1. Защитник Бабарико и Колесниковой подал жалобу в суд на лишение его лицензии, но ему отказали
  2. «Куплен новым в 1981 году в Германии». История 40-летнего Opel Rekord с пробегом 40 тысяч, который продается в Минске
  3. Автозадачка с подвохом. Нарушает ли водитель, выезжая из ворот своего дома на дорогу?
  4. Пенсионерка из электрички рассказала подробности о задержании и Окрестина
  5. 57-летняя белоруска выиграла международный конкурс красоты. Помогли уверенность и советы Хижинковой
  6. Один из почетных консулов Беларуси в Италии подал в отставку из-за несогласия с происходящим после выборов
  7. Под Молодечно задержали компанию из 25 человек. МВД: «Они собирались сжечь чучело в цветах национального флага»
  8. Показываем, как выглядит часть зданий БПЦ на улице Освобождения, ради которых снесли объекты ИКЦ
  9. «Первый водитель приехал в 5.20 утра». Слухи о «письмах счастья» за техосмотр привели к безумным очередям
  10. «Бэушка» из США против «бэушки» из Европы: разобрали, какой вариант выгоднее, на конкретных примерах
  11. «Усе зразумелi: вірус існуе, ад яго можна памерці». Год, как в Беларусь пришел COVID: поговорили со вдовой первой жертвы
  12. Фанаты белорусских футбольных клубов массово объявляют о бойкоте матчей
  13. Год назад в Беларусь пришел коронавирус. Рассказываем про эти 12 месяцев в цифрах и фактах
  14. «Ашчушчэнія не те». Все участники РСП вышли на свободу после 15 суток ареста
  15. «Пышка не дороже жетона». Минчане делают бизнес на продукте, за которым в Питере стоят очереди
  16. В Беларуси ввели очередные пенсионные изменения. Что это означает для трудящихся
  17. Минское «Динамо» проиграло в гостях питерскому СКА
  18. «Врачи нас готовили к смерти Саши». История Марии, у чьей дочери пищевод не соединялся с желудком
  19. Рынок лекарств штормит. Посмотрели, как изменились цены на одни и те же препараты с конца 2020-го
  20. Минчане пришли поставить подпись под обращением к депутату — и получили от 30 базовых до 15 суток
  21. Тихановская рассчитывает на уход Лукашенко весной
  22. Белоруска едет на престижнейший конкурс красоты. И покажет дорогое платье, аналогов которому нет
  23. Акции солидарности и бойкот футбольных фанатов. Что происходило в Беларуси 28 февраля
  24. Секс-символ биатлона развелась и снялась для Playboy (но уже закрутила роман с близким другом)
  25. Во всех районах Беларуси упали зарплаты, в некоторых — больше чем на 300 рублей
  26. «Будет готов за три-четыре месяца». Частные дома с «завода» — сколько они стоят и как выглядят
  27. Судьба ставки рефинансирования, обновленный КоАП, дедлайн по налогам, заморозка цен. Изменения марта
  28. Чиновники придумали, что сделать, чтобы белорусы покупали больше отечественных продуктов
  29. Могилев лишился двух уникальных имиджевых объектов — башенных часов и горниста (и все из-за политики). Что дальше?
  30. Год назад в Беларуси выявили первый случай COVID-19. Что сделано за год, а что — нет


Наталья Поспелова специально для TUT.BY

Недавний случай в детском доме семейного типа (ДДСТ) Борисовского района недвусмысленно намекает, что пора дополнять действующий Список работ и должностей с вредными и опасными условиями труда еще одной профессией: родитель-воспитатель ДДСТ. Слишком уж много случаев, когда замещающие родители прекращают свою трудовую деятельность преждевременно и в местах не столь отдаленных. Выходит, работать в ДДСТ вредно и опасно?

