Дарья Клюйко / Фото: Марина Серебрякова /

«За посевами нужен уход: сам по себе урожай не придет», — говорили наши предки. Нужно ли следить за зерном после посевной или природа сама возьмет свое? Продолжая исследовать «Путь хлеба» в совместном с КУП «Минскхлебпром» проекте, мы приехали в агрокомбинат «Ждановичи», чтобы узнать о тонкостях ухода за урожаем.

«Опоздаешь на пару дней с прополкой — потом сорняк будет не вывести»

Агроном по защите растений открытого грунта Инесса Гибок признается: когда едет в поля ранним утром, где пшеница или тритикале уже начинают колоситься, она всегда чувствует свою причастность к этому чуду. Так же и в магазине сердце частенько екает, когда девушка кладет свежую буханку в корзинку. Ведь в этой обычной для всех булке есть часть и ее работы.

— Непередаваемое ощущение. Мне кажется, те, кто идет в агрономы, должны обожать свою работу. Серьезно, если душу сюда не вкладывать — не будет ничего. Посмотрите, как красиво! — восхищается она.

Высококачественное зерно — основа будущего вкусного и свежего хлеба. Чтобы сберечь аромат и мягкость, заводы КУП «Минскхлебпром» выпекают продукцию ночью и утром развозят по магазинам, чтобы покупатели смогли приобрести свежий и ароматный продукт. Конечно, существуют способы увеличить срок хранения, например с помощью консервантов. Но на предприятии уверены: хлеб должен быть натуральным, поэтому выпекают его только из натурального сырья без лишних пищевых добавок и по современным технологиям.

На полях действительно красиво: колоски все одного роста, в ровных рядах, как под линеечку, никакой сорной травы. Такая аккуратность и чистота — не дело случая. После того, как по полям проходит сеялка, в игру вступают Инесса и ее коллеги.

— Каждый раз буквально сгораю от нетерпения. Знаю, что скоро должны прорасти семена. Жду, хожу, смотрю. Наконец не выдерживаю, выкапываю зернышко — а на нем — ура! — белый росточек, — рассказывает героиня. — Потом выходят два листика и так далее. Контролирую от и до все фазы роста. И не только культуры, но и сорняков, чтобы не упустить нужный момент. Есть такое растение — белая марь, или лебеда в простонародье. Если буквально на пару дней запоздаешь с химической прополкой, то препарат перестает на нее действовать. Пырей, растущий в ячмене, после того как вымахает выше 12 сантиметров, не гибнет. Максимум листья ему повредишь при прополке, а корень останется целым. Дозировку при этом увеличить нельзя — сожжешь злаки.

«Подстраиваемся под режим дня пчел»

Не успевают аграрии закончить с прополкой, как на свет появляются жуки, гусеницы, тля и другие вредители, которые с легкостью могут уничтожить огромный урожай. И на поля заезжают тракторы с бочками, полными инсектицидных препаратов. Но, как рассказывает Инесса, некоторых насекомых на полях, наоборот, очень рады видеть. И обработку подстраивают под их режим дня.

— Пчелы — наше все, без них не будет опыления, — говорит она. — Поэтому обработку от вредных насекомых проводим по ночам, когда все они в ульях. Интересный факт: инсектицид, который мы использовали в этом году, для следующего раза уже не подойдет. У вредителей обновилось несколько поколений, и их потомки стали устойчивыми к предыдущей формуле. Поэтому придется подобрать что-то новое.

При подсчетах урожая в случае неудачи многое списывается на непогоду: мол, было слишком жаркое или слишком дождливое лето. На самом деле половину зерна можно потерять, не обработав вовремя зерно от болезней.

Хотя для борьбы с непогодой свои хитрости тоже имеются. Например, пшеничные поля в агрокомбинате по высоте совсем небольшие. Связано это с тем, что агрономы используют «регуляторы роста». Сначала этот препарат помогает растениям подтянуться, а потом на определенной фазе останавливает их рост в высоту. Питательные вещества уходят не в солому, а в зерно. В то же время трубка стебля утолщается, и он становится более устойчивым. Сильные дожди и шквалистые ветры не положат такие посевы.

— Когда зерновые «ложатся», образуется чрезмерная влажность, которая становится отличной средой для развития инфекций, грибковых болезней и прикорневой гнили, — рассказывает Инесса. — Чтобы нивелировать такие последствия, мы проводим больше фунгицидной обработки. Она — настоящее спасение в дождливое лето. А вот солнцезащитных средств для зерновых не придумали: если выгорело, то выгорело. Солнце вносит и другие коррективы: пока стоит жара и нет росы, фунгицидную обработку будущего хлеба проводят только после заката.

«Пахал за батьку с 12 лет»

Слова агронома подтверждает механизатор с 35-летним стажем Вячеслав Чернявский. На прошлой неделе он начинал работать только с наступлением сумерек, а сейчас — новый график. Сегодня вот уже с семи утра лечил от болезней озимые. А на ногах — с половины шестого, хотя спать вчера лег в полдвенадцатого.

