/

В 2013 году Евгений Ванькович, Анна Щаюк и Александр Цедрик закончили БГУ и ушли в науку. Спустя пять лет молодые ученые рассказали о своих достижениях, зарплатах и мыслях о том, не пора ли менять работу.

«В науке я не ради денег»

Имя: Евгений Ванькович, старший преподаватель юрфака БГУ.

Фото: личный архив.
Евгений Ванькович

Возраст: 28 лет.

Сфера интересов: экологическое право.

В июне 2013-го Евгений закончил юрфак БГУ, специальность — правоведение, а в сентябре уже пришел сюда преподавать. В 27 лет молодой человек защитил кандидатскую.

— Круто?

— Я рад, но сказать, что это сверхдостижение, — нет, — скромничает он. — Многие стараются защититься до 30 лет. Потом появляются семьи, и времени на науку становится меньше. А вообще, идеи, которые были в моей диссертации, — лишь попытка решить существующие проблемы. Минприроды и другие госорганы знают об этих разработках, но в практику в полной мере они не внедрены.

— Обидно?

— Нет, все-таки правотворчество — процесс долгий. Но для меня важно, чтобы, принимая решения, мои предложения рассматривали, — объясняет свою позицию собеседник. — Вот, например, из простого: по законодательству правовое регулирование возобновляемых источников энергии у нас ориентируется только на получение вторичной электрической энергии. Хотя сам технологический процесс параллельно позволяет получать, допустим, еще и тепловую энергию. Я предлагаю, чтобы этот момент учли в законе и стали привлекать инвестиции под работу с тепловой энергией. Так делают в Европе.

Экологическим правом Евгений увлекся курсе на третьем, а на четвертом-пятом понял: «Жить без науки не могу». Фанатом-экологом себя не считает, но мусор дома сортирует.

— Экологическое, энергетическое законодательство в Беларуси стало активно развиваться только в 1990-х, — ученый объясняет, почему занялся именно этой сферой. — Отрасль молодая, многие аспекты в нормативных актах требовали научного обоснования. Я видел: что-то могу внедрить, что-то оптимизировать, поэтому и начал этим заниматься.

В 2016-м Евгений получил грант Министерства образования, в 2017-м стал стипендиатом специального фонда президента. Кроме того, он в списке банка данных одаренной молодежи.

— Эти и другие заслуги позволили мне начать преподавать в БГУ сразу после окончания университета, — рассказывает он о своих достижениях.

— А в плане денег?

— Те, кто включен в банк данных одаренной молодежи, первые два года после трудоустройства получают существенную доплату к зарплате.

Кстати, о деньгах. Заканчивая университет и собираясь в науку, Евгений поставил себе условие — совмещать теорию и практику. В Минске у них с отцом своя фирма, здесь молодой ученый работает юристом. Свое решение объясняет просто: хотелось посмотреть, как нормы права реализуются на практике. Зарплата на фирме, не скрывает, существенно больше, чем в вузе. Но в университете, уточняет Евгений, он не ради заработка.

— В компании юристы работают шаблонами — одни и те же договоры, определенный вид претензий. По сути, как специалист ты деградируешь, — описывает он тонкости профессии. — В университете же твой мозг постоянно включен в работу. Я часто общаюсь с однокурсниками — 99% из них не пошли в науку. Говорят, многое забыли. Некоторые устали от однообразия и хотят уходить. А мне всегда интересно.

— Как так? — интересуемся и получаем ответ: наука для Евгения в первую очередь для творчества, для заработка — семейная фирма.

«Еще в вузе у нас была группа сумасшедших единомышленников, решивших пойти в науку»

Фото: личный архив.
Анна Щаюк

Имя: Анна Щаюк, младший научный сотрудник Института генетики и цитологии НАН.

Возраст: 27 лет.

Сфера интересов: генетика человека.

Закончила биофак БГУ, специальность — биолог-биотехнолог.

Заниматься наукой Анна мечтала со школы: хотелось помогать людям. Родные предлагали пойти в мединститут, но девушка не смогла.

— Когда у человека что-то болит, мне обязательно хочется ему помочь, — рассказывает Анна о своем решении. — А если я знаю, что не могу этого сделать, сильно переживаю. Заниматься генетикой человека — это значит быть близкой к теме здоровья, но не находиться в непосредственном контакте с пациентом.

В Институт генетики и цитологии девушка пришла на год раньше одногруппников. А именно — на втором курсе. Первое время она была зрителем: наблюдала, как ученые проводят различные эксперименты, зато уже осенью 2018-го планирует защитить кандидатскую.

— Почему все так стараются защититься?

— Преимуществ много, — начинает перечислять Анна. — Без ученой степени, например, невозможно стать заведующим лабораторией. Да и доплата за степень — хороший плюс к зарплате.

Научная группа, в которой работает Анна, изучает генетику онкологических заболеваний человека. Исследует мутации в генах, которые могут быть связаны с развитием заболевания.

