/

В среду, 29 августа, Минский областной суд продолжил рассматривать уголовное дело, по которому сержанты обвиняются в доведении до самоубийства 21-летнего Александра Коржича. На процессе выступил Андрей Заяц, который нашел тело погибшего солдата в подвале медроты.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY
Обвиняемый Евгений Барановский разговаривает с адвокатом перед началом процесса. Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

Сегодня процесс начался с допроса Эрнеста Субоцкого. Он уже второй свидетель, заявивший во время допроса в Минском областном суде, что военнослужащий, который нашел тело Александра Коржича, не просто так спустился в подвал, и это его настораживает.

Молодой человек служил в Печах, сейчас работает сварщиком. С рядовым Коржичем он тесно не общался, зато много наслышан о сержанте Андрее Зайце, который 3 октября 2017 года и обнаружил тело Александра Коржича в подвале медроты.

— Слышал, что Заяц себя неадекватно вел. Рассказывали, мог ночью поднять роту, сесть на центральный проход и сказать: «Спокойной ночи». Говорят, он бил Коржича, требовал у него деньги, — рассказывает в суде свидетель Эрнест Субоцкий.

Адвокат обвиняемого Егора Скуратовича попросил свидетеля рассказать про беседу между военнослужащими. Мол, Субоцкий говорил, когда станет сержантом, солдаты начнут жить по уставу.

— Да, такой разговор был. Мы говорили об этом часто, что будем жить по-другому, — подтверждает свои слова свидетель.

Во время допроса в Следственном комитете в октябре 2017 года он более подробно рассказывал про отношения Коржича и Зайца.

— В сентябре они оказались в одной палате медроты, Коржич панически боялся заступать в наряд, плакал, просил его заменить. В целом про сержанта Зайца ходит плохая слава (…) Меня насторожило, что тело Коржича нашел Заяц. Спонтанно в подвал не зайдешь, сам я туда никогда не спускался. Инвентарь можно было взять сразу, Заяц говорил, что искал веник, а веники стояли вверху, — рассказывает свидетель Субоцкий.

Во вторник, 28 августа, другой свидетель, командир роты Павел Суковенко, также отмечал, что «просто так» военнослужащий, нашедший тело рядового, не мог спуститься в подвал.

По словам Эрнеста Субоцкого, телефон Коржича он нашел случайно в мастерке, которая висела в шкафу. Это случилось после того, как было обнаружено тело рядового.

«Охранял Коржича в медроте»

После его показаний в зал суда конвоиры привели очередного свидетеля — сержанта Юрия Бритикова. 22 августа Жодинский суд вынес ему обвинительный приговор по ч. 2 ст. 455 УК (Злоупотребление властью), ч. 2 ст. 430 УК (Получение взятки повторно) и приговорил к 4,5 года лишения свободы. Приговор не вступил в законную силу и может быть обжалован.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY

Сегодня Бритиков рассказал, что заставлял солдат отжиматься, приседать, брал деньги от рядовых за право пользоваться мобильными телефонами.

— С 16 по 17 сентября я охранял Коржича в медроте. Мне сказали: «Находись рядом с ним», — дает показания свидетель.

— И что вы там видели? — уточняет прокурор Вадим Лолуа.

— Ничего.

— В связи с чем вы охраняли Коржича? — спрашивает гособвинитель.

— Не знаю, не интересовался.

Но для себя сержант Бритиков решил, что рядовой склонен к суициду, поэтому его положили в отдельную палату. При этом Александр Коржич сам рассказывал сержанту, что оказался в медроте из-за болей в сердце. Свидетель также вспомнил, что в день выписки Коржича, 26 сентября, из медпункта дежурная медсестра не звонила и не сообщала, что рядовой готовится к выписке.

«Пошел в подвал, увидел человека висящего»

Суд переходит к допросу 23-летнего свидетеля сержанта Андрея Зайца из Солигорска. Его также приводят в зал конвоиры.

— Вы судимы?

— Да, Борисовским судом по ч. 1, ч. 2 ст. 455 УК (Злоупотребление властью). Приговор вынесен в начале мая, 3 года лишения свободы, — отвечает из клетки Андрей Заяц.

Он был сержантом Александра Коржича, когда тот проходил курс молодого бойца.

