Коронавирус
Выборы-2020
Задержание «бойцов ЧВК» в Беларуси


14 мая в Бресте начался суд по делу об убийстве новорожденного ребенка, тело которого нашли в 2005 году на свалке под Ивацевичами.

Фото: ok.ru
Фото: ok.ru

Обвиняемая — 37-летняя Ольга Р. из деревни Ивацевичского района. До задержания работала в кондитерском цехе. Разведена, воспитывает троих детей от двух отцов. Все мальчики. Старшему 16 лет, среднему — 13, младшему — 8. Биологический отец двух старших, Анатолий, проходит по делу потерпевшим. Он был первым мужем обвиняемой.

По версии обвинения, осенью 2005 года Ольга родила здорового мальчика. Затем закрыла сыну нос и рот «неустановленным мягким предметом» — и малыш задохнулся. После этого мама завернула тельце в пакет и выбросила в мусорку возле дома.

3 ноября труп новорожденного обнаружили на полигоне возле деревни Михновичи.

14 лет продолжалось расследование уголовного дела.

В ноябре 2019 года к экспертам в числе прочих попали биологические образцы 37-летней обвиняемой. Результаты генетической экспертизы подтвердили, что убитый новорожденный — ее биологический сын. После этого Ольгу задержали. В отношении нее возбудили уголовное дело по статье за убийство заведомо малолетнего.

«Эта женщина уже наказала сама себя»

В Яглевичах Ольга на хорошем счету. Сельчане описывают ее как прилежную и ответственную мать, ее страница в соцсети заполнена фотографиями детей. Характеристики от настоятеля яглевичской церкви и из школы, которую посещают ее дети, исключительно положительные: Ольга участвовала в строительстве храма и воспитывает детей в христианских традициях.

«То, что произошло, стало потрясением для детей, а для общества — поводом для презрения», — пишет в характеристике настоятель.

В школе сообщили, что мама ходит на школьные мероприятия, дважды избиралась председателем попечительского совета.

Заступились за Ольгу и односельчане. Через защитника они передали в суд свое обращение с просьбой проявить к обвиняемой снисхождение. В письме они отмечают, что Ольга — «заботливая мама и любящая дочь»: «Просим отнестись с пониманием, что дети остаются фактически сиротами. Эта женщина уже наказала сама себя».

Знакомство, рождение сына, свадьба

Ольга и Анатолий познакомились в студенческом общежитии Могилева, куда оба приехали получать высшее образование. В 2001 году они начали встречаться, а три года спустя, в марте 2004 года, у пары появился первый ребенок. О своей беременности Ольга родителям не рассказывала, на учет не становилась. Когда начались схватки, она вызвала скорую и поехала в роддом. Родители обвиняемой узнали обо всем только после родов.

В мае 2004 года пара расписалась. После родов жили у родителей Анатолия в Рогачеве, а когда им дали в общежитии семейную комнату, вернулись в Могилев.

Отношения в семье, по словам Ольги, были хорошие. Анатолий заботился и о ней, и о сыне. Родители тоже их поддерживали.

В конце зимы 2005 года Ольга поняла, что забеременела от Анатолия вторым ребенком. О своем положении она никому не сообщила, на учет не становилась. Почему скрывала беременность, объяснить суду не смогла. Внешне женщина не сильно изменилась, так что ни родители, ни муж, ни подруги не заметили, что она в положении. Об аборте женщина не думала, решила рожать.

«Я для себя решила, что он мертв»

На последних месяцах беременности Ольга с сыном гостили у ее родителей в Яглевичах. Схватки начались ночью. Все в квартире спали.

— Я проснулась от боли в спине. Пошла в ванную попить воды. Зашла в ванную. Тут в пояснице резко стрельнуло. Присела на корточки и родила.

События той ночи женщина описывает фрагментарно. На многие уточняющие вопросы судьи и гособвинителя она отвечает: «не знаю», «не помню». По ее словам, роды продолжались меньше 30 минут. После родов ребенок упал на пол в ванной. Ольга его подняла и положила на стиральную машину.

— Криков ребенка я не слышала. Я думала, что он мертв. Вскриков я не слышала, шевеления не видела, — сообщила обвиняемая.

