/

«После победы началась фотоэпидемия. Все фотографировались. Кто сам, кто немецких фотографов находил. Каждый хотел сфотографироваться, чтобы доказать: «Я живой», — рассказывает 95-летний фронтовик Аркадий Бляхер. Он был из тех, кто фотографировал, а не фотографировался. Снимал на трофейную Leica. Практически все свои кадры он отдал музеям. Себе оставил только самые ценные. На одном из них 15-летний пацаненок в форме солдата Красной Армии, которого поддерживает офицер, расписывается на колонне возле входа в Рейхстаг. Рассказываем историю этого снимка.

Войну Аркадий Моисеевич встретил в Минске. 21 июня 1941 года он танцевал на выпускном, а на следующий день хотел с другом сходить на открытие Комсомольского озера. В программе были песни и танцы. Не сложилось. По репродуктору голосом Левитана передали экстренное сообщение: «Без всякого объявления войны германские Вооруженные силы атаковали границы Советского Союза».

Вместо танцев была эвакуация из Минска в Казань, рытье противотанковых окопов, артиллерийское училище и первый бой в Сталинграде. Вчерашний школьник выкатывал орудия и прямой наводкой бил по врагу. Потом были тяжелое ранение, госпиталь, бои на Донском, Южном, 3-м и 4-м Украинских, 1-м Белорусском фронтах, освобождение Варшавы и взятие Берлина.

— Когда 9 мая уже повсеместно закончились бои, Берлин демонстрировал свою капитуляцию. Во всех окнах висели белые полотнища, простыни, наволочки, другие предметы белого цвета. Так они сдались, — рассказал ветеран.

После капитуляции красноармейцы ринулись к Рейхстагу оставлять памятные надписи. Был среди них и Аркадий Бляхер. Он нацарапал: «Аркадий. Минск. Сталинград. Берлин». Фамилию решил не писать по совету своего сослуживца.

— В прусской армии был фельдмаршал Блюхер. У нас похожие фамилии. Мой однополчанин Василий Дементьев, которого мы называли Василий Теркин, пошутил: «Ты не пиши свою фамилию, а то перепутают с фельдмаршалом Блюхером». Поэтому я свою фамилию не оставил. Не сожалею. Все равно расписался, — рассказал Аркадий Бляхер.

Аркадий Бляхер описал этот снимок так: «Наша дивизия воевала на 3-м Украинском фронте. Проходила Ясско-Кишиневская операция, в результате которой в окружение попали больше 20 немецких дивизий. Войска ушли в Румынию, перед нами немцев уже не было. Потом поступил приказ нашу дивизию железной дорогой переправить в Польшу. В Польше мы находились в деревне Сокулка. Мы тогда не были в боях, были, как говорят, во втором эшелоне. Вот этот комиссар Белов, который на снимке лысый в центре, организовал снимок дивизиона. Написана дата 8 ноября 1944 года. Из сфотографировавшихся шестеро так и не дождались победы, погибли. Кто в Берлине, кто — под Берлином». Аркадий Бляхер пятый справа в третьем ряду. Фото из личного архива Аркадия Бляхера

«Аркадий. Минск. Сталинград. Берлин»

Наш разговор прервал звонок в домофон. В 15.00 у Аркадия Моисеевича встреча с учениками гимназии, которые регулярно посещают ветерана. Зашли подростки в школьной форме с галстучками в сопровождении преподавателя.

— Аркадий Моисеевич, мы очень рады, что пришла очередная весна: мирная, счастливая, яркая, теплая, сиреневая. Мы сегодня к вам с таким сиреневым настроением. Потому что «цвела сирень в далеком 45-м и пели свои трели соловьи, когда простые, советские солдаты с победой были все обручены. Проходят дни и годы пролетают, но память возвращает вновь и вновь в тот памятный, далекий 45-й, когда воскресли радость и любовь». С Днем Победы, Аркадий Моисеевич, — поздравила ветерана преподаватель.

— Когда-то я у вас был, они были маленькие… — улыбнулся ветеран.

— Да, Аркадий Моисеевич, с пятого по девятый класс уже выросли все, — сказала преподаватель и тихонько шепнула гимназистам: — Ну что, начинайте.

Подростки друг за другом прочитали по несколько столбиков стихотворения о советских солдатах и Победе. Аркадий Моисеевич слушал гостей, сидя в кресле.

— Так победной весной… — начал паренек, но его прервала преподаватель:

— Поздравляем ветерана! Аркадий Моисеевич, вот вам цветок сирени — символ Победы.