— Как он себя проявил? — спрашивает прокурор.

— Ничего особенного.

— А после курса молодого бойца виделись? — задает вопрос прокурор.

— Не припомню, — отвечает Андрей Заяц.

По его словам, с Александром Коржичем он познакомился в Печах. Из вопросов гособвинителя стало известно, что Заяц во время службы вел дневник, «записывал свои мысли», про Коржича ничего не писал.

— Заступил в наряд 2 октября, обыкновенная служба в наряде. Перед тем как его сдать, пошел в подвал что-то взять из инструментов и увидел там человека висящего. Вернулся обратно, попытался связаться с дежурным, не получилось, тогда позвонил дежурному медроты, отвел его туда, где был висящий человек. Стали звонить начальникам, собрались люди, доктора, приехали из СК, меня допросили, после чего отпустили, — рассказывает Андрей Заяц.

По его версии, 3 октября в подвале не было света, он искал инвентарь с фонариком. В медроте в сентябре не лечился.

Фото: Дарья Бурякина, TUT.BY
Светлана Коржич

— Скажите, вы знали Сашу Коржича на гражданке? — обращается к свидетелю
Светлана Коржич, мама погибшего рядового.

— Нет.

— Он же ездил в гости к вашей соседке.

— Может, один раз встречались, не помню, — отвечает Андрей Заяц.

— Вы нашли труп, а потом спокойно пошли ужинать, даже врач удивился. Или вы это отрицаете? — спрашивает Светлана Коржич.

— Это было после определенного времени, когда со мной пообщались психологи. Не отрицаю, что ужинал, — говорит Заяц.

Он утверждает, что денег у Коржича не требовал, руку на него не поднимал.

Обвиняемый Егор Скуратович рассказал, что сержант Андрей Заяц после допроса пытался покончить жизнь самоубийством.

— Мы ехали в одном автобусе, Заяц достал иголку и начал вскрывать вены, офицеры заломали ему руки, — говорит Скуратович.

Во время беседы со следователем Андрей Заяц говорил:

— Уверенно заявляю, что к смерти Коржича не причастен.

После 3 октября сержанту поставили диагноз «посттравматический шок». Его возили на обследование в Минск.

— До призыва в армию наблюдался у психиатра, в связи с чем — не помню, — рассказывал во время предварительного расследования Андрей Заяц.

Напомним, в суде уже выступили практически все потерпевшие. Большинство из них продолжают служить в армии, некоторые отслужили, вернулись на гражданку. О неуставных отношениях во время процесса они говорили неохотно, скупо, не вдаваясь в подробности, многие отказывались от тех показаний, которые давали во время предварительного расследования.

— Не помню, не видел, не знаю, — самые распространенные ответы потерпевших на вопросы гособвинителя. Единственная из потерпевших, кто занимает во время суда активную позицию, мама погибшего рядового Светлана Коржич.

Женщина задает много вопросов участникам процесса, заявляет ходатайства и открыто говорит:

— Это не защитники отечества, а преступная группировка. Я почему-то не вижу здесь офицерского состава.

На скамье подсудимых трое сержантов: Евгений Барановский, Егор Скуратович, Антон Вяжевич. Им вменяют ч. 3 ст. 455 УК (Злоупотребление властью, повлекшее тяжкие последствия), ч. 1, 2 ст. 430 (Получение взятки), Барановскому еще и ч. 1 ст. 205 (Кража). Максимальный срок — 12 лет лишения свободы.

Во вторник, 28 августа, в зал суда конвоем был доставлен командир учебно-танковой роты Павел Суковенко. По этому делу он проходит в качестве свидетеля, по другому — обвиняемый по ч.1 ст. 455 УК «Злоупотребление властью, превышение власти либо бездействие власти». Во время допроса 24-летний старший лейтенант заявил:

— Не до конца был готов занимать эту должность. По работе с личным составом проблем не было, но с организационной работой не хватало опыта. Его не хватало во всем и понемногу.

И признался, что в полном объеме не знал обязанностей командира и «не встречал ни одного офицера», который бы их знал.

Тело Александра Коржича с майкой на голове и связанными шнурками было найдено 3 октября 2017 года. Мама рядового почти год настаивает на версии убийства сына.