Почему зеленый листик на упаковке косметики не гарантирует безопасности, можно ли из упаковки от шампуня вырастить дерево и будет ли прекрасен мир будущего с чистой водой и электрокарами? Интервью с Евгением Шатохиным и Сергеем Пуковичем владельцами компании Cosmico.

Вы одни из первых в Беларуси стали работать с экобрендами в сегменте красоты. Это было связано с вашей жизненной позицией или просто свободной нишей на рынке?

Евгений: В 2015 году, когда мы только начинали и рассказывали в Минске про важность экологичной косметики, на нас смотрели дикими глазами. Потому что для обычного человека это же все не очевидно, специально к этому не присматриваешься. Но вот когда ты рассказываешь про мусор, про количество свалок в черте города и говоришь, посмотрите, ребята, вот тут у меня из окна гора видна, и это не горнолыжный курорт, это свалка в Новинках. Вот тогда это начинает работать.

Сергей: Понятно, что в нулевые у нас был несколько иной контекст для работы, чем в Тайване, откуда родом O’right. Они постоянно все засаживают семенами деревьев. В каждой биоразлагаемой бутылке шампуня есть пакетик с семенами. Когда наши партнеры приехали в Беларусь, захотелось сделать что-то подобное. Так мы посадили целый фруктовый сад, 58 деревьев.

Проверяли урожай?

Евгений: Да, все прижились. Мы, когда приехали их высаживать, все думали, сейчас мы выйдем из офиса, бросим по семечку в землю. И тут я выхожу из автобуса и достаю 180-сантиметровые саженцы яблонь.

Для вас самих экологичность — это популярный «манифест» или уже норма жизни? На работу вы на каком автомобиле приезжаете: дизель, бензин, электро?

Сергей: Ну вот сегодня приехали на Jaguar I-Pace. Наша тема абсолютно. Кроме того, мы еще сотрудничаем с Атлант-М Британией как партнеры в различных кобрендинговых проектах. Они сейчас тоже развивают тему экологической осознанности, что для автомобильного бренда нелегко.

Евгений: На проблему экологичности нужно смотреть шире, это не просто сокращение выбросов СО, экономия воды и т.д. Например, электромобиль сегодня — это еще и акустическая экологичность. Современные города — это шумные города, мы живем в режиме постоянного напряжения. Плюс электромобилей для большого города в том, что эти города становятся тише. А люди, соответственно, менее нервными. Потому что уровень шума напрямую влияет на наш мозг. Еще одно преимущество — больше комфорта. Меняется компоновка автомобиля, и водитель получает столько же места, как и в автомобиле классом выше.

Для вас самих насколько важна экологичность бренда при выборе автомобиля?

Евгений: Тут мы узнали, что в новом RR Evogue обшивка салона полностью из переработанного материала. То есть экологичность состоит не только в сокращении СО2, но в самих способах переработки, которые этот СО экономят.

А как насчет экологичности самого бизнеса: его прозрачности, того, как осуществляется этический контроль, каковы условия труда? Можно шить экосумки, но, если при этом твои работники сутками сидят в неотапливаемом помещении или подвале без света — так себе экологическая инициатива.

Сергей: В 2015 году, когда мы выходили на рынок, для многих экологичность была только составом продукта. Вот на этикетке крема нарисован зеленый листик — значит, продукт экологичный. Но наличие натуральных ингредиентов еще не значит экологичность бренда. Это и вопрос использования удобрений, так как в случае косметики натуральные компоненты должны производиться в промышленном масштабе. В этом плане за последние пять лет индустрия изменила саму повестку дня: с натуральности фокус смещается на безопасность составляющих в широком смысле.

Даже автомобили в этом сделали большой рывок. Тот же Jaguar I-Pace — сам паркуется, распознает препятствия и оттормаживается в экстренной ситуации.

В случае с автомобильной промышленностью еще важно обращать внимание, насколько «зеленым» является само производство — выбросы со2 и токсинов в воздух, загрязнение сточных вод.

Завод O’right, к примеру, на 100% работает от энергии солнца и ветра. Плюс — замкнутый цикл при использовании воды: отработанная вода проходит такую очистку, что ее, фактически, можно пить.

Евгений: Зеленый листик на упаковке никак не отменяет, например, количество миллиардов тонн неперерабатываемой упаковки от так называемой экокосметики, которая ежегодно выбрасывается после потребления. В Беларуси, например, некоторые виды упаковки просто не перерабатываются. Люди попадают иногда в заблуждение и покупают как будто бы в картонном пакетике или стаканчике нечто и считают, что это и есть экологичное поведение. Думают, что пластик не экологичен. Так вот переработать пэт от бутылки молока в десятки раз проще, чем разложить на составляющие как бы экологичную бумажную упаковку, которая состоит из картона и пластика. Что касается нас, то примерно 70 процентов нашей упаковки сегодня идет от вторично переработанного пластика. И остальные 30 — это переработанный мусор.

Сергей: Когда мы получили первую поставку O’right, просто изумились, потому что палеты, на которых приехал груз, были сделаны из переработанных крышек от бутылок. То есть люди не просто произвели что-то: они собрали мусор от предыдущей продукции и пытались его использовать. Вся упаковка биоразлагаемая, если ее посадить в землю — она растворится, ничего от нее не останется, крышки из бамбука — тоже сгниют. Бумажная упаковка тоже без примеси пластика — чистый картон. Соевые чернила, на солнце они выцветают.

Ваши клиенты ценят такую экологичность бренда?

