/

В начале своей политической карьеры Александр Лукашенко часто называл коррупцию гидрой (чудовище в древнегреческой мифологии, над которым одержал победу Геракл), а Беларусь для нее — Лернейским болотом. Когда Александр Григорьевич был избран президентом, коррупция в его речах стала язвой, а еще позже — социальным злом. TUT.BY вспоминает, как последние 25 лет Александр Лукашенко ведет борьбу с коррупцией и как менялось законодательство в этой сфере.

«Четверть века» — спецпроект TUT.BY об итогах 25-летнего правления Александра Лукашенко, который выиграл свои первые президентские выборы 10 июля 1994 года. Мы посмотрим, что он сделал с тех пор, как он изменил Беларусь. У нас нет задачи восхвалять или очернять политику президента, 25 лет — достаточно, чтобы каждый сам сделал свои выводы. Мы лишь попробуем честно разобраться, что произошло.

Политическую карьеру начинал главой антикоррупционной комиссии

Фото: 90s.by
Фото: 90s.by

4 июня 1993 года во второй половине дня в Верховном Совете Беларуси создали временную комиссию для изучения деятельности коммерческих структур при органах власти. Именно эту комиссию в народе прозвали антикоррупционной. И именно она стала трамплином для Александра Лукашенко в большую политику.

«Даволі аднадушна кіраўніком яе быў абраны народны дэпутат Аляксандр Лукашэнка», — писала «Народная газета» 5 июня 1993 года.

Поводом для создания антикоррупционной комиссии стали первые парламентские слушания о коррупции, когда в ноябре 1992 года на десятой сессии зачитали свои доклады и. о. генерального прокурора Владимир Кондратьев и председатель КГБ Эдуард Ширковский.

В парламенте активно обсуждали, как сделать так, чтобы чиновники не воровали. В конце мая того же года на сессии Верховного Совета рассматривали законопроект «Об основах службы в государственном аппарате». И судя по публикациям в СМИ, уже тогда депутаты поднимали вопросы: считать ли врачей и учителей госслужащими и что делать с родственными связями — где та граница, за которой госаппарат становится «семейным делом»?

Тогда депутаты решили, что чиновники не имеют права участвовать в забастовках, выполнять поручения политических партий, заниматься предпринимательской деятельностью, брать «подарки» за свою служебную работу. «Чтобы госчиновник не воровал, чтобы толковые специалисты шли в аппарат, а не в коммерческие структуры, нужно и платить, и заботиться о чиновниках соответственно», — предложения части депутатов были опубликованы 29 мая в «Народной газете».

В антикоррупционной комиссии, кроме Александра Лукашенко, было еще восемь депутатов: Сергей Антончик, Евгений Глушкевич, Петр Дробышевский, Виктор Кучинский, Геннадий Ловицкий, Михаил Маринич, Франц Минько и Валентина Сорокина. Членам временной комиссии разрешили беспрепятственно входить во все государственные и общественные организации, на предприятия, в учреждения, а также коммерческие структуры. Они имели право запросить и ознакомиться со всей документацией.

С комиссией сотрудничали начальник Следственного комитета МВД полковник Юрий Захаренко, начальник управления по борьбе с организованной преступностью МВД полковник Сергей Рухлядев, прокуроры Николай Куприянов, Михаил Снегирь, Василий Капитан, начальник управления экономической безопасности КГБ Леонид Шевченко, начальник управления охраны КГБ Николай Ильюк.

Закон «О борьбе с преступностью в сфере экономики и с коррупцией» появился в независимой Беларуси через несколько дней после создания антикоррупционной комиссии — 15 июня 1993 года. Как отмечала позже в журнале «Юстыцыя Беларусі» профессор кафедры уголовного права и криминологии Академии МВД, заслуженный юрист Беларуси Элла Саркисова, в том законе было всего три статьи и преамбула. Документ запрещал должностным лицам заниматься предпринимательской деятельностью, заключать сделки с государственными предпринимательскими структурами, оказывать содействие этим структурам, обусловленное родственными отношениями, получать вознаграждения за выполнение или невыполнение своих служебных обязанностей от граждан или организаций, с которыми они не состоят в трудовых отношениях.

Изобличал в СМИ чиновников

Через полгода, 14 декабря 1993 года, Александр Лукашенко выступил в парламенте с докладом, в котором озвучил итоги работы комиссии.