— Не спится! — смеется Вячеслав. — Возраст, наверное. Я тут и доктор, и тракторист. Горячая пора как наступила в марте, так все никак не закончится. Сначала вносил минеральные удобрения, чтобы можно было пахать и сеять. Глядь — тут уже и озимые подрастают. Достаем разбрызгиватели, выезжаем на прополку. Потом боролись с мошками, блошками и другими вредителями. Сейчас время обработки растений от болезней. И так до самого созревания зерна.

Первый раз Вячеслав сел на трактор, когда ему было 12 лет. Говорит: «подменял ленивого мужика: „топтал“ сенажные ямы (хранилища травы, предназначенной на корм скоту. — Прим. TUT.BY) в колхозе». Потом «пахал за батьку», когда тот шел домой кормить коров. Тогда даже подумать не мог, что однажды его трактор станет «цифровым».

— Кондиционер в кабине — это привычно уже, нормально, — рассказывает механизатор. — Но еще у меня там аж три компьютера. Я объезжаю вокруг поля, и умная техника уже точно знает, что это за место, на котором нам предстоит работать. Рассчитывает нужное количество средств защиты, учитывая все особенности территории. И начинается работа, остается только следить, чтобы трактор шел по заданной полосе. Когда проезжаешь по уже пройденным местам, разбрызгивание отключается автоматически: одни и те же посевы дважды подряд не обработаешь. Специальные колеса машины — очень узкие — не дают поломать драгоценные хлеба. Да и ездим по той же колее, которую проложили до тебя.

И агроном, и механизатор рассказывают о препаратах, которыми обрабатывают посевы. Интересуемся: как же сильнодействующие и ядовитые вещества могут отразиться на здоровье человека, который будет есть хлеб из такого зерна?

— В Беларуси создан специальный реестр средств защиты растений и удобрений, — рассказывает Инесса. — Когда на рынке появляется новый препарат (отечественный или зарубежный), он проходит ряд сложных испытаний. Опытным путем выясняется, насколько сильно он накапливается в разного вида растениях, как быстро покидает их, как влияет на людей, которые с ним работают, и так далее. Все не просто так: придумал новый состав, от которого жуки дохнут, и брызгай сколько хочешь. Плюс,  меньше, чем за 30 дней до уборки, мы по регламенту не имеем права проводить никаких обработок. А перед тем, как машина загружается зерном и отправляется в закрома, специальная лаборатория берет контрольные образцы для анализа: проверяют не только уровень белка и клейковины, но и наличие спор грибков и остаточных пестицидов. Ядовитое зерно в хлеб точно не попадет.

Проверяют сырье и на хлебозаводах. К примеру, на предприятиях КУП «Минскхлебпром» есть свои лаборатории, где ведется контроль сырья, из которого делается хлеб. Также там проверяют органолептические и физико-химические показатели готовой продукции. 

Практикуют в агрокомбинате и органические методы возделывания культур, но они, как показала практика, хороши только на маленьких территориях, а не в гигантских масштабах.

— У нас в агрогородке Новый двор есть экспериментальная площадка для экологически чистого земледелия, — говорит Инесса. — Примерно 13 гектаров земли без удобрений и средств защиты растений. И там каждый день люди, не разгибаясь, работают: вручную полют, ухаживают. Максимум, что используют из «химии» — вытяжки из дрожжей и из хвойных растений (для защиты от вредителей), а также специальные сыворотки от фитофторы. Все они абсолютно безвредные, но очень дорогие и не всегда эффективные. Даже отбросив перспективу удорожания хлеба и сделав ставку на натуральность, только представьте себе: как перенести этот опыт на 2 500 гектаров пшеницы, 1730 гектаров озимого тритикале и 2558 гектаров ячменя? Сколько работников нужно, чтобы прополоть такие угодья? Или убрать с них гусениц и тлю вручную?

Кстати, вручную ухаживать за такими большими полями все же приходится. Хотя напрямую это с урожаем не связано.

— Каждый день убираем с полей огромное количество мусора от дачников, — рассказывает агроном. — Полеводы вынуждены собираться на субботники, а могли бы отдыхать в свои выходные. От такого бывает очень тяжело на душе. Но потом смотришь на свои поля и результаты работы — становится легче, негатив отпускает, — признается Инесса.

О следующем этапе пути хлеба мы расскажем в продолжении нашего проекта.

Партнер проекта:

Главным достоинством выпускаемой продукции являются натуральное сырье и ингредиенты, современные технологии, стабильное качество, доступная цена и индивидуальный подход к каждому покупателю. Продукция «Минскхлебпрома» произведена с душой.

{banner_819}{banner_825}
-50%
-30%
-20%
-21%
-45%
-30%
-25%
-50%
0064755