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY
Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

Наталья Поспелова — специалист по семейному неблагополучию и устройству детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. 28 лет работала в органах охраны детства Беларуси, из них 12 — в Национальном центре усыновления. Автор более 100 методических и публицистических работ по проблемам социального сиротства и семейного неблагополучия. Одна из основателей республиканского портала по поиску семей для детей-сирот www.dadomu.by и единственного в СНГ ежемесячного издания для замещающих родителей и специалистов органов опеки и попечительства — газеты «Домой!». Референт Белорусского общественного объединения замещающих семей «С надеждой». Профессиональная специализация: альтернативные формы жизнеустройства детей-сирот; споры родителей о воспитании детей; сопровождение семей, желающих принять или уже принявших детей-сирот на воспитание.

E-mail автора: nastapos@mail.ru.

Если папы порой заканчивают карьеру осужденными за преступления против половой неприкосновенности воспитанников, то мамам инкриминируется физическое насилие над воспитанниками: 2013 год — за сексуальное насилие над воспитанниками были осуждены муж и сын родительницы-воспитательницы ДДСТ Светлогорского района; 2014 — родитель-воспитатель Ирина Моцная осуждена на 4 года за жестокое обращение с детьми, а ранее ее супруг, работавший в этом ДДСТ на полставки, покончил жизнь самоубийством; в 2016 году осужден супруг родителя-воспитателя ДДСТ из Добрушского района. Причина та же: насильственные действия сексуального характера в отношении заведомо малолетней. Теперь вот инцидент 2018/2019: сексуальное насилие плюс истязание детей.

Эта страшная ретроспектива вызывает массу вопросов. Почему так происходит, что в укладе ДДСТ способствует таким преступлениям и бывает ли, что дети-воспитанники, как бы это помягче сказать, — оговаривают взрослых?

Начнем с третьего вопроса. Да, оговоры и манипуляции у детей вообще и у детей со сложной сиротской судьбой — не редкость. Кто не верит — посмотрите художественный фильм «Охота» (производства Швеции, Дании, Норвегии). В фильме девочка из обычной полной семьи оговорила мужчину-воспитателя. Ее домыслы укрепили окружающие взрослые, заранее поверив и даже помогая формулировать тезисы о сексуальных действиях воспитателя.

Что касается детей, переживших изъятие из неблагополучных семей, имеющих тяжелый и далекий от идеалов нравственности жизненный опыт, вынуждена сообщить, что оговоры и манипуляции, в т.ч. с использованием темы сексуального насилия — далеко не редкость.

Хотя в разы чаще дети сочиняют насчет физического насилия. «Мама била? — Била! Кушать не давала? — Не давала!» — формула, известная многим педагогам. Вопрос предусматривает утвердительный ответ, и ребенок его дает. Этот парадокс детского соглашательства в свое время заставил понервничать многих приемных родителей, особенно тех, кто был в начале карьеры и не имел еще доверия со стороны педагогов, окружающих семью.

Отведет приемная мама пятилетнего новичка-воспитанника в детский сад, там он во время раздевания на сон продемонстрирует сердобольной нянечке пару-тройку синяков на ножках-ручках, ну и пошли вопросы. А ребенок рад стараться: дает утвердительные ответы, таким образом пытаясь показать свою лояльность к новому взрослому: от прежних его забрали, как там дальше будет — непонятно. Самое время соглашаться. Бихевиоризм требует: дети всегда следуют за взрослыми. Если у них есть свои надежные — за ними, а если связь со своими разрушена изъятием (к примеру) — то за тем, кто пожалеет. Ребенок без надежной связи с родными очень внушаемый, манипулируемый, ведомый.

Я не упрощаю. Понимаю, что перед тем как предъявить столь серьезные обвинения — в сексуальных ли злоупотреблениях, в физическом насилии с формулировкой «истязание» — все доказательства были исследованы, все парадоксы изучены. И уж, конечно, обвинение строилось не только на показаниях запуганных девчонок. Но мне и моим коллегам известен ряд случаев, когда дети, оставшиеся без попечения родителей, оговаривали своих новых взрослых.

Как правило, столь жестоким способом со страшными последствиями дети решали одну-единственную задачу: доказать, что все без исключения взрослые — плохие и им нельзя доверять. Этим ребенок как бы старается снизить свою внутреннюю боль от происходящего. Нередко оговоры следовали сразу же за встречами (или за не состоявшимися встречами) с родными. Не пришла родная мама проведать сына в ДДСТ, а он ждал и надеялся, — мальчишка заявляет: «А меня тут бьют! Я вообще тут быть не хочу!»