В этот же день в «Советской Белоруссии» вышло большое интервью с Александром Лукашенко. В нем были выдержки из досье антикоррупционной комиссии.

Статья называлась крайне необычно даже по меркам 90-х: «Народ нашей республики перестал удивляться перевоплощению столоначальников в коммерсантов, роскошными виллами рядовых чиновников, поездкам семей управленцев по Парижам и Багамам. Мафиозные кланы и коррумпированные группировки существуют не только в Колумбии и на Сицилии. Сегодня они зарождаются на земле Беларуси».

Интервью Александра Лукашенко в "Советской Белоруссии" 14 декабря 1993 года. Фото naviny.by
Интервью Александра Лукашенко в «Советской Белоруссии», 14 декабря 1993 года. Фото naviny.by

Александр Лукашенко отвечал на вопросы обозревателя Людмилы Маслюковой очень метафорично, называл коррупцию гидрой, а Беларусь для нее — Лернейским болотом.

«В нем, как помнится из древнегреческой легенды, и обитала опустошающая все вокруг змея, обладающая девятью драконовскими головами», — говорил он.

Из досье стало известно, например, что при МИД Беларуси в начале 1991 года создали информационный центр со статусом малого предприятия. Людей, которые обращались в МИД за консульскими услугами, обслуживали сотрудники министерства. Вырученные от клиентов деньги оседали на счете малого предприятия и тратились в основном на нужды сотрудников МИД.

«Им незаконно выплачивались денежные пособия на детей, их получали лично министр Петр Кравченко и его бывший заместитель Владимир Астапенко. Центр оплачивал питание работников министерства. В списках на получение доппайков значились Кравченко, его заместители Сычев и уже упомянутый Астапенко», — говорилось в материале.

Еще один пример: в Гродно главный архитектор города Владимир Лытов и его заместитель Владимир Анисимов создали творческие мастерские, через которые якобы совершали незаконные сделки с заказчиками.

«Коммерсанты были вынуждены обращаться туда, поскольку это гарантировало доступ к земельным участкам и разворачивание незаконного строительства. Используя служебное положение, лично для себя Лытов возвел двухэтажный особняк в исторической части Гродно», — утверждал Лукашенко в интервью.

В статье шла речь о том, что при госструктурах создавались коммерческие фирмы и чиновник работал не только на государство, но и на себя. Лукашенко озвучил даже статистику, сославшись на прокуратуру: только Минский горисполком выступил учредителем 19 коммерческих фирм. В 1992 году милиция выявила 40 начальников, которые совмещали службу одновременно себе и государству. При этом уже тогда было
771-е постановление Совмина о запрете такого совмещения.

По словам Лукашенко, если в 1989 году выявили 112 уголовно наказуемых фактов взяточничества, то в 1992-м — уже 265, а за девять месяцев 1993 года — 435.

«Но мы-то прекрасно понимаем, что эти цифири — лукавые. Даже по оценкам самих блюстителей правопорядка, они выявляют лишь от 5 до 10 процентов мздоимства», — говорил он.

Фото: Reuters
Фото: Reuters

Примеры в тексте были очень яркими и к месту. Например, о том, что один из работников аппарата управления торговли Миноблисполкома подозревается в получении 300 тысяч рублей от кооператива. Два руководителя производственных подразделений Минского автозавода, которым давали взятки за внеочередной отпуск МАЗов, привлекаются к уголовной ответственности.

«Сошлюсь на данные социологического исследования НИИ Минюста республики. Опрашивали и просто людей, и в качестве экспертов — прокуроров, судей, адвокатов. Абсолютное большинство и тех, и других сошлись на мнении: республика поражена этим социально опасным злом как минимум на 70%. То есть мы все уверены: на 70% наше государство продажное! Просто мурашки бегут по спине, когда задумаешься, насколько мы погрязли и лезем глубже в вонючее болото», — красноречиво высказался Лукашенко.

Он говорил о «прихватизации» и раздаче земли сельсоветами родным и начальству, о том, что решения колхозов по поводу того, отдать землю или нет, никто не согласовывает.

— Каков по-вашему продажный чинуша? Что это за тип, что за психология у него? Кто, по вашим наблюдениям, хапает жаднее? Партократ, скажем, или демократ? Представители каких вероисповеданий или наций? — спросила обозреватель у Лукашенко.

