1. Акции протеста, самоподжог на площади, Тихановская в Совбез ООН. Что происходило в Беларуси 22 января
  2. «Противопоставление официальным комментариям». Генпрокуратура передала в суд дело журналиста TUT.BY и врача БСМП
  3. Условия, отношение и распорядок. Что пишут о жизни в колонии и СИЗО фигуранты «политических» дел
  4. Московский суд арестовал белорусского бойца Алексея Кудина на два месяца
  5. Послы Польши и Литвы так и не вернулись в Минск после отзыва в свои столицы осенью. Это надолго?
  6. Милиция так и не смогла найти, кто повредил мотоцикл байкера, который лихо уходил от погони ГАИ во время протестов
  7. Минск лишили права проведения чемпионата мира по современному пятиборью
  8. Опасный прецедент. Во что нам может обойтись отказ Yara от контракта с «Беларуськалием» (и почему все это важно)
  9. Пять лучших сериалов о сексе, от которых точно кайфанут зумеры
  10. В Совбезе ООН выступили Тихановская и Латушко — напомнили о репрессиях. Постпред Беларуси спросил о свободе слова
  11. «Поток ринувшихся к границе превратил окраину Бреста в «прифронтовую полосу». Как нашим уже пытались запретить выезд
  12. «Условия крайней необходимости». СК отказался возбуждать дело на милиционера, который в Жодино ударил женщину в лицо
  13. В России ищут 80 вагонов для поставки бронетранспортеров БТР-80 в Беларусь. Разбираемся, в чем дело
  14. В ТЦ «Пассаж» конфликт: предприниматели остались без света, работать не пускают охранники
  15. Шахтеры, которые ушли в стачку, ответили на обещания «Беларуськалия» взять их обратно на работу
  16. «Даже взгляд сфокусировать не мог». Поговорили с родными ученика, который после школы с ЧМТ попал в больницу
  17. На продукты, лекарства и детские товары подняли НДС. Рассказываем, что должно заметно подорожать
  18. 18-летней Софии, которая расписала щиты военных, дали два года колонии. Ее другу — полтора
  19. «„Перевернуть страницу“ нельзя, психика так не работает». Психиатр, отсидевший «сутки», о том, что мы переживаем
  20. «Муж старше моей мамы на два года». История пары с большой разницей в возрасте
  21. «В 115 ответили: «Ну вы же взрослые, сами решите». Как жила минская Малиновка без отопления и горячей воды
  22. Двое детей, с женой в разводе. Кто тот минчанин, который поджег себя на площади Независимости
  23. Выросла на ферме и вышла замуж за парня, с которым встречалась 10 лет. Лучшая биатлонистка прямо сейчас
  24. Бывшему милиционеру дали 2 года «химии» — за оскорбление оперативника
  25. Бывший студент БНТУ подал иск, чтобы отменить свое отчисление. Вот что решил суд
  26. Норвежская компания Yara отреагировала на заявления «Беларуськалия» по возврату уволенных работников
  27. «Два с половиной года мы боремся за жизнь». История Надежды, чья дочь больна раком
  28. Видеоурок. Как выбраться даже из глубокого снега без буксира
  29. Штрафы за участие в акциях протеста скоро вырастут до 100 базовых. Что изменится с новым КоАП?
  30. «200 гостей гуляли два дня». Как сложилась судьба новобрачных, которых искали читатели TUT.BY


В международном рейтинге оценки образования PISA Эстония занимает третью строчку. Перед ней лишь Сингапур и Япония. Биргит Лао, член правления целевого учреждения «Иннове», которая восемь лет работала в Минобразования Эстонии и которая в этом году выступит в Минске на KEF-2017, рассказала TUT.BY, как страна реформировала советскую школу, с какими трудностями ей пришлось столкнуться и сколько сейчас зарабатывают эстонские учителя.

«Мы дали большую свободу учителям и директорам школ»

Фото: личный архив
Биргит Лао — член правления Целевого учреждения «Иннове». В 2006—2014 годах работала в Министерстве образования Эстонии, где возглавляла отдел анализа и была заместителем начальника структурных фондов. С 2001 по 2006 год была генеральным секретарем в Ассоциации эстонских взрослых педагогов. Фото: личный архив

— У Беларуси и Эстонии были похожие системы образования после СССР. С чего вы начинали реформу?

— В поздние 80-е, в 90-е годы Беларусь и Эстония были на равных позициях. У нас были разработаны учебные программы, но мы не представляли, что именно школьники должны знать на каждой ступени образования.

Первое, что мы начали менять, — школьные программы. С тех пор мы их меняли уже три раза — для каждого предмета описываем, что именно будет объектом изучения, что должны школьники знать после 3, 6, 9 классов и после гимназии — знания оцениваются четыре раза за время учебы в школе. Например, мы решили, что нам важно, чтобы по математике ребенок после третьего класса знал определенные вещи. А вот что именно школьник для этого будет делать с 1 по 3-й класс — решает учитель. Мы дали большую свободу учителям и директорам школ.

Среднее образование в Эстонии — это 1−9 классы школы. Время обучения разделено на три периода — с 1 по 3 класс, с 4 по 6 класс и с 7 по 9 класс. После 9 класса школьники три года учатся в гимназиях, где образование делится на академическое и профессиональное. Получившие академическое образование поступают в вузы. Профессиональное — могут работать или продолжить учиться профессии.

Вторая вещь, которую мы меняли, — способ преподавания в школе. В советское время система ставила в центр учителя. Педагоги были строгими, жесткими — я помню это из своего опыта. Сейчас учительство ориентировано на ребенка. В центре — способности и знания школьника. Учитель должен применять пять−шесть способов обучения в одном классе, чтобы найти подход к каждому школьнику.

