/ /

«16 лет я прожила в России, три — на фронте и 75 — в Беларуси», — свою историю Анастасия Яковлевна Гришина умело вмещает в одну строку. Ветеран далека от споров о параде. День Победы она проведет в кругу своих близких. «9 Мая у меня всегда слезы, — говорит она. — В этот день я вспоминаю всех, кто не вернулся с войны».

Найти в Кореличах дом Анастасии Яковлевны несложно. На фасаде небольшая табличка-подсказка: «Тут жыве ветэран». Во дворе под яблоней встречает хозяйка. На шее платок, на плечах праздничный пиджак, на груди — награды. Последняя из них «75 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 годов» появилась совсем недавно.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY
20 мая Анастасии Яковлевне исполнится 97 лет. В войну, чтобы устроиться на работу, ей пришлось добавить себе два года

— Когда ее вручали, я вспоминала 9 мая 1945 года. Мужчины прыгали от радости, женщины плакали от счастья. Сложно было осознать, что все закончилось, и представить, что будет дальше. К тому моменту я уже встретила будущего мужа — Николая. Вдвоем начинать жизнь сначала было проще, — неспешно рассказывает она. — Мы познакомились в Литве, на фронте. Он был командиром саперного взвода. Вместе прожили 56 лет. 18 лет назад его не стало.

Анастасия Яковлевна, как и ее муж, родилась в России. После войны они попали в Барановичи, потом — в Кореличи. Здесь и остались. На вопрос «почему?» ветеран пожимает плечами: «Не к кому в России было возвращаться».

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY
Анастасия Яковлевна с мужем Николаем Павловичем

— Моя семья из-под Пензы. Отца раскулачили и арестовали, мама умерла, — рассказывает собеседница. — Когда началась война, мне было 16, я жила у старшей сестры. Чтобы выжить, нужно было работать. Я прибавила себе два года и устроилась копать противотанковые рвы. А через год мы с подружками ушли на фронт. Это сейчас парни плачут, не хотят в армию. А мы с девочками шли служить с удовольствием, никто ведь толком не представлял, что такое война.

А что такое война?

— Это мы осознали, когда после присяги попали в Волоконовку в полк авиационного базирования. Мы с девчатами были «пожарной бригадой». Наша «битва» начиналась, когда заканчивался воздушный бой. Мы хоронили погибших летчиков… точнее, черный уголек, который от них оставался. Случалось, постоишь, поплачешь — и закапываешь…

 

Был ли страх?

— Кажется, не было. Почти никого из летчиков мы не знали. В жизни мы мало пересекались, даже когда шли в столовую: они уже поели. Это помогало.

«Думаю, как же я буду танцевать, он же Герой Советского Союза, а я в кирзовых сапогах»

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

Самыми страшными моментами в памяти Анастасии Яковлевны навсегда остались Дон и Сталинград. Деталей тех дней она почти не помнит. В архивах, которые хранятся в Кореличском совете ветеранов, записано: «Из Волоконовки пришлось перебазироваться в город Павловск, ближе к Дону, где на реке налаживали разбитую переправу. Анастасия Яковлевна была связной при штабе, а позже служила в комендатуре».

— Здесь оставались летчики, самолеты которых еще стояли на ремонте, — вспоминает собеседница. — Когда они смогли взлететь, мы стали догонять свою часть и к ночи попали под бомбежку. Земля покрылась норами от бомб, и мы в этих норах прятались. Утром подошли к реке — переправа разбита. А на берегу дети лежат, взрослые, солдаты. Коровы убиты, кони. Я шла и не могла смотреть. «Товарищ командир, — обращаюсь к командиру, — можно я закрою глаза и возьму вас за руку»… Он согласился. А впереди был еще Сталинград…

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

Боялись ли мы смерти?

Было безразлично. Мы быстро усвоили: если самолет летит, остановись, он тебя перелетит. Бомбят, значит, нужно лечь. Живи, пока жив. Мечтать про будущее я стала только тогда, когда у нас с мужем появились дети. А в войну никто не знал, где и что его ждет. Как-то переходили степь, было так холодно, валенки к ногам примерзали. От мороза я потеряла сознание. Очнулась: «Где я?». Медсестра говорит: «В госпитале». Есть не могла, но выжила и вот уже сколько лет прожила.

Хорошее тоже случалось.

— В Крыму мы стояли в селе Темеш (сейчас Шелковичное. — Прим. TUT.BY), вечером у нас был концерт. Не думала, что попаду, но после дежурства успела, — описывает то время Анастасия Яковлевна. — Стоим мы с нашим бухгалтером продовольственного склада, разговариваем. И вдруг подходит к нам летчик — Герой Советского Союза — и приглашает меня на танец. Я растерялась, чувствую лицо горит. Как же, думаю, я буду танцевать, он же с «Золотой Звездой», а я в кирзовых сапогах.

На завтра он улетал, но перед вылетом пришел со мной попрощаться. Так мы больше никогда и не увиделись: наша часть переехала в Смоленск, а он пошел другим фронтом.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

— А увидеться хотелось?

— Хотелось, — отвечает Анастасия Яковлевна, а потом уточняет: — пока мужа не встретила. Сердце, оно ведь не спрашивает, война ли, жертвы. Оно свое подсказывает, и ты влюбляешься. Порой напрасно.

«В этот день я вспоминаю всех, кто не вернулся с войны»

В военном маршруте Анастасии Яковлевны были Беларусь, Литва, Польша. День Победы она встретила в Восточной Пруссии. 9 Мая 1945 года, признается по секрету, она узнала, что такое водка.

— До этого я никогда не пила, но очень хотелось отметить праздник, — смущается и рассказывает, как сейчас проведет День Победы.

В планах — принимать поздравления от детей и внуков.

— После войны, когда мы с мужем переехали в Беларусь, я работала директором детской библиотеки, потом бухгалтером. Мы вырастили четверых детей, — говорит собеседница. — Это сейчас у нас во дворе газон, а когда-то все это, — показывает вокруг, — были грядки, огород и цветы. Дел хватало, а сейчас проснусь, манки себе приготовлю или картошки — и отдыхаю. В четыре часа песни по радио поют, я, если знаю, тоже подпеваю.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

День Победы Анастасия Яковлевна проведет дома.

— 9 Мая у меня всегда слезы. В этот день я вспоминаю всех, кто не вернулся с войны. Среди погибших и мой брат. Помню, как мне пришло от него из госпиталя письмо: «Не пиши, я иду на фронт». И ушел, и не вернулся.

-10%
-35%
-20%
-25%
-70%
-20%
-10%
-10%
0069509