— У него вместо совести доллар. Родина для него — где слаще, люди — только средство урвать свое. Порода человека такая, сродни, я бы сказал, гидре — тому простейшему кишечнополостному животному, которое тоже обозначается этим словом. Порода эта с сильно развитым хватательным инстинктом существовала во всех странах во все века. Опасность ее в том, что при потворстве она быстро плодится, подавляя в обществе все порядочное, цинично оплевывая честное и глумясь над святым. Стыдно и больно об этом говорить, но подчас отдельные чиновники зарываются настолько, что греют руки даже на чернобыльской беде, — ответил он.

Обещал не использовать тему коррупции для компенсации неудавшихся реформ

Антикоррупционный доклад в парламенте Лукашенко зачитывал полтора часа, после чего начались дебаты. Выступление транслировали по радио по всей стране, а Лукашенко в «Советской Белоруссии» назвали героем дня.

Во время доклада Лукашенко критиковал даже Михаила Мясниковича, который позже станет членом его предвыборного штаба.

«В республике нет закона, который бы предусматривал участие министра финансов в совете валютного коммерческого банка. И тем не менее в совет Белвнешэкономбанка входит министр финансов С. П. Янчук, генеральный директор „Беларуськалия“ П. А. Калугин, генеральный директор „Белагроинторга“ В. В. Телушкин. Как выяснилось, министра Янчука наделил правом войти в совет первый заместитель председателя Совмина Михаил Мясникович», — говорил Лукашенко.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY
Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

В январе 1994 года у антикоррупционной комиссии нашлись претензии к спикеру Верховного Совета Станиславу Шушкевичу и председателю Совета министров Вячеславу Кебичу. По словам Лукашенко, два лидера государства не принимали мер против коррупции, слабо контролировали правоохранительные органы, проявляли личную нескромность.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY
Депутаты проголосовали против Станислава Шушкевича за полгода до первых президентских выборов. Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

В «Советской Белоруссии» тогда привели пример, ссылаясь на депутата Лукашенко: с января 1992 года по октябрь 1993 года от имени Станислава Шушкевича в РСУ Совмина, которое не имеет права обслуживать частных лиц, оформлено 15 заказов-договоров на ремонтно-строительные работы в Негорелом, в Минске на улицах Дрозда и Луначарского. Тем временем в справке из прокуратуры указано, что отдельные материалы, например паркет и гаражные ворота, не включены для оплаты, хотя работы выполнялись. Среди обвинений в адрес Шушкевича фигурировал ящик казенных гвоздей. Спикер якобы присвоил их и использовал, ремонтируя свою дачу. Шушкевич заявлял, что ни капли вины за ним нет. Тем не менее антикоррупционная комиссия во главе с Лукашенко предложила парламенту отказать спикеру Шушкевичу и премьеру Кебичу в доверии. 179 депутатов поддержали это предложение.

26 января 1994 года во время заседания тринадцатой сессии Верховного Совета в повестку дня внесли вопрос об отзыве спикера Станислава Шушкевича и отставке Вячеслава Кебича. За отзыв Шушкевича было 209 голосов, против — 36. Аналитики того времени назвали спикера жертвой «дела о краже ящика гвоздей».

За отставку Кебича был 101 голос, против — 175. Он остался главой правительства. Но не надолго.

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY
Вячеслав Кебич проиграл Лукашенко во втором туре первых президентских выборов. Фото: Александр Васюкович, TUT.BY

В июле 1994 года Александр Лукашенко стал президентом, одержав победу во втором туре над Вячеславом Кебичем.

Озвученные ранее обвинения высоких чиновников прорабатывал комитет по борьбе с коррупцией. 31 августа того же года в газете «Советская Белоруссия» уже президент Александр Лукашенко объяснил, почему материалы надо проверять.

«…Средства массовой информации преподнесли это таким образом, что, мол, Лукашенко в предвыборной борьбе вскочил на коня коррупции и прискакал в президентское кресло… Сегодня эти материалы, как я и обещал избирателям, находятся в проработке в комитете по борьбе с коррупцией. Почему мы по-новому это вновь прорабатываем? Потому что после победы на выборах у меня состоялась встреча с бывшим министром обороны Павлом Павловичем Козловским. Он, видимо, был прав, он долго объяснялся передо мной как президентом и заявил: „Александр Григорьевич, я восприму как должное, если вы меня обоснованно даже в тюрьму посадите“. Меня это насторожило. Ведь и мы могли ошибиться», — говорил Лукашенко журналисту Игорю Гришану. И тут же объяснил, что по Козловскому факты все-таки подтверждаются и то, что они озвучили, работая во временной антикоррупционной комиссии, — это только начало.

