афармляць на суткі, Юры Анатольевіч узяў майго бацьку і паехаў «выцягваць» мяне з Маскоўскага РАУСа, — написал на своей странице в Facebook Кастусь Лашкевич. — Дзяжурны на ўваходзе не прызнаваў майго знаходжання там, тады ЮА спакойна абышоў будынак, знайшоў мяне ў поўнай аўдыторыі і праз запацелае вакно зрабіў фота, якое хутка з’явілася на партале. Ён больш за гадзіну правёў на 12-градусным марозе, пакуль не пераканаўся, што зрабіў для майго вызвалення ўсё, што мог. Праз чатыры гадзіны мяне выпусцілі без пратаколу — такі здарыўся цуд у тую страшную ноч. І гэта толькі адзін з многіх цудаў, якія ў маёй памяці назаўжды будуць звязаныя з Юрыем Зісерам.

Я правёў на TUT.BY 3,5 гады — і гэта былі ці ня самыя яскравыя гады майго дарослага жыцця. Партал імкліва рос, з навіновага агрэгатара ператвараўся ў самастойнае медыя з камандай класных журналістаў. ЮА стварыў кампанію з неверагоднай для Беларусі атмасферай камфорту і асабістага (ды каманднага) росту на заходні манер, сабраў унікальную каманду тэхнароў, творцаў, крэатыўшчыкаў. Ён меў талент не толькі знайсці і выгадаваць таленавітых у розных накірунках людзей, але і непахісна давяраў ім, каб тыя раслі самі і знаходзілі новыя таленты для сваіх каманд…

ЮА быў босам, з якім было цікава і бяспечна не пагаджацца. Так, ён скептычна ставіўся да маіх грамадска-палітычных публікацый на беларускай мове. Пераканаўча даводзіў на лічбах, што я ўласнаручна завужваю аўдыторыю і зніжаю эфект ад сваёй працы. Я з ім горача не пагаджаўся і працягваў сваю лінію. А ён працягваў даваць мне магчымасць гэта рабіць. Ці не цуд? […].

Из почты:

Дорогие осиротевшие Юля, Евгения и все сотрудники TUT.BY!

Полной неожиданностью, шоком стало для нас известие о смерти Юрия. Молодой, талантливый, преуспевающий, все успевающий, чуткий, доброжелательный, отзывчивый… необыкновенный!

Мы часто вспоминаем и всегда будем помнить встречи с ним в Вашингтоне и Минске. Какой потрясающей была незабываемая поездка с нами на родину наших предков в Смиловичи и бенефис, который он устроил в Музее Хаима Сутина Гилу — потомку и последователю Сутина. […].

Финал нашей ежевоскресной радиопередачи мы посвятили рассказу о нем [Юрии Зиссере]. Эта память о нем будет всегда с нами и со всеми, кому посчастливилось с ним когда-либо соприкоснуться!

Ихийе Зихро Барух Ху! Да будет благословенна память о нем!

Всегда ваши: Анна Топоровская, Альберт Плакс, Гиллер Плакс, Вашингтон, США

«Я не собиралась колядовать, но Юрий Анатольевич сам ко мне подошел, спросил: «А в этом году мы пойдем?»

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Алена Андреева, видеоредактор TUT.BY:

— Одно из моих самых ярких впечатлений про Юрия Анатольевича — совместное колядование. Все началось в 2013 году, когда я только вышла из декрета. В тот январь одна из суббот оказалась рабочей, но мне так не хотелось сидеть в офисе, просто жуть, и я подумала: почему бы нам не сходить и не поколядовать. И совершенно наобум предложила Юрию Анатольевичу поехать с нами. Говорю, дадим вам какую-нибудь почетную миссию. И он вдруг: «А давай!»

Песен мы не знали, поэтому позвали с собой ансамбль «Гуда» с Викторией Михно. Виктория, кстати, когда узнала, что с нами Зиссер, сказала: «Я найду красивую кошулю самого большого размера, чтобы на него наверняка налезла». И вот мы с ребятами сели в две машины — мою и Юрия Анатольевича — и поехали поздравлять журналистов других редакций.

В тот год мы никого не предупреждали про свой визит. Помню, как коллеги из БелаПАН были в шоке, когда увидели с нами ЮА. Не верили, что такое возможно.

В следующем году я уже не собиралась ни на какую коляду, но в первых числах января Юрий Анатольевич сам ко мне подошел, спросил: «А в этом году мы пойдем колядовать?». За день или два мы снова организовались. Так мы ходили колядовать три или четыре года. У Юрия Анатольевича была очень важная миссия — он нес звезду, а в один год еще и был мехоношей.

Татьяна Бембель, искусствовед, куратор Галереи TUT.BY:

— Он не любил жесты напоказ, и о многих добрых делах, которые он делал, становилось известно случайно. Хотя, уверена, список людей и проектов, которым он помогал, еще более внушительный, чем сейчас известно.

Важно, что при этом Юрий Анатольевич показал, как правильно и, я бы сказала, праведно себя держать себя в благотворительности. В его поступках никогда не было намека на самопиар, на самодовольное наслаждение тем, какой он классный, на чувство превосходства по отношению к тем, кому он помогал. У него были свои, непростые отношения со Всевышним, но что касается христианской заповеди про тайные добрые дела, то тут он все нормы выполнил и перевыполнил, смиренно перенося и болезнь, данную ему в конце жизни.