— Сейчас занимаемся раком легкого, а также дыхательными расстройствами новорожденных, — говорит она о своей работе. — Сопоставляя различные факторы: генетические и внешней среды, — мы предполагаем, как развивается заболевание.

О мечте Анна говорит с шуткой: «получить Нобелевскую премию», — о зарплате — осторожно: что «ей хватает».

— Зарплата у нас невысокая, но никто из родных из-за этого не отговаривал меня быть ученым. Наоборот, хочешь делать — делай, — продолжает собеседница. — А вообще еще в университете у нас была группа немного сумасшедших единомышленников, решивших пойти в науку, несмотря ни на что.

По словам Анны, почти половина сотрудников в ее институте — молодежь: люди от 22 до 35 лет. Хотя среди одногруппников желающих стать учеными оказалось немного: большинство выбрали работу поприбыльнее.

— В принципе, если хочешь найти дополнительный доход с нашими знаниями, то это несложно, — рассуждает собеседница. — Можно работать в университете, вести курсы для олимпиадников. Среди моих коллег есть те, кто параллельно так подрабатывает. Мне тоже предлагали, но, поскольку я пишу диссертацию, времени на это пока нет.

После защиты Анна планирует немного отдохнуть и заняться личными вопросами.

— Пока работаешь над кандидатской, ни на семью, ни на что другое времени особо нет, — улыбается девушка. — Защищусь — наверстаю.

— Ну, а что в перспективе?

— Карьерный рост в научной сфере, не всегда же мне младшим научным сотрудником ходить, — шутит девушка. — А еще возможность построить квартиру: очередь в нашем институте есть, надеюсь, и до меня дойдет.

«Хочу совмещать научную деятельность и работу на производстве»

Имя: Александр Цедрик, научный сотрудник Института экономики НАН.

Фото: личный архив.
Александр Цедрик

Возраст: 27 лет.

Сфера интересов: альтернативные способы получения энергии, местные виды топлива, топливно-энергетический баланс.

Молодой ученый закончил географический факультет БГУ, специальность — научно-педагогическая деятельность. В Академию наук попал по распределению. Когда отработка закончилась, из Института экономики решил не уходить.

— Нужно завершить начатое, — объясняет свой поступок Александр. — После университета я поступил в магистратуру, сейчас учусь на предпоследнем курсе аспирантуры. Если все будет хорошо, через год планирую защитить кандидатскую.

— А потом?

— А потом совмещать научную деятельность и, например, работу на производстве, где занимаются добычей минерально-сырьевых ресурсов. Хотелось бы вести свой проект. Почему? Чтобы понимать: то, что я изучал теоретически, применимо и на практике.

Еще один вариант плана на будущее: стажировки за границей.

— Техническое оборудование там лучше. Интересно было бы поработать с такими приборами, — продолжает молодой человек. — Я уже нашел профессора, мы обменялись контактами. Пока у нас все на стадии переписки, но в ближайшие два года я точно уезжать никуда не собираюсь.

География Александра увлекала со школы. Трижды он участвовал в республиканских олимпиадах по этому предмету, поэтому на географический факультет шел осознанно.

— Когда были на пятом курсе, в университете проходила ярмарка вакансий, — собеседник вспоминает, с чего все началось. — Пришло много сотрудников институтов и научно-проектных организаций. Одна из приглашенных рассказывала, что они занимаются альтернативными источниками энергии. Это свежее, неизведанное направление. Мы пообщались, оказалось, у них есть вакансия. И я к ним распределился.

Уже в Институте экономики НАН молодому человеку предложили исследовать горючие сланцы.

— Очень много средств мы отдаем на покупку нефти и природного газа, — рассказывает Александр. — Еще президентом была поставлена задача — искать собственные источники энергии. Один из них — горючие сланцы. Моя цель — оценить, насколько возможно вовлечь их в минерально-сырьевой баланс, при каких технических и технологических условиях это произойдет. А также рассчитать эффективность их использования.

Зарплата молодого ученого — около 700 рублей плюс место в общежитии.

— В общежитии у нас с женой своя комната, поэтому за съемную квартиру платить не приходится, — продолжает молодой человек. — Если проект докажет эффективность, думаю, зарплата повысится, решится жилищный вопрос.

Жена Александра тоже молодой ученый. Как и муж, она работает в Институте экономики НАН. Занимается инноватикой.

— А у нее какие планы на науку?

— Декрет и присматривать за ребеночком, — улыбается собеседник.

— А вы не думали не продолжать учебу в магистратуре-аспирантуре, а, например, потратить это время на обучение в IT? Зарплаты там явно побольше.

— Я всегда открыт к новым знаниям, хотя не факт, что у меня получилось бы стать высококлассным программистом, — отвечает Александр. — К тому же мне нравится моя работа. Труд не интенсивный и не однообразный — ты всегда в научном поиске.