«Я не должен даже при самом неудачном стечении обстоятельств скатиться до того, чтобы компенсировать свои неудачи в экономике, политике борьбой на ниве коррупции, ухватив это знамя и использовав его как предлог для компенсации неудавшихся политических и экономических реформ. Такие методы, наверное, известны в истории. Клянусь, что этого не будет», — отмечал Лукашенко в том же интервью.

"Советская Белоруссия" от 12 июля 1994 года.
«Советская Белоруссия» от 12 июля 1994 года.

Спустя меньше чем полгода, 20 декабря 1994 года, с антикоррупционным докладом в парламенте выступил бывший соратник Лукашенко по комиссии Сергей Антончик. Он рассказал о коррупции уже в окружении президента Лукашенко. БТ выступление Антончика не транслировало, только речи его оппонентов. А «Советская Белоруссия» за 22 декабря 1994 года вышла с белым пятном вместо статьи о докладе депутата. От материала остался лишь заголовок «Коррупция: на круге втором?». Оказалось, что в типографиях текст сняли по просьбе начальника управления информации Администрации президента Александра Федуты.

«Народная газета» тогда получила весь текст стенограммы выступления в парламенте и хотела опубликовать и доклад Антончика, и его оппонентов, но Белорусский дом печати не выпустил из-за этого газету ни 23, ни 24 декабря 1994 года. Газета вышла лишь 27 декабря. В ней говорилось, что несколько дней назад на сессии Верховного Совета выступил депутат Сергей Антончик. Он привел сведения, которые, на его взгляд, говорят о том, что в президентской команде есть коррупционеры. Почти все, кого депутат обвинил, стали с ним спорить и высказали несогласие по содержанию доклада. Президент Александр Лукашенко брал слово дважды. Он сказал, что каждый факт нужно проверить и только тогда можно делать какие-то выводы.

Проверить изложенные Антончиком факты было поручено до 1 февраля 1995 года. Но уже в начале 1995 года против депутата возбудили уголовное дело, обвинив в клевете на управделами президента Ивана Титенкова. Имущество Антончика частично конфисковали и дали штраф.

Боролся с коррупцией в среде таможенников и медиков

За последние 25 лет в Беларуси было не одно коррупционное дело, когда представителей одной профессии отправляли за решетку десятками.

Например, в начале двухтысячных в Беларуси громыхнуло первое «дело таможенников». В 2002 году таможня «Западный Буг» провела сверку электронных баз по въезду и выезду грузовых машин с польской пограничной службой. Выяснилось, что с ноября 2001 года по октябрь 2002-го на таможенном терминале «Веставто» в Бресте были оформлены, но не въехали в Польшу 82 большегрузных автомобиля. По этим фактам в 2003 году были возбуждены уголовные дела в отношении инспекторов таможни и механиков терминала.

Фото: Reuters
Снимок используется в качестве иллюстрации. Фото: Reuters

В 2004—2005 годах около 40 человек (инспекторы таможни «Западный Буг» и механики терминала «Веставто») осуждены Белорусским военным судом к различным срокам лишения свободы по «делу о ложном транзите».

В 2007 году вынесен приговор участникам дела, главным фигурантом в котором был бывший начальник управления организации таможенного контроля ГТК Сергей Дмитриев. Всего на скамье подсудимых находились 26 обвиняемых, в том числе 14 бывших таможенников. Они были приговорены к различным срокам лишения свободы — от 3 до 13,5 года. Максимальное наказание получил Дмитриев.

В 2008—2009 годах были задержаны около 50 человек, которые подозревались в создании теневых схем на Брестской таможне.

В 2015 году во время встречи Лукашенко с руководящим составом ГТК и таможен страна узнала о коррупционной схеме в деятельности Ошмянской таможни. По словам президента, в преступную деятельность был вовлечен чуть ли не весь личный состав таможенного поста «Каменный Лог».

