Общество


Анна Макеева / Фото: Надежда Бужан

Две тысячи. Столько звонков ежегодно поступает на общенациональную горячую линию для пострадавших от домашнего насилия (номер 8 801 100 8801). Истории, которые здесь слышат, могли бы лечь в основу плохого сериала. Только это не сценарий, а реальная жизнь, хэппи-энд к которой пока не написан. Что удерживает женщин рядом с агрессором? Почему тревогу не бьют даже самые близкие? О чем жертвы не рассказывают милиции? При поддержке Фонда ООН в области народонаселения в Республике Беларусь мы вместе со специалистами подежурили на линии, чтобы найти ответы на эти вопросы.

Общенациональная горячая линия для пострадавших от домашнего насилия работает с августа 2012 года.

— Когда мы только открылись, не все были готовы говорить о своей жизни. Женщины не верили, что это анонимно. Поэтому было много звонков справочного характера, — вспоминает руководительница линии Анна Коршун.

Сейчас на линии работают четыре психолога и юрист. У них есть высшее профильное образование, опыт работы «в теме» домашнего насилия и знание законодательства в этой области. Консультанты рассказывают звонящим, как подавать исковое заявление в суд и прийти к соглашению насчет детей, а еще — к какому наказанию можно привлечь агрессора. В случае необходимости перенаправляют за помощью в другие организации.

«Жалоб на бездействие милиции стало намного меньше»

Все специалисты — женщины. Пострадавшим проще делиться с ними своими проблемами. Хотя было время, когда несколько лет на линии работал юрист-мужчина, но в итоге он нашел другую работу. С этого года каждый последний четверг месяца с 14.00 до 18.00 вместе с психологом здесь дежурит сотрудник Министерства внутренних дел Республики Беларусь. Он дает общую правовую информацию и реагирует на жалобы на неправомерные действия или бездействие милиции.

В день, когда мы пришли, как раз дежурил и сотрудник Министерства внутренних дел Республики Беларусь

— Сегодня как раз было несколько звонков с жалобами на органы внутренних дел. Но в последнее время их заметно меньше, — констатирует Анна. — Это говорит об изменении их отношения к проблеме. В 2013 году жалоб на участковых было очень много — практически каждый второй звонок. Милиция не принимала заявления, становилась на сторону агрессора, начинала обвинять женщину, смеяться над ней.

Среднестатистический портрет абонента — женщина в возрасте 27−40 лет, жительница Минска или Минской области (47 процентов звонков поступает отсюда). Она замужем, и у нее есть дети.

В последнее время звонит больше мужчин. В прошлом году их доля в числе обратившихся выросла с шести до восьми процентов.

— Мы связываем это с повышением уровня доверия к линии, — объясняет руководительница сервиса. — Но далеко не всегда мужчины жалуются на партнерш — чаще на родственников мужского пола. Бывают, хоть и редко, звонки от самих агрессоров, которые хотят что-то сделать со своим поведением. А некоторые жалуются, что супруги после скандала вызвали на них милицию и теперь придется платить штраф. «Почему? Ведь это она меня довела!» — аргументируют мужчины.

«В голове не укладывается, сколько есть способов причинить боль»

Сегодня мы дежурим на линии вместе со специалистами. Мы попросили их прокомментировать поступающие обращения.

Из соображений этики сообщения обратившихся приведены в пересказе, а не цитатами.

Звонит женщина. Пострадавшая — ее 58-летняя мама. Пару дней назад муж-алкоголик снова ее избил. Впервые за много лет пенсионерка вызвала милицию. Дебошира забрали, выписали ему штраф. Когда мужчина вернулся, стал еще агрессивнее, забрал у жены телефон. Дочка за маму очень переживает. А та переживает, что пьяный муж во время скандала разбил окно. Уйти от него? Но ведь, если оставить мужа одного, он разнесет всю квартиру и приведет туда своих дружков-алкоголиков.

— Такие звонки тяжело принимать: родственники пострадавшей ничего не могут сделать: только подсказать, куда можно обратиться, если она все-таки решится получить помощь… Но чем дольше женщина терпит домашнее насилие, тем меньше шансов, что она решится уйти, — говорит психолог Александра (имя изменено), которая сегодня дежурит на линии.

Женщина работает здесь полтора года. До этого несколько лет общалась с пострадавшими от домашнего насилия в качестве социального работника.

— Раньше никогда не думала, что мужчины могут быть настолько жестокими по отношению к своим партнершам. Выливают на них горячий кофе, душат цепочкой, ломают пальцы… Находят столько разных способов причинить боль, что в голове просто не укладывается, — делится консультант.

По ее наблюдениям, все агрессоры в чем-то схожи. Они патологически ревнивы и любят манипулировать — угрожают повеситься, если женщина уйдет, или убить ее детей.

Часто ли пострадавшие отказываются от советов? Александра кивает.

— Есть такая «игра» — называется «Да, но». Женщины находятся в зависимых отношениях и сосредоточены только на агрессоре. Они не говорят о себе — все время про него. И когда спрашиваем: «А вы как себя чувствуете?» — очень теряются. Психологическая работа с жертвами направлена на то, чтобы помочь им подняться из руин. В их жизни очень много страха и боли.

Многие обращения консультант уже не помнит: психика защищается и вытесняет негатив. Но есть истории, которые сложно забыть. Одна женщина рассказывала, что муж перестал ее бить, потому что боялся милиции, но начал манипулировать детьми. Брал их любимую кошку за хвост, высовывал в окно и угрожал сбросить, если они не заставят маму слушаться его. Дети в слезах падали на колени и обещали сделать все, только чтобы папа не трогал питомца.