— Да… Действительно символ Победы. Мне пришлось участвовать в боях в Берлине. Помню, стрельба вокруг, и сирень цветет. С тех пор сирень мне всегда напоминает о штурме Берлина.

— Так победной весной 45-ого по садам бушевала сирень… — продолжил школьник.

Гимназисты закончили чтение стихотворения и подарили ветерану подарки. Потом опять было стихотворение.

— Опять настал сиреневый рассвет, незабываемой победной датой. Опять сверкает через призму лет великий подвиг нашего солдата. Май, весна и счастливые лица, День Победы, и нет ей цены. Низко-низко хотим вам поклониться… — зачитала учительница и хором с детьми закончила: — Вам, Аркадий Моисеевич, ветерану минувшей войны.

Фотография сына и отца, которые встретились в День Победы на ступеньках Рейхстага. Фото из личного архива Аркадия Бляхера

— Ну что ж, спасибо. Это трогательное поздравление. Аж слезу стало прошибать. Вспомнились те годы, когда был юный. Накануне войны нам вручали аттестаты зрелости. Я учился в Минске, а утром мы договаривались встретиться на открытии Комсомольского озера. И узнали в тот день, что началась война. И вся жизнь перевернулась. Так после школьного вальса я оказался в пламени войны. Призвали в армию, учился в училище в Сталинграде. Там вступил в бой, там был ранен. Дошел до Берлина…

— И там написали четыре слова, — продолжила преподаватель. — «Аркадий. Минск. Сталинград. Берлин».

— Минск — где родился, Сталинград — где вступил в первый бой, и Берлин, где закончил войну, — добавил Аркадий Моисеевич.

— Спасибо вам еще раз за великий подвиг.

— И вам… за трогательное поздравление, — попрощался ветеран.

Володя и «артылерысты»: «Раньше я заботился о нем, а потом он заботился о моем сыне»

Свои самые ценные фронтовые фотографии Аркадий Бляхер хранит на дверце серванта. Две из них сделаны у стен Рейхстага. На одной из них запечатлен отец, который встретил своего сына в Берлине. На другой — подросток, который расписывается на колонне.

— В Берлине я обзавелся фотоаппаратом, а в Минске раньше ходил в фотокружок во Дворце пионеров. Поэтому, когда поехали к Рейхстагу, я захватил с собой фотоаппарат и договорился с фотографом политотдела, чтобы он мне помог с обработкой пленки. Я фотографировал сам Рейхстаг, развалины и своих друзей, которые расписывались. Один из них у меня сохранился. На нем запечатлены сын полка Володя Тарновский и командир первой батареи Николай Сумцов, — вспомнил ветеран.

Владимир Тарновский родился в городе Славянске Донецкой области. Когда началась война, ему было 11 лет. Родители работали на заводе «Красный химик». В октябре 1941 года в город вошли немцы. Маму расстреляли, а отчим погиб на фронте. Каким-то образом он оказался в деревне Шандрыголово, куда зашла и дивизия Аркадия Бляхера. Там мальчишка к ним прибился

— Когда тронулись дальше в путь, он стал проситься, чтобы его взяли с собой. Командир полка согласился и взял. Его зачислили разведчиком.

Подросток Володя при форсировании Днестра под шквальным огнем несколько раз переправлял на лодочке боеприпасы закрепившимся разведчикам. После войны у него было три боевые награды: медаль «За отвагу», ордена Славы третьей степени и Красной Звезды.

На колонне в Берлине «сын полка» решил увековечить подвиг сослуживцев и написал слово «артылерысты».

— Сколько он там закончил классов?! Он же не учился четыре года войны, — улыбнулся ветеран.

После войны Володю определили в детский дом. Он закончил с отличием школу и институт с красным дипломом. Его направили на судоремонтный завод. Там Владимир Тарновский дослужился до директора. Сын Аркадия Моисеевича Александр после Ленинградского судостроительного института по распределению попал именно в Ригу, на тот самый завод, к Володе.

— Получилось так, что раньше я заботился о нем, а потом он заботился о моем сыне, — рассказал Аркадий Моисеевич.

…Владимир Тарновский умер в 2013 году. В январе того года он позвонил Аркадию Бляхеру, чтобы поздравить с 90-летним юбилеем. Через некоторое время ветеран перезвонил своему боевому товарищу, и его жена сообщила, что Володи с фотографии у Рейхстага больше нет. Нет и Николая Сумцова — того самого офицера, который 73 года назад придерживал Володю, чтобы тот не упал с постамента у колонны Рейхстага.

{banner_819}{banner_825}
-10%
-10%
-20%
-20%
-47%
-20%
-10%
-10%
-30%