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY
Таможенники из «Каменного Лога» в суде. Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

По данным КГБ, сотрудники «Каменного Лога» за взятки от 250 до 3 тысяч долларов позволяли бизнесу уклоняться от уплаты таможенных платежей. Всего у них изъяли более 2,2 млн долларов. Сроки получили экс-начальник пункта таможенного оформления (ПТО) «Каменный Лог» Александр Горальский, бывший и. о. начальника пункта Виктор Фалевич, начальник отдела таможенного оформления Игорь Высоцкий и бывший начальник отдела таможни Марина Мороз.

В 2018 году страну всколыхнуло «дело медиков». 25 июня 2018 года председатель КГБ Валерий Вакульчик сообщил о том, что комитет вскрыл масштабную коррупционную схему в сфере здравоохранения. Как сообщил 11 сентября 2018 года на совещании о проблемных вопросах в системе здравоохранения белорусский президент, возбуждено 95 уголовных дел, почти 100 человек попали под следствие. По делу были задержаны несколько главврачей больниц, представители крупного бизнеса, высокие чиновники.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Бывший замминистра здравоохранения Игорь Лосицкий в суде. Ему дали 6 лет лишения свободы. Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Схема, которую вскрыл КГБ, заключалась в том, что поставщики медтехники в качестве подарков приносили главврачам деньги — часто в пакетах с буклетами компании. Врачи в суде говорили, что не воспринимали это как взятку, к тому же это никак не влияло на проведение тендеров на закупку оборудования. В итоге несколько известных и авторитетных докторов Беларуси, а также замминистра здравоохранения получили серьезные сроки в колонии.

«Это же позор, когда снизу доверху повязаны взятками руководители учреждений и организаций! Притом хорошие руководители, которые себя хорошо как специалисты зарекомендовали (не будем называть фамилии), — возмущался Александр Лукашенко. — До сих пор ко мне ходят, просят: уникальный человек, отпустите, он будет там дневать и ночевать в учреждении здравоохранения. Взятки, которые взял, вернул в двойном размере — надо простить. Сижу и думаю: а как простить? Ведь предупреждал же всех, что коррупция — это не про Беларусь. Прощения не будет никому. Немножко прибурели, как в народе говорят, обнаглели, поэтому всех надо привести в чувство».

Грозил силовикам, что не будет смотреть на чины

После совещания президента по вопросам эффективности принимаемых мер по борьбе с коррупцией 13 ноября 2008 года страна узнала о коррупции среди силовиков.

«В Министерстве обороны сами для себя, например, придумали внутриведомственные льготные условия получения жилья. Пришлось мне вмешиваться и объяснять, что они не привилегированная каста и ничем не отличаются от других белорусских граждан. Еще пример. Прокурорский работник по дешевке покупает у коммерсанта комфортабельную квартиру с подземным гаражом. Все вроде бы законно: купил и купил… Но разве не возникают настораживающие мысли, почему бизнесмен продал прокурору квартиру дешевле, чем она реально стоит? И где эти деньги взял прокурор? Откуда миллионы?» — приводят цитаты Александра Лукашенко в информационном бюллетене Администрации президента № 12 за 2008 год «Государство для народа».

Тогда президент предупредил, что никто не будет смотреть ни на должности, ни на чины, и вырубаться эта «язва» будет беспощадно.

Лукашенко обратился и к статистике: оказывается, в сфере госуправления только за 10 месяцев 2008 года было 347 коррупционных преступлений. Из них 104 совершены сотрудниками органов внутренних дел, госбезопасности, финансовых расследований, Министерства обороны, Государственного пограничного и Государственного таможенного комитетов.

По словам президента, в коррупционных схемах был замешан и прокурор Минской области Михаил Снегирь.

Михаил Снегирь

«11 мая 2007 года Михаил Валентинович Снегирь приобретает у иностранной фирмы „Шве-Бел-Партнер“ (прокурор! Не какой-то там мальчишка, а заместитель генерального прокурора, ныне прокурор Минской области) пятикомнатную квартиру в центре Минска общей площадью больше 200 квадратных метров с подземным гаражом. Ну, казалось бы, купил себе и купил. Но первый вопрос, который должен был появиться: где взял деньги? Или мы не знаем, сколько стоила в 2007 году квартира в центре Минска в 200 „квадратов“ с подземным гаражом? Да любого из вас сейчас подними, вы назовете точную рыночную цену такой квартиры».

