/ Фото: Катерина Гордеева /

Полвека назад, в ночь с 20 на 21 августа 1968 года, советские войска вошли в Чехословакию. Причина была в реформах, которые получили название «Пражская весна» и очень не нравились тогдашнему руководству СССР. Против ввода войск активно, если это слово можно применить к тем реалиям, протестовали советские диссиденты. Наиболее значимая акция прошла на Красной площади в Москве. Ее назвали «демонстрацией семерых». Но мало кто знает, что примерно в это же время в Гродно двое студентов тоже протестовали и поплатились за это свободой.

Фото: The Central Intelligence Agency
​ ​​Во время советского вторжения чехи несут свой флаг. ​Фото: The Central Intelligence Agency

Сергей Коленченко и Александр Романов учились тогда на химико-биологическом факультете Гродненского педагогического института, как тогда назывался нынешний университет.

А вообще ребята дружили с детского сада. И в тюрьму сели вместе.

— Даже есть историческая фотография, где мы на новогоднем утреннике зайчиками танцуем около елки, — смеется Сергей и показывает старые снимки.

Фотографий осталлось мало — часть мужчина отдал родственникам своего друга, часть — историкам и коллекционерам.

Александр Романов умер в 2005 году. Единственным свидетелем тех событий в Гродно остался Сергей.

Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY
Та самая фотография «зайчиков». Александр и Сергей — справа.

— Молодые мы были. Тогда даже с девушками еще не встречались. Знаете, это такой юношеский максимализм был скорее, чем какая-то оформившаяся и взрослая позиция. Да, мы были не согласны с введением войск в Чехословакию. Многие тогда были не согласны. Обсуждали, возмущались. А тем более все это происходило в студенческой среде. Богема, что вы. Но дальше разговоров дело не шло. Однако Саша хотел действий, — вспоминает Сергей.

Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY

В голове у парня роились мысли: «А может, что-нибудь сделать с гродненским памятником Ленину в центре города? А может, выйти на площадь с плакатом или расписать асфальт, чтобы в городе об этом говорили?»

О том, что 25 августа в Москве протестовали молодые ребята, гродненские пацаны не знали. Информация о том событии до них дошла значительно позже.
Сергей вспоминает, как все начиналось.

В сентябре 1968 года друзья зашли в одну из аудиторрий старого корпуса университета. Здесь вовсю шел ремонт. Покурили в открытое окно и подожгли портрет Карла Маркса.

— Ух, как горела его борода. Как уже там, в этой аудитории, воняло, — смеется Сергей. Сейчас действия молодых людей воспринимаются лишь как мелкое хулиганство. Но тогда это было чуть ли не подрывом советской власти.

Парни решили на этом не останавливаться и ближе к ноябрьским праздникам провели еще одну акцию. Разрисовали и порвали «иконостас» вождей пролетариата, который находился в фойе здания. А еще там же написали призывы остановить действия советской власти в Чехословакии. Учебное учреждение, конечно, шумело. Но тех, кто это сделал, сначала не нашли. Воодушевившись, друзья решили, что можно сделать еще что-то значимое. Наметили следующую аудиторию, но там их уже ждали сотрудники КГБ. Сдал неугомонных студентов кто-то из однокашников, когда молодые диссиденты неосторожно поделились с ними своими успехами.

Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY
Сергей в годы студенчества.
Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY
Александр Романов.

— Сейчас все это воспринимается весело и как такая байка из далекого прошлого, а тогда было страшно. Допросы, допросы, допросы, а мы молодые, зеленые, наивные и испуганные, — говорит Сергей.

Судили молодых ребят по двум статьям: «Хулиганство» и «Распространение клеветнических измышлений, порочащих советский строй».

— Я, наверное, единственный диссидент-сидент в Беларуси, оставшийся в живых. Да и по второй статье в Советском Союзе судили до нас только один раз.

Сашу осудили на 4 года. Наказание отбывал в Орше. Сергею дали три года. Сидел в Волковыске. С учебы их, конечно, попросили.

— Потом, уже после отсидки, что-то предлагали, но я не согласился и ушел в строительство, в этой отрасли и проработал почти 40 лет. Даже трудился в одном из отделов Гродненского облисполкома. Высшее образование все-таки получил, но значительно позже. Сейчас на пенсии, — говорит Сергей.

 — Предлагали ли вам реабилитацию?

