За все годы службы Андрею Равкову приходилось дважды вытаскивать сослуживцев из петли. Министр обороны эмоционально ответил на вопрос о том, какие лично он сделал выводы после трагедии в Печах. TUT.BY записал его монолог.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY
Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

— Ситуация с Коржичем — это трагедия. Как и гибель любого человека. [Таких случаев] даже гипотетически не должно быть в Вооруженных силах. Но, тем не менее, что случилось — то случилось. Необходимо сделать выводы.

Во-первых, мы в самом 72-м объединенном учебном центре [в Печах] привели некоторые вопросы работы офицерского состава в надлежащее состояние. Ведь все эти уголовные дела (то, что мы и Следственный комитет выявили) — по нарушениям взаимоотношений между военнослужащими…

Там для меня как министра обороны самое неприятное было — что солдата потеряли на семь дней. Он семь дней провисел в этой петле, судя по всему. А те люди и структуры, которые должны были учитывать это, его просто-напросто потеряли. Поэтому (…) ряд должностных лиц без сожаления отстранили от должностей и уволили из Вооруженных сил.

Я никогда в жизни такого не встречал, чтобы солдат был потерян на семь дней. Солдат может потеряться на ночь — убежать к девчонке, на полдня — в самоволку сбегать. Но на семь дней?!

Поэтому ряд кадровых вопросов, которые пришлось провести в 72-м центре, связаны именно с этим. Когда завершится расследование (в первую очередь, пять уголовных дел по Коржичу), мы оценим степень вины, участие остальных должностных лиц, чтобы принять меры.

Мы обратили внимание, давно обратили: проблема неуставных отношений заключается в воспитании людей. Там, где это положено быть, — в семье, школе, не постесняюсь даже сказать, детском садике, учебном заведении.

Вот приходит человек в армию, он привык в своей жизни кого-то унижать. Или слабейшего, или младшего. И приходит человек, про которого говорят: мухи не обидит. Возникает конфликт интересов: один сильнее, другой слабее. И обязательно тот, кто воспитан в духе гнобления другого, где-то выплеснется.

Особенно в воинском коллективе это появляется, когда недорабатывают в вопросах поддержания воинской дисциплины. Во всех остальных вопросах, где командир принимает все меры и выполняет обязанности, таких проблем не бывает. В этом я уверен, потому что за эти четыре месяца мы проверили все части Вооруженных сил в большей или меньшей степени.

По поводу суицидов (не говорю про Коржича и Бастюка) отвлеченно скажу, по поводу этой проблемы [в целом]. В моей практике их было несколько. Мне довелось вынимать двух мальчишек из петли, выполняя служебные обязанности начальника караула на гауптвахте. Я их спас.

Ковалев такой был, Сережа. Когда его в медсанбате навещал, он мне сказал: «Товарищ капитан, зачем вы меня вытаскивали, я все равно уйду…».

Человек, который принял решение уйти, он наверняка уйдет. Но тут важную роль играет коллектив. Который вокруг этого человека. Если людям небезразлично. Потому что в нашей жизни самое страшное и непереносимое, наверное, это равнодушие людей. А когда в коллективе есть уважение, есть командир, есть понимание, что этот слабее и его нужно поддержать (особенно в воинском коллективе), — тогда проблем в коллективе никаких не будет.

В-третьих, отбор для прохождения военной службы. Первые заместители председателей исполкомов городов, районов являются председателями призывной комиссии. И в состав призывной комиссии входит один или два офицера, в том числе военный комиссар. Но это гражданская организация. Они призывают, не военкомат. Военкомат ведет учет, а призывают местные органы власти.

И если комиссия где-то работает не совсем добросовестно, особенно в части, касающейся медицинского обеспечения призыва, — тут, конечно, начинаются проблемы.

Те цифры, которые я называл: за 2017 год — 154, а за 2016 — 132 человека уволены из армии только по психическому здоровью. А в этом году из осеннего призыва уволены 17 и [столько же еще] будут.

Поэтому потенциал суицида очень высок. Эту беду можно победить только общими усилиями. Но самое главное — это воспитание. Я в этом убедился в процессе всей своей службы. Если человек воспитан, он никогда не будет младшего гнобить. Никогда, ни при каких обстоятельствах. А если его научили этому…

Простой пример. Призыв начался осенью. Могилев, поезд, мальчишки могилевские едут. Несколько человек, учились в одном лицее или колледже типа техникума. И всю дорогу его — «дурак-дурак-дурак-дурак-дурак». Приехали в бригаду 103-ю, тоже — «дурак-дурак-дурак».

На третий день он демонстративно режет себе вены на руке, и эти, которые его называют дураком, — развернулись и ушли. Благо толковый сержант, он быстренько принял все меры. И медицина, и все остальное. Но все это откуда? Из армии идет? Нет.

Поэтому винить во всем армию нельзя. Да, есть определенные трудности. Да, есть определенные особенности. Смотрите: мальчишка приходит в армию и он, кроме своего компьютера и комнаты, ничего не видел. Ботаником таких называют, к сожалению.

Родители, фамилию называть не буду, были у меня на приеме личном. Приходят и просят: товарищ генерал, понимаете, воспитали мы его таким, ну ботаник он, ну ничего не видел, ну со здоровьем у него слабенько. Хотя отец его служил в армии, достойно служил, [говорит] «я пытался его вытаскивать, спортом заниматься, но не получилось». Я говорю: так скажите, какая помощь нужна? «Ну переведите ближе к дому, нам далеко к нему ездить». Ну хорошо, перевел. Но тут же вопрос не уставных отношений, а подготовки мальчишки к армии. А этих «ботаников» у нас становится все больше, к сожалению. Просто больше.

Ведь когда человек призывается на службу, у него стресс. Представьте, вы поехали в длительную командировку. Первые три дня у вас что? Где-то употребление спиртных напитков, привыкание, размещение, попытки найти способ с утра бриться, умыться и все остальное. Женщине одно, мужчине другое, я к слову говорю.

Так же и мальчишка приходит в армию. Для него это стресс, сильнейший стресс. Один мальчишка устойчивый, он ответил себе на вопрос так: я буду служить, я такой же, как все, у меня такие же руки-ноги, и я не хуже других справлюсь. А другой мальчишка мучается, он не дал себе ответа на этот вопрос. Не дал просто-напросто и мучается. Потому что мама-папа заставили пойти в армию.

Потому что он уже здесь [показывает на шею] надоел. Провожу прием в Слонимском районе, приходит мама и своего [сына] притаскивает. Говорит: товарищ министр, заберите его в армию. Заберите, достал, штрафы приносит, а мне приходится платить со своей зарплаты или пенсии. Я спрашиваю [у парня], сколько подтягиваешься? «50 раз». Ну пойдем на перекладину. Подтянулся 12, но для нынешней молодежи это неплохо. Взяли его в армию. Хорошо служит. Я просто к примеру, ситуации ведь совершенно разные бывают.

Есть проблемы, мы видим их, постоянно над ними работаем. Совершенствуем систему, но вы должны понимать, уважаемые товарищи, — взаимоотношения будут всегда.

{banner_819}{banner_825}
-30%
-35%
-60%
-10%
-20%
-22%
-20%
-20%
-20%