Снегирь, говорил президент, купил квартиру у человека, который на момент сделки не имел права представлять эту фирму, к тому же в квартире проживал сотрудник фирмы В. Сидорович, квартиру купили по заниженной стоимости. Когда Сидорович, по словам президента, обратился в суд, суд стал на сторону Снегиря.

На совещании Лукашенко раскритиковал то, что сотрудников Генпрокуратуры освобождают от должности и пересаживают в тепленькие места, и привел семь примеров. Один из них о том, как за допущенные нарушения при расследовании уголовных дел 1 июня 2007 года освобожден от должности заместитель прокурора Пинского района Коледа Н. К., который 2 июня 2007 года, на следующий день, назначен на должность помощника прокурора Дзержинского района.

Лукашенко заметил, что такие примеры есть не только в кадровой работе Генпрокуратуры, но и других ведомств.

Громкий скандал был и с «милицейскими домиками». Речь шла о десяти высокопоставленных должностных лицах МВД, которые, по словам президента, преднамеренно пошли на нарушения законодательства, чтобы получить элитные земельные участки в Минском районе. Для строительства особняков они подобрали себе территорию летней дачи детского сада, находящуюся в охранной зоне Заславского водохранилища. Под видом дачного кооператива, которого никогда и не было, по словам президента, построили жилой массив из двух- и трехэтажных зданий.

«Думаю, всем известно, какова рыночная цена участка в этом районе: на тот момент 3−4 тысячи долларов за сотку. И знаете, сколько заплатили за это стражи порядка? Аж от 25 до 100 тысяч белорусских рублей за весь участок… Лучше бы вообще не платили», — сказал президент.

Всех упомянутых в речи президента уволили, землю забрали, из коттеджей сделали детские дома семейного типа. Тогда от должности освободили первого замминистра МВД Александра Щурко и замминистра МВД Виктора Филистовича.

Отправлял под суд и миловал высоких чиновников

Громкие дела, фигурантами которых становятся высокие руководители, в Беларуси не редкость. Вот лишь некоторые из них.

Тамара Винникова в конце 90-х возглавляла Нацбанк, но через год ее задержали по подозрению в совершении должностного преступления и причинении ущерба государству в особо крупных размерах. Когда ее из СИЗО КГБ перевели под домашний арест, она бежала из страны и оказалась в Лондоне.

Тамара Винникова. Фото photo.bymedia.net
Тамара Винникова. Фото: photo.bymedia.net

В начале 2000-х заключили под стражу нескольких директоров крупных промпредприятий. В интервью корреспонденту газеты The Wall Street Journal в 2002 году Александр Лукашенко сказал, что их обвиняют в «коррупции и воровстве миллионов долларов США», а в этих задержаниях «нет абсолютно никакой политической подоплеки».

В 2001 году начальника Белорусской железной дороги Виктора Рахманько обвинили в злоупотреблении служебными полномочиями и хищении имущества в особо крупных размерах.

Леонид Калугин заходит в зал суда Центрального района Минска, 2003 год. Фото photo.bymedia.net
Леонид Калугин в зале суда Центрального района Минска, 2003 год. Фото: photo.bymedia.net

В 2002 году под стражей находился 61-летний директор минского ЗАО «Атлант» Леонид Калугин. Его обвиняли в злоупотреблении властью или служебными полномочиями, невозвращении из-за границы иностранной валюты, незаконной предпринимательской деятельности. Его осудили, затем амнистировали, позже он стал монахом.

В 2004 году задержали главу Управления делами президента Галину Журавкову. Ее обвинили в хищении 3,6 млн долларов и позже приговорили к четырем годам лишения свободы с конфискацией имущества. Журавкову помиловал президент после того, как она погасила ущерб.

В 2008 году председателя концерна «Белнефтехим» Александра Боровского приговорили к пяти годам лишения свободы. Его признали виновным в злоупотреблении служебными полномочиями из личной заинтересованности, повлекшем причинение существенного вреда государству. Через год президент Боровского помиловал и тот возглавил МАЗ.

Ужесточал законодательство в борьбе с коррупцией

Антикоррупционное законодательство в Беларуси ужесточалось несколько раз.