Это проявление отчаяния еще и еще раз брошенного ребенка. Это не гены и не алкогольный синдром. Это и надежда: «Авось к маме вернут, раз мне здесь плохо!» Это и моделирование доказательств, что никому из взрослых верить нельзя. Родная мама — бросила, приемная — как бы лупит… В общем, привязываться к взрослому — себе дороже, все они того не стоят. Специалисты, применяющие на практике теорию привязанности, хорошо ориентируются в подобных парадоксах, являющихся клинической картиной травмы привязанности.

Опытные замещающие родители знают, что у детей из тяжелых неблагополучных семей есть не только знания, но и опыт «про ЭТО». Многие дети осведомлены, что именно ЭТИМ способом их мамы решали свои проблемы: будь то перехватить денег или еды, «заработать» на новую шмотку, привлечь «нового папку». Возможно, дети не раз становились свидетелями разборок полупьяных взрослых «про ЭТО». Модель достижения своих целей путем запугивания и шантажа оппонента «такими» аргументами могла просто стать привычной и даже увлекательной, как, к примеру, квест. Это не «их испорченность», это опыт жизни в аморальных и неподходящих для детей условиях.

Сегодня в стране действуют 282 ДДСТ, в них работают совершенно разные взрослые и растут совершенно разные дети. Однако, несмотря на различия, в жизненном цикле ДДСТ есть много общего. Как правило, начало карьеры каждого ДДСТ славное, если не сказать — победоносное. В ряде случаев начало связано с преодолением внутренних, позже — внешних препятствий. В местной прессе, на местном ТВ в изобилии представлены интервью родителей-воспитателей, приемных родителей, которые рассказывают о борьбе и победе над собой, выстраивании своих мотивов к приемному родительству, позже — о том, как победили местную бюрократию, когда сначала им не верили — а потом поверили и доверили воспитание детей со сломанной судьбой.

Все очень чувственно, ярко, эмоционально. Обычно в таких рассказах красной нитью проходит мысль, как поначалу специалисты опеки были чуть не врагами, а потом — самыми близкими и понимающими помощниками (нередко специалисты просто прячут свое недоверие до поры до времени, не хотят разборок и обвинений в предвзятом отношении). На этом этапе у семьи все в основном получается, а если и есть сложности — то они оцениваются как некритичные. Опять же маленькие детки — маленькие бедки.

Уже на этом этапе в ДДСТ частыми гостями являются высокопоставленные шефы, руководство региона дарит ковровые дорожки и тую в кадке. Далее семья презентует свои достижения на местных, региональных и даже выше конкурсах семей и профессионального мастерства (кстати, этот этап трудовой биографии был у всех без исключения семей, ссылки на истории которых приведены в начале текста). Попутно еще больше привыкают жить напоказ и не замечают тревожных звоночков…

В обмен на административные плюшки и поглаживания в виде снисходительного и одобрительного мнения нанимателя и его представителей, желая соответствовать их доверию и не желая портить отношения, семья принимает на воспитание все больше и больше детей, разрастаясь до опасных масштабов. И вот уже в семье растут не 5 детей, а 7, 9, 10… Сил все меньше — детей все больше. Всех можно согреть своим сердцем. Кто не согласен?

Фото с сайта pixabay.com
Фото с сайта pixabay.com

Социально-педагогическое и психологическое сопровождение таких непростых семей требует от специалистов серьезных знаний и опыта. Сама система поддержки таких специалистов у нас представлена слабо, впрочем, как и методики работы с различными нестандартными проявлениями, бытующими в замещающих многодетных (т.е. искусственно созданных) семьях. Сопровождающие специалисты часто меняются, порой семьи просто не успевают запомнить имя-отчество нового куратора.