«Стала больше бояться мужчин»

Жена подала на развод, и муж очень разозлился. Говорил, что не отдаст долю совместного бизнеса. Начал угрожать отсудить детей, а ее «упечь в психушку». Мужчина сейчас живет отдельно, но пытается пробраться в квартиру. По ночам стучит в двери и окна. Поджидает жену возле садика и прилюдно оскорбляет. Пришел скандалить к отцу пострадавшей, довел его до сердечного приступа. Женщина согласилась на социальное сопровождение по телефону — раз в неделю консультантка будет созваниваться с ней и инструктировать, как действовать дальше.

В работе для психологов линии есть несколько правил. Первое — верить тому, что рассказывают пострадавшие. Второе — не обвинять жертву.

Пик обращений — с 12 до 17 часов. В это время агрессора нет рядом. Сюда редко звонят женщины сразу же после акта насилия: такие чаще вызывают милицию, чтобы защитить себя.

— Работа накладывает отпечаток, — признается Александра. — Я стала больше бояться мужчин. Когда в метро вижу напряженных мужчин, с зажатыми кулаками, могу пересесть подальше или выйти на ближайшей остановке.

Чтобы справиться со стрессом, женщина вечерами делится переживаниями с мужем, тоже психологом. Использует также телесные практики (делает определенные движения и дышит по специальной технике), включает расслабляющую музыку. А еще снять напряжение ей помогают прогулки на природе.

«Если агрессору все сходит с рук, он будет продолжать»

Бабушка, 87 лет. Обращается не первый раз. Ее пожилой сын напивается и избивает ее. Может сбросить мать с постели, спрятать лекарства. В ЛТП мужчину отправить нельзя: после инсульта ему дали группу инвалидности. А переезжать в интернат для престарелых пенсионерка не хочет. Переживает за сына — того самого, который ее избивает. Мол, как оставить его одного?

Более 35 процентов звонков поступает от людей старше 50 лет. Дети забирают пенсию у родителей, устраивают погромы в их доме. А пожилые не хотят вызывать милицию, потому что это их родной сын или дочь. И испытывают стыд за то, что воспитали таких детей.

— Домашнее насилие — это преступление. И человек, который совершает его, должен быть наказан. Если агрессору все сходит с рук, он будет продолжать. Со временем сами акты насилия будут происходить чаще и становиться более жестокими, — Анна присоединяется к разговору снова.

Иногда у звонящих бывают иррациональные ожидания: они думают, что горячая линия — влиятельная структура, которая может кардинально повлиять на ситуацию в их семье. Но женщине нужно что-то делать самой, чтобы насилие прекратилось.

«Женщины не находят поддержки со стороны подруг»

Пожилая женщина. Несколько лет в разводе, но вынуждена проживать вместе с бывшим супругом, потому что квартира была построена в кредит, который до сих пор выплачивается. Мужчина выламывает замок в ее комнату, оскорбляет, может избить. Последний раз изнасиловал. Женщина вызвала милицию. Рассказала ли она про изнасилование? Нет. Было очень стыдно и неловко признаваться в этом молодым парням из органов.

По словам Анны, агрессоры — хорошие психологи. Они выбирают женщин, которые склонны к зависимым отношениям. Мужчины постоянно унижают своих жертв, внушают, что они несостоятельны, и те со временем начинают в это верить. Домашние тираны постепенно распространяют власть на все сферы жизни женщины.

Ограничивают круг контактов, говорят им, что одевать, в каком магазине покупать продукты. Был случай, когда супруг проверял каждый чек жены. Поводом к скандалу могло стать даже то, что она купила апельсины по завышенной цене.

Однажды консультанты линии помогали матери, которая находилась в отпуске по уходу за ребенком, вспоминают специалисты. Карточка, на которую та получала ежемесячное пособие, находилась у супруга. Женщина была вынуждена просить деньги на покупку памперсов, детского питания, оправдывая все свои траты. Муж ограничивал ее в средствах. Когда он уезжал в командировки на несколько дней, пострадавшей приходилось голодать — купить продукты было не за что. Когда женщина обратилась на горячую линию, она была в состоянии истощения.

— Многие наши клиентки не находят поддержки со стороны родных, подруг. Мамы советуют терпеть побои, потому что лучший отец для детей — биологический, — говорит Анна. — В таких случаях наша горячая линия — последняя надежда. У нас можно рассчитывать на понимание. Общество, к сожалению, пока негативно относится к пострадавшим от домашнего насилия.

Иногда получают угрозы и специалисты линии. Был случай, когда муж клиентки даже пришел в офис, где сидят специалисты линии, хотя этот адрес нигде не разглашается.

— Некоторые нас обвиняют, что мы разрушаем семьи, советуем женщинам уходить от агрессоров, — признается руководительница линии. — Но мы не навязываем решения — только разрабатываем возможные варианты выхода из кризисной ситуации. Помогаем увидеть свет в конце тоннеля.

Как обратиться за помощью?

Номер общенациональной горячей линии для пострадавших от домашнего насилия — 8−801−100−8−801. Она работает каждый день с 8 до 20 часов. Сюда могут обратиться жертвы насилия, свидетели, те, кто опасается попасть в подобную ситуацию. По вторникам (с 8.00 до 20.00) и субботам (с 14.00 до 20.00) консультирует юрист. В остальное время звонки принимают психологи. Помощь оказывается бесплатно, конфиденциально и анонимно.

Партнер проекта:

Фонд ООН в области народонаселения в Республике Беларусь в рамках национальной информационной кампании «Не молчи! Останови насилие в семье!», реализуемой совместно с МВД Республики Беларусь при финансовой поддержке правительства Великобритании.