Меня поражало и подкупало его особенное отношение к музыке. Он был не просто любителем, человеком, который ходит в филармонию и ездит на джазовые фестивали и для души поигрывает на фортепиано и органе. Он внимательно наблюдал за тем, что происходит в этой сфере, какие новые имена появляются, в ком есть перспектива и будущая гордость страны. И когда он видел молодой талант, считал своим долгом словно открыть защитный зонт над этим хрупким явлением.

Такой в моем восприятии стала история Владислава Хандогого. Юрий Анатольевич видел, в каких непростых условиях развивается этот талантливый ребенок, потом подросток, теперь молодой человек. Он помогал по-разному: подарил хороший электронный инструмент в помощь репетициям дома, очень радовался его успехам, рассказывал о нем и гордился дружбой. Все это очень уважительно, деликатно, как бы благодаря за то, что у него есть возможность помочь.

«Лучше бы не знать тех страшных сторон, которые объединили нас… Смертельную болезнь, поразившую одновременно весной 2016-го»

Ольга Дадиомова, профессор музыки:

— […] Мне Юрий Зиссер изначально был знаком как студент нашей Академии музыки, получивший там второе образование как органист, — рассказала «Радыё Свабода» Ольга Дадиомова. —  Посещая мои лекции по истории музыкальной культуры Беларуси, он, казалось, не проявлял особого рвения. Было очевидно, что он чрезвычайно занятой человек, вынужденный оставаться на связи и не выпускающий из рук смартфона. Однако первое мое впечатление оказалось ошибочным: он не только усвоил программу, но и вышел далеко за ее рамки — специально изучил мои работы, в том числе сложные для осмысления научные монографии. Когда я прочла текст его диплома о львовских органах, поняла, насколько глубоко он погружен в мир музыкальной культуры. Этому способствовала как генетика, семейная традиция (ведь его мама была музыкантом), так и брак с разносторонне одаренной Юлией Чернявской. Я, кстати, хорошо помню ее деда, крупного белорусского писателя и коллегу моего отца — Василя Витку.

Однако у Зиссера всегда было свое, особое, самобытное и непохожее на устоявшиеся представления видение музыкального мира, выдававшее в нем широко образованного гуманитария и музыканта-исполнителя. Более того, именно музыкальная одаренность предопределила, по моему убеждению, его креативность и поразительные успехи в иных профессиональных сферах. Ибо, как утверждает знаменитая исследовательница деятельности мозга Татьяна Черниговская, ссылаясь на феномен Эйнштейна, музыкальная деятельность стимулирует способности к творчеству в целом.

[…] Он мыслит как философ и… математик, ощутивший пропорции мироздания в их единстве, совершенстве и бесконечности.

При этом поражает его самокритичность, не допускающая ни малейшей фальши и компромиссов в творчестве, как и в политической сфере. Это касается оценок выступлений исполнителей (на мой взгляд, чересчур жестких), а еще — предельно честной самооценки. После своего концерта он принял решение о прекращении публичных выступлений как органист: или безупречно, или никак.

То же и в жизни. Лучше бы не знать ему (и мне) тех страшных ее сторон, которые объединили нас… Смертельную болезнь, поразившую одновременно весной 2016 года.

К этому времени я уже потеряла Зиссера из виду, лишь изредка знакомясь с его выступлениями на портале […]. Встретились же мы случайно — в Боровлянах, где проходили «термоядерное» лечение, едва ли не более разрушительное, чем тревожившая его болезнь.

Не считаю возможным говорить о состоянии Юрия Анатольевича, никому, кроме родных, не сообщившего о своем диагнозе. Но можете поверить моему опыту, не завершенному до сей поры… Это не поддается адекватной вербализации. Не только потому, что боль — режущая, ноющая, саднящая — не снимается никакими препаратами. Но и потому, что ей сопутствует апатия, слабость и полная утрата жизненной энергии. Только тот, кто прошел все круги химического ада, может представить это чудовищное состояние.

Мы стали переписываться. Не смея цитировать электронные сообщения, скажу лишь о том, что они не были похожи на исповедь обреченных. Нет. Хотя было множество «сводок с фронтов», в которых мы делились своими проблемами. Но чаще писали о творчестве, музыке, работе. […].

Узнав, что я закончила очередную монографию, Юрий Анатольевич взялся читать ее и редактировать, а затем предложил финансировать книгу, которая уже выдержала три издания. Параллельно он спас меня — в буквальном смысле, когда меня настиг неожиданный паралич, потребовавший незамедлительной помощи высококвалифицированных медсестер. Круглые сутки, на дому. Если бы то была просто материальная помощь, я была бы безмерно благодарна. Как и всем моим друзьям, коллегам и ученикам, не оставившим в беде. Но мне помог человек, который сам был на грани и за гранью.

Пару месяцев назад, будучи в тяжелом состоянии, он привез мне врача — сам за рулем. Внимательно выслушал ее рекомендации и проверил их выполнение. Все это время Зиссер не прекращал поддерживать и иных людей, а также масштабные творческие проекты. Особенно в области изучения органов и обучения игре на них. Подарил нескольким музыкальным школам и Белорусской государственной академии музыки эти великолепные инструменты. Финансировал экспедиции по сбору информации об органах в разных городах Беларуси […].

-50%
-20%
-40%
-10%
-50%
-10%
-25%
-40%
-20%
-20%
-30%