Родители-воспитатели прекрасно понимают, что любят их за достижения и подвиги, а проблемы свои они должны решать сами. Признаться, что невмоготу, что не получается достучаться до ребенка и допустимые меры воздействия не срабатывают — нельзя. Это как предательство. Это практически злоупотребление доверием высоких шефов и проч. спонсоров. Это как обмануть: все хотели видеть сказку в отдельно взятом ДДСТ, а тут такое…

Опять же взрослые прекрасно понимают, что рискуют практически навечно остаться в местном сообществе без работы, если шевельнутся не в ту сторону и придется уволиться или их уволят. А без работы остаться смерти подобно. Многие устали, выплеснулись, эмоционально выгорели и не видят своих ресурсов просто потому, что не в силах. Так и тянут люди до последнего. Ну, а потом — кто на больничную койку, а кто-то — в места не столь отдаленные. Те же, кто ценой своего здоровья, с помощью внутренних и внешних ресурсов вырастил 20−30−40 детей, уберегся от болезней и осуждения, приобретают дзен мудреца и философа.

Как видим, в типичном цикле жизнедеятельности ДДСТ есть много участков, на которых легко споткнуться. Помощи, повторю, ждать неоткуда: сопровождающие специалисты имеют в разы более короткий профессиональный цикл, да и имеющиеся у них компетенции не всегда соответствуют уровню запроса замещающих родителей.

Что делать? Как прекратить появление ежегодных инцидентов в замещающих семьях, которые несут, по сути, идеологическую угрозу самому существованию института профессиональной семейной заботы о детях-сиротах? Ряд советов, которым традиционно никто не последовал, были даны здесь. Предлагаю несколько советов собственно замещающим родителям, поскольку, как показывает практика, в лихие минуты они остаются в одиночестве. Те, кто их сопровождал, либо делали это ненадлежаще (как в Борисовском районе), либо переметнулись в ряды обвинителей.

Итак, замещающий родитель должен помнить, что за все плюшки и похлопывания по плечу от нанимателя ему придется расплачиваться благополучием своей семьи. Поэтому на предложение «взять еще двое-трое детей» соглашаться необязательно. Кризис профессиональной замещающей заботы и, как следствие, отсутствие желающих заняться этой деятельностью организовали те, кто не поддерживал такие семьи, кто некорректно и предвзято контролировал, кто не готовил и не сопровождал энтузиастов в порыве победить социальное сиротство силами отдельно взятой семьи. И это были не вы. Что ж теперь-то вашими руками решать эту проблему?

Замещающий родитель должен позаботиться о поддержании личного и профессионального реноме своими силами, не уповая на влияние местных медиа, которые пишут в ту сторону, куда ветер дует. Для этого очень подходят социальные сети и тематические интернет-сообщества. Не скрывайте своих проблем. Обсуждайте и делитесь наболевшим. Во-первых, можно получить действенную поддержку, а во-вторых можно просто полечиться сочувствием. Иногда помогает.

Замещающему родителю полезно письменно информировать нанимателя о возникающих проблемах. Будь то зарастающий плесенью и грибком дом или сложное (в т.ч. — сексуальное, а также сексуализированное) поведение ребенка. При отсутствии письменных сигналов есть риск быть обвиненным в сокрытии нарушения интересов вверенных детей. При наличии сигналов есть шанс получить если не поддержку, так хотя бы понимание.

Замещающему родителю вовсе не обязательно участвовать во всевозможных конкурсах, фестивалях, эстафетах, маршах, флешмобах и выставках достижений. Да, общественное признание — вещь приятная, но без него вполне можно прожить. Иногда взрослые совершенно напрасно думают, что этими массовками они укрепляют внутренний стержень семьи и способствуют развитию детей, которые раньше и сцены не видели. Сцена к развитию детей имеет очень далекое отношение, а вот противопоставлению способствует. Да, высокопоставленные шефы с пустыми руками не ездят, и вам очень надо постельное белье, новый тренажер и 35-я кастрюля емкостью 10 литров. Но иногда отказывайтесь от назойливых визитов. Вы же знаете, что с детьми и в доме творится после спонсорского акционного объезда.

Не стремитесь к внешнему успеху: родительство — это путь с непредсказуемым результатом, особенно если речь идет о детях со сложной жизненной картой. Не бойтесь заявить о том, что вам тяжело. Не бойтесь вовремя поставить точку в профессиональной карьере: ни одна работа не стоит здоровья, свободы и семьи.

-13%
-15%
-10%
-8%
-10%
-33%
-10%
0072356