26 июня 1997 года приняли Закон «О мерах борьбы с организованной преступностью и коррупцией», который расширил круг субъектов коррупции. Ими могли стать лица, уполномоченные на осуществление именно государственных функций, в том числе судьи и депутаты.

В 2003 году Александр Лукашенко заявил, что внес в парламент «самый жесткий в мире антикоррупционный закон».

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY
Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

«А депутаты наши не хотят его принимать. Еще и потому, что сами себя там видят. Но все равно мы примем этот закон, может, с новым парламентом. Да, думаю, и с этим поговорим, договоримся, они поддержат меня. Это будет самый жесткий в мире антикоррупционный закон. Борьба с коррупцией была одним из программных положений моей президентской предвыборной программы. Поэтому я отступать здесь абсолютно не намерен», — сказал он.

Во время пресс-конференции президент пояснил, что в Беларуси категорически запрещено членам правительства, чиновникам и их родным участвовать в коммерции. Это норма нового антикоррупционного закона, против чего депутаты якобы и выступают.

«Но все равно эта норма будет реализована. Она и так реализовывается, но через указ президента. Надо закрепить законом», — пообещал Лукашенко.

В июле 2003 года в Беларуси внесли изменения в Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы. Если раньше за получение взятки без отягощающих обстоятельств могли приговорить к аресту, ограничению свободы или лишению свободы на срок до 6 лет, то с 22 июля 2003 года по ч. 1. ст. 430 УК оставили только наказание в виде лишения свободы, а максимальный срок увеличили до 7 лет. За получение взятки при отягчающих обстоятельствах максимальный срок увеличили до 8 лет.

Спустя всего три года, 20 июля 2006 года, в Беларуси появился новый Закон «О борьбе с коррупцией». По нему коррупционерами могли стать не только госслужащие, но и члены Совета Республики, кандидаты в президенты, депутаты, медики, преподаватели. По закону члены семей госслужащих не имели права брать подарки или ездить отдыхать за счет тех, кто каким-то образом зависит от этого госслужащего и его решений.

31 июля 2014 года на совещании Александр Лукашенко поручил создать единый нормативный правовой акт по борьбе с коррупцией и вынести на обсуждение общественности.

Так 15 июля 2015 года в стране появился Закон «О борьбе с коррупцией», который действует до сих пор. По сравнению с предыдущим законом в нем запретили в течение пяти лет назначать на руководящие должности тех, кто уже провинился на этом месте. Также злоупотребляющих властью чиновников лишили пенсионных надбавок, которые положены госслужащим.

Во время общественного обсуждения предлагалось обнародовать доходы чиновников. Однако эту идею не воплотили в жизнь. Только в этом году заговорили о том, что публикация деклараций госслужащих все-таки «нормальная практика», но это пока лишь предложение.

Александр Лукашенко также был инициатором многих антикоррупционных декретов и указов. 26 июля 1999 года приняли декрет президента № 29 «О дополнительных мерах по совершенствованию трудовых отношений, укреплению трудовой и исполнительской дисциплины», 15 декабря 2014 года появился декрет № 5 «Об усилении требований к руководящим кадрам и работникам организаций».

Изобрел схему: провинился — попросил помиловать — иди в колхоз

Именно при Лукашенко провинившихся за коррупцию чиновников начали отправлять поднимать колхозы.

Например, бывшего заместителя генпрокурора Александра Архипова приговорили к шести годам лишения свободы. Он помог замять уголовное дело в отношении сына бизнесмена. Пьяный молодой человек без прав ехал на мотоцикле, не справился с управлением, в результате чего погибла 24-летняя девушка. Суд над Архиповым проходил в закрытом режиме, подробности скандального дела журналисты так и не узнали. Лишь со слов президента известно: дело было закрыто за слиток золота и бутылку коньяка.

Приговор обжалованию не подлежал, а через полтора года Александр Михайлович вышел на свободу и стал председателем не самого успешного колхоза «Петровичи» в Смолевичском районе. В колхозе Архипов пробыл чуть больше двух лет.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY
Таким досталось хозяйство бывшему замгенпрокурора. Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

Это не единственная история с направлением за коррупцию в колхоз. Экс-руководитель Бобруйского мясокомбината Виктор Ходасевич был приговорен в мае 2015 года к двум годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии в условиях усиленного режима. А уже в феврале 2016 года вышел на свободу и начал руководить СПК «Липовка» в Хотимском районе.