Евгений: Я хочу сказать спасибо O’right, что они акцентировали внимание людей на упаковку и состав продукта. Мы в эту кампанию мягкой экологической осознанности активно включились. Сначала ты рассказываешь об этом своим парикмахерам, они, в свою очередь, рассказывают своим клиентам. И потихонечку это начинает работать.

Сергей: Здесь еще надо упомянуть возрастной фактор. В большинстве случаев клиенты постарше менее чувствительны к данной теме, а молодежь, напротив, (поколение Y / Z) четко демонстрирует, что для них экологичность — важный фактор в жизни. Может быть, сегодня у студента, который просто читает про экоупаковку или электрокары пока нет возможности приобрести Jaguar I-Pace, но через какое-то время, когда придет время выбирать, он его сделает в пользу электрокара (хочется верить), а не пятилитрового дизеля.

Вы сталкивались с ситуацией экологического троллинга? Когда есть реальные данные про глобальное потепление, состояние экосреды, но всегда найдутся люди, которые вам скажут, что это все мировой заговор, а Грету Тунберг надо отправить в школу учиться, а не разъезжать с пиар-кампаниями.

Евгений: Если человек рассказывает нам, что всю жизнь пользуется одним известным (не буду называть имя) премиум-брендом французской косметики, и у него все хорошо, я не буду его переубеждать, что там алюминий, парабены и те вещества, которые он потом с водой выпивает. 90-е и начало нулевых — это такой пик славы «силиконовых брендов», но времена меняются. Я, например, когда в спортзале захожу в душевую, сразу определяю, что передо мной мылись люди каким-то масс-маркетом дешевым. Потому что уходит отдушка и остается вонь химикатом, причем таким жестким. Я просто знаю эти запахи, потому что по первому образованию я биолог. Фталаты, оксиэтилен, загустители, парабены и т.п. Много всего. Когда тебе нужно потом отмываться от самого гель-душа. При этом мало кто отдает себе отчет еще и в увеличенном расходе воды. Для продуктов O’right, например, нужно на 30% меньше воды, потому что они растворяются на коже быстрее. Это у нас тут вода — ресурс, доступный всем, и потому мало сберегаемый. А для массы стран в мире вода — это сокровище, богатство. На востоке люди покупают специальные насадки на краны, чтобы вода распылялась, и таким образом ее уходило меньше.

Мы как-то работали с химиками и экологами, смотрели под микроскопом, как выглядят популярные кремы для рук, скрабы. Так вот, могу сказать, что выглядит это, как последствия новогодней ночи — то есть все они усеяны частицами цветного микропластика, который потом попадает в воду и в наше тело соответственно.

Сергей: Есть еще понятие наночастиц. Очень часто, чтобы в продукции добиться быстрого и видимого эффекта, производитель использует нанотехнологии. И вот они не фильтруются вообще. То есть крем для лица, который предлагает вам из 50 перепрыгнуть в 35 — это с 90% вероятностью состав с мельчайшими частицами «быстрого эффекта», которые на 100% окажутся потом у вас в печени.

Как вы отвечаете скептикам, убежденным в надуманности экологической повестки?

Евгений: Мы не говорим, а делаем. У нас в салоне, например, никогда не будет никаких кератиновых лечений или бразильского выпрямления волос, потому что в составе этих препаратов формальдегид. Формальдегид — это яд. Во многих странах вам вообще грозит уголовная ответственность за его использование.

Ну вот представь, ты входишь в ГУМ или в ТЦ на Немиге в отдел косметики, а там полки, с какого хочешь рода ПАВами и ароматами. Как человеку среди этого многообразия сориентироваться?

Сергей: Расскажу реальную историю про один минский супермаркет. Когда Стивен (владелец компании O’right) и его технолог приезжали в Минск, я их специально завел в местную мекку потребления, чтобы просто показать масштаб проблемы. У нас даже масс- маркет стоит дешевле, чем в Германии или во Франции, потому что он производится в России, и в составе этого шампуня совсем другие ингредиенты. Санитарные требования в Германии и России разные. Они достали калькулятор и стали что-то судорожно пересчитывать. И тут говорят: «Это невозможно»! Я спрашиваю, почему? Потому что, если производитель соблюдает стандарты GMP (good manufacture practice), подтверждающие добросовестность производителя, то есть то, что гарантирует контроль качества продукции от момента закупки сырья до отгрузки в торговые сети, такая цена на шампунь просто нереальна. Это означает, что контроля и стандарта просто нет. Есть дешевые ингредиенты и такая же дешевая упаковка.

Да, но люди ввиду экономической ситуации не всегда могут сделать выбор между шампунем «Крапивный», где крапивы нет вообще, и качественным «зеленым».

Евгений: Когда людям не за что поесть, конечно, выбор шампуня будет самым последним, на что они обратят внимание.

Сергей: Как-то в Форбс мне попалась статья: экологичность — это новая роскошь. Ближайшие годы это будет дорого, и это не только шампуни или еда, это и электроэнергия и автомобили. Ты хочешь дышать свежим воздухом — это дорого. Одежда из натуральных тканей — это дорого. И это нужно признать. Если раньше достаточно было сказать, что у тебя косметика премиум-класса и иметь баночки с золотыми колпачками в ванной, то сегодня это уже кич, а не роскошь. Роскошь — это когда у тебя производство этой баночки не засоряет воду, которую ты потом пьешь.

ООО «АТЛАНТ-М БРИТАНИЯ»
УНП 191511899

-10%
-50%
-15%
-25%
-15%
-10%
-26%
-26%
-40%
-20%
-25%