 — Да. Это было в 90-е годы. Но там надо было писать заявление. Саша возмутился: как же так? Когда нас сажали — никто не просил ничего написать, а как реабилитировать, то надо прошение предоставить. Так мы и отказались.

Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY

Что касается Александра Романова, то он, по словам друга, так и остался вечным диссидентом, бодался с властью, писал стихи и прозу. Даже издал книгу самиздатовским способом «Пролетарии духа».

— В мире существует всего 5 экземпляров, напечатанных им собственноручно на машинке. Он даже написал уже в 2000 годах в посолльство Чехии и рассказал о нашей истории, но, к сожалению, ответа не получил, — говорит Сергей.

— Не жалеете, что в жизни все вот так произошло?

— А чего жалеть-то? От того, что мы сделали, я не отказываюсь. Вы поймите, что порча портретов — это ого-го какой был протест, ведь демонстрации или какие-то активные действия — это было что-то невообразимое и нереальное.

Действительно, демонстрации в Советском Союзе были только «за». И выйти на Красную площадь с плакатами, на которых было написано «Позор оккупантам!», «Руки прочь от ЧССР!», «За вашу и нашу свободу!», «Свободу Дубчеку!» было равносильно самоубийству.

Фото: antisovetsky.livejournal.com
Фото: antisovetsky.livejournal.com

Но восемь молодых людей в Москве (во время следствия одну из участниц освободили — удалось доказать, что она просто проходила мимо) все-таки решились на рискованный шаг. Забрали их быстро. Суд длился тоже недолго. В итоге Константин Бабицкий, Лариса Богораз, Наталья Горбаневская, Вадим Делоне, Владимир Дремлюга, Павел Литвинов и Виктор Файнберг были осуждены. Кого-то отправили в лагеря, кого-то — в психиатрическую больницу, кого-то — в тюрьму.

25 августа 1968 года считается одним из важнейших дней в истории демократического движения в СССР.

После «Демонстрации семерых» в пражской газете Literární listy писали: «Семь человек на Красной площади — это, по крайней мере, семь причин, по которым мы уже никогда не сможем ненавидеть русских».

Кроме московских активистов и студентов в Гродно, в Киеве протестовал уроженец Бобруйска Михась Кукобака. Протест у него тоже был для того времени своеобразный, но — это был настоящий поступок. Он направил письмо с протестом в чехословацкое консульство. А в конце 1968 года при вызове в вооенкомат заявил его сотрудникам: «Вздумаете послать в Чехословакию, поверну автомат против вас, против оккупантов, и выступлю на стороне народа».

В 1969 году он написал открытое письмо английскому писателю Айвору Монтегю в защиту писателя Анатолия Кузнецова, выехавшего в Лондон и попросившего там политическое убежище, которое хотел опубликовать в газете «Комсомольская правда». Однако вместо газеты письмо оказалось в КГБ. Кукобака был арестован в апреле 1970 года. Позже он провел около 6 лет в психбольницах. О своих «коллегах» в Гродно он ничего не знал.

— В то время я учился и работал в Киеве и именно там протестовал против ввода войск в Чехословакию. Что касается реакции в БССР, то я о ней не осведомлен. Так как никаких связей ни с кем не поддерживал, — рассказал Михась Кукобака.

На Западе его называли «самым известным белорусским диссидентом». Вполне возможно, где-то в других белорусских городах и селах были и другие люди, которые каким-то образом все-таки выражали свое несогласие с «линией партии».

Фото: Катерина Гордеева, TUT.BY

В 2008 году участники «Демонстрации семерых» были награждены правительством Чехии.

Михаил Кукобака был приглашен в Чехию в 2015 году.

А вот поступок двух гродненских студентов остался практически незамеченным. Сергей только улыбается. Мол, что поделать — не для славы протестовали. И добавляет, чуть подумав, что в юности людям свойственны такие необдуманные, но идейные поступки. На то она и юность.

Выводить войска из Чехословакии СССР стал в октябре 1968 года. Этот процесс завершился к середине ноября, однако советское военное присутствие сохранялось там до 1991 года.

В ходе вторжения было убито 108 и ранено более 500 граждан Чехословакии. Большинство — мирные жители. Потери за день вторжения у советских войск — 12 погибших и 25 раненых.

Также были небоевые потери — 84 погибших и умерших, 62 раненых и травмированных. Также погибли два советских корреспондента при крушении вертолета.

-40%
-20%
-20%
-13%
-51%
-25%
-15%
-50%
-15%
0072330