Евгений Зюзин, экс-гендиректор ОАО «Холдинг «Могилевводстрой», был приговорен к семи годам лишения свободы с конфискацией имущества. Ему также в течение пяти лет запретили занимать руководящие должности. А в феврале 2016 года, как Александр Архипов и Виктор Ходасевич, он прямо из колонии уехал поднимать СПК «Колхоз имени Дзержинского» в Бобруйском районе.

В ноябре 2018 года президент заявил, что пора покончить с порочной практикой, когда государство сажает коррупционера в тюрьму, а «потом Шуневич (бывший министр внутренних дел. — Прим. ред.) за хорошее поведение их выпускает».

— Этого больше не будет. Двадцать пятый раз повторяю: лучше бедным на свободе, чем богатым в тюрьме.

Президент добавил, что им уже даны конкретные указания: «никого не выпускать», а только добавлять сроки.

10 мая 2019 года президент подписал декрет № 3 «О дополнительных мерах по борьбе с коррупцией». По нему коррупционеры не смогут претендовать на УДО. Однако рассчитывать на помилование они по-прежнему могут — генпрокурор даже назвал эту процедуру «процедурой высшего класса».

Что сейчас в Беларуси считается коррупцией и на сколько можно сесть

В Уголовном кодексе Беларуси нет понятия коррупционных преступлений.

Инфографика: Антон Девятов, TUT.BY
Па данным международной организации по борьбе с коррупцией Transparency International, по сравнению с началом 2000-х уровень коррупции у нас снизился и закрепился примерно на одной позиции. Инфографика: Антон Девятов, TUT.BY.

По словам ректора международного университета «МИТСО», кандидата юридических наук, доцента Владимира Лосева, в 2007 году к коррупционным преступлениям относились: хищение путем злоупотребления служебными полномочиями (ст. 210 УК), легализация («отмывание») материальных ценностей, приобретенных преступным путем (ст. 235 УК), вмешательство в разрешение судебных дел или производство предварительного расследования (ст. 390 УК), незаконное освобождение от уголовной ответственности (ст. 399 УК), злоупотребление властью или служебными полномочиями (ст. 424 УК), бездействие должностного лица (ст. 425 УК), превышение власти или служебных полномочий (ст. 426 УК), служебный подлог (ст. 427 УК), незаконное участие в предпринимательской деятельности (ст. 429 УК), получение взятки (ст. 430 УК), дача взятки (ст. 431 УК), посредничество во взяточничестве (ст. 431 УК), получение незаконного вознаграждения работниками госоргана либо иной госорганизации (ст. 433 УК).

В 2013 году перечень коррупционных преступлений сократили. Из него убрали вмешательство в разрешение судебных дел или производство предварительного расследования, незаконное освобождение от уголовной ответственности и служебный подлог.

Сегодня в Беларуси за получение взятки можно оказаться в колонии на срок до семи лет с конфискацией имущества и лишением права занимать определенные должности. Если взятку человек получил не в первый раз, то сесть можно и на десять лет. Ранее судимые за коррупцию, или те, кто получил взятку в особо крупном размере, или организованной группой лиц, или те, кто занимает ответственное положение  могут лишиться свободы на срок до пятнадцати лет с конфискацией имущества и с лишением права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

За дачу взятки статья предполагает максимальную санкцию в виде пяти лет лишения свободы. А если ее дали во второй раз, то до семи лет лишения свободы.

За превышение власти максимально можно лишиться свободы на срок до десяти лет.

Генпрокурор Александр Конюк недавно рассказал в парламенте, что количество преступлений в стране снижается, однако число фактов коррупции растет.

— С одной стороны, это результат работы правоохранительных органов по их выявлению и пресечению, а с другой — недостатки в предупредительной деятельности госорганов и организаций. Борьба с коррупцией в нашей стране не разовая акция, а системная работа. Это один из важнейших приоритетов политики белорусского государства.

По данным генпрокурора, ежегодно учитывается порядка 2 тысяч коррупционных преступлений, к ответственности привлекается около тысячи должностных лиц.

В 2018 году количество учтенных коррупционных деяний увеличилось на треть.

-10%
-10%
-50%
-10%
-12%
-20%
-10%
-8%
0065281