В Эстонии нет специальных школ для учеников с особыми требованиями. Если у кого-то ментальные проблемы, особенности развития, инвалидность — все они будут учиться в обычной школе, в обычном классе. Это тяжелее для учителей, но лучше для учеников. Школьники в курсе, что все люди разные и могут учиться по-разному.

Еще одна важная вещь — язык обучения, который в Эстонии даже в советские времена был эстонским.

Мы много инвестировали в статус учителя. Учительская зарплата сейчас — национальный приоритет. Независимо от того, какая партия у власти, позиция такая: учительская зарплата должна быть такой же, как средняя зарплата в стране у человека с высшим образованием. И я думаю, что в этом году мы этого достигли.

Кроме того, мы обновили школьную инфраструктуру, в том числе спортивную. И было решено отделить гимназии от средней школы.

Фото: Александр Васюкович, TUT.BY
Снимок используется в качестве иллюстрации. Фото: Александр Васюкович, TUT.BY

— И как вы при большей свободе контролируете, чему научился ребенок?

— Государство организует тесты и экзамены после каждой ступени образования. Например, после 3-го класса проводим национальный тест. За него не ставят оценки — нет «единицы», «двойки» или «пятерки», это фидбек для учителя и учеников, чтобы понять, получили они нужные знания или нет. В школе обычно не ставят оценки до 4 класса — учитель может лишь устно описать достижения ученика.

— Сколько стоила подобная реформа?

— С поздних 90-х мы стали привлекать иностранные инвестиции — фонд FARA, норвежские и шведские фонды. Когда Эстония стала членом ЕС, нам стали доступными фонды ЕС, с помощью которых мы обновили инфраструктуру. Думаю, около 500 миллионов евро за последние 18 лет было инвестировано в школьную инфраструктуру.

«Для начала нужно заручиться поддержкой учителей и родителей»

— Иногда проще найти деньги, чем изменить ментальность тех, кому предстоит пережить реформу.

— Очень важно, что мы определились, какой будет реформа образования, больше 20 лет назад. Собралась группа профессоров, специалистов, которые решили, каким должно быть образование в Эстонии. Это была хорошая стратегия, потому что мы до сих пор ее используем. И это была инициатива президента, кстати. В 1997 году мы сказали: общие цели нашего образования и науки вот такие, и вот такими путями мы к этому идем. Это была общая дискуссия об образовании, о том, как оно должно меняться.

— Как вы меняли отношение родителей, учителей к образованию?

— Было проведено множество исследований, которые показали, что качество преподавания высокое. И, конечно, мы работали с учителями, объясняли, что именно даст им реформа, проводили для них тренинги. Мы многому научились в Англии, Норвегии, Канаде — например, как интегрировать в систему нашего образования говорящих на другом языке, в случае Эстонии — на русском. Это было непросто.

20 лет прошло, а мы все еще продолжаем меняться, это процесс, который никогда не остановится. Например, средний возраст учителей до сих пор очень высок в Эстонии — 48,5 года. Учительская позиция не очень привлекательна для молодежи. Сейчас мы должны решать эту проблему.

— Какие еще были сложности?

— Думаю, сопротивление менеджмента. Многое зависит от директора школы. Местные муниципалитеты, которые нанимают учителей, должны были менять свое отношение, приглашать на работу новаторов, более открытых директоров. Ведь директор — это лицо школы. Думаю, что некоторые проблемы с учебными программами тоже были. Когда мы проводили национальные экзамены, видели: в один год результаты лучше, в другой — хуже, мы должны были менять что-то снова. Это процесс.

— Что бы сейчас посоветовали тем, кто хочет реформировать систему образования?

— Для начала нужно заручиться поддержкой учителей и родителей. Все нужно делать постепенно, и реформу нужно подтверждать исследованиями. Все: родители, политики — считают себя экспертами в образовании, но это не так. Если вы меняете систему, вам нужно подтверждать результат исследованиями статистикой, а не чьим-то мнением.

— Какими, по-вашему мнению, сейчас будут вызовы в образовании?

— Для нас это диджитализация образования. Доступность компьютеров, планшетов все меняет. Учителям нужны тренинги, обучающие использовать это. Это наш приоритет на ближайшие три-четыре года, мы тратим 30 миллионов евро на развитие электронного образования.

Вызов — это и необходимость привлечь молодежь в школы. В Эстонии есть инициатива «Назад в школу», призывающая менять профессию и становиться учителями. Мы разрешили директорам нанимать специалистов без педагогического образования. Они начинают учить, а потом за год-два изучают педагогику, повышают квалификацию. Еще один вызов — как включить детей из других стран в свою систему, потому что есть вопрос миграции. Ученики, говорящие на разных языках, — это определенно вызов для учителей и директоров.

Конференция KEF-2017 «Основы будущего» пройдет 2−3 ноября 2017 года. О начале регистрации мы сообщим дополнительно.

Проект финансируется Европейским союзом.

Конференция KEF-2017 организована IPM Research Center при участии BEROC, CASE Belarus и Ассоциация Европейского Бизнесапри поддержке European Union in Belarus, USAID Belarus via Pact, Inc., International Monetary Fund, World Bank, UNICEF Belarus, UNDP in Belarus. Генеральный информационный партнер KEF-2017 — TUT.BY. Партнеры конференции — Baker Tilly Bel, Dipservice Hall, Prokopiev Catering. Информационные партнеры: Ідэя, журнал «Финансы, учет, аудит», Газета «Белорусы и рынок», Экономическая газета.

-10%
-15%
-10%
-20%
-10%
-35%
0071674