По словам Ольги, малыш не подавал признаков жизни. Пульс, дыхание или сердцебиение у новорожденного она не проверяла, реанимировать не пыталась, скорую не вызывала.

— Почему маме с папой не сообщили о том, что родили? — спросил гособвинитель Юрий Прокопчук.

— Я не знаю. До сих пор не могу понять, почему родителей не разбудила, — ответила обвиняемая.

— А скорую почему не вызвали?

— Не могу на это ответить.

— Пульс не проверили почему?

— Я для себя решила, что он мертв.

— То есть вы никаких действий не предприняли, чтобы убедиться, действительно ли жив ребенок?

Обвиняемая промолчала.

— А почему вообще решили ребенка на мусорку нести?

— Не могу ответить.

В суде Ольга настаивала на том, что не душила ребенка. Экспертиза же показала, что малыш родился здоровым, а смерть наступила в результате механической асфиксии.

— А как тогда ребенок задохнулся? — уточнил прокурор.

— Может, какое-то неудобное положение родов? Может, где-то ко мне прислонился?

— Как он мог к вам прислониться?

— Не знаю. Но руку я ему не клала ни на рот, ни на нос.

— Странная у вас память: до родов все помню, как роды проходили — не помню. После родов опять все помню, — вздохнул прокурор.

— Может, моя память специально заблокировала все воспоминания эти? — эмоционально ответила Ольга.

— Может, кто-то другой задушил ребенка?

— Там никого не было. Никто об этой истории 14 лет не знал.

«Я запрещала себе об этом думать»

После того как Ольга вынесла тело малыша в мусорку, она вернулась в квартиру и легла спать. На следующий день уехала от родителей к мужу в Могилев. О произошедшем никому не рассказывала.

— Я запрещала себе об этом думать. Это какой-то страшный сон был. Я отгоняла от себя эти мысли.

В суде отец ребенка рассказал, что об убийстве сына бывшей женой он узнал в ноябре прошлого года от следователя.

— Признаков беременности у нее не было ни первый раз, ни второй, — рассказал Анатолий.

В 2006 году Ольга родила Анатолию еще одного сына. Постепенно отношения между супругами испортились, и в январе 2007 года Ольга с детьми переехала к родителям в Яглевичи. Анатолий иногда их навещал, но к тому моменту их семья существовала только на бумаге. Официально они развелись в 2011 году. После этого Ольга родила еще одного ребенка от другого мужчины.

На этапе следствия Ольга признавала вину в убийстве сына.

«Я хочу чистосердечно признаться в совершенном мной убийстве новорожденного ребенка, которого я родила в ноябре 2005 года. (…) В тот момент, когда у меня начались схватки, я стала ходить по разным комнатам. Родители уже спали. Это было после 2.00−3.00. Я почувствовала, что у меня отошли воды. Я пошла в ванную комнату. Там у меня родился ребенок мужского пола. Он родился живым. Как только он родился, я его сразу придавила рукой за шею и так удерживала некоторое время. После этого каких-либо признаков жизни он не подавал», — зачитал прокурор объяснения, которые дала Ольга после задержания.

В суде Ольга от этих слов отказалась, объяснив это тем, что в момент разговора со следователем была в шоковом состоянии и подписала протокол не читая.

Если Ольгу признают виновной, ей грозит до 25 лет лишения свободы.

Анатолий попросил суд учесть, что обвиняемая — мама троих детей, и наказать «не по всей строгости закона». Он также выразил готовность забрать на воспитание своих биологических детей.

— Куда ты их заберешь? — спросила Ольга.

— Туда, где я на данный момент проживаю.

— Тебе позволяют условия жилищные? — уточнила обвиняемая, но вопрос сняла судья, как не относящийся к судебному разбирательству.

В суде объявлен перерыв. TUT.BY будет следить за процессом.

Использование материала в полном объеме разрешено только медиаресурсам, заключившим с TUT.BY партнерское соглашение. За информацией обращайтесь на nn@tutby.com

-20%
-10%
-30%
-5%
-10%
-26%
-20%
-50%
-25%
-10%