98 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. Журналистика не преступление. Как Катерина Борисевич готовила статью о «ноль промилле», за которую ее судят
  2. Помните дом на Хоружей, где был магазин «Звездочка»? Там капремонт, вот как теперь выглядит фасад
  3. Что сулит Беларуси арест украинской «трубы», которую в 2019 году купил Воробей?
  4. Экономист: Есть ощущение, что сменись Лукашенко даже на силовика, часть людей вернется в Беларусь
  5. Беларусь оказалась между Тунисом и Кувейтом по готовности к развитию передовых технологий
  6. Проверка слуха: Виктора Бабарико отпустили под домашний арест? Адвокат не подтверждает
  7. Жила в приюте для нищих, спаслась после теракта в США. Женщина, которая перевернула российскую «фигурку»
  8. «Дешевле, чем в секонде». В модном месте Минска переоткрылся благотворительный магазин KaliLaska
  9. Доклад о Беларуси в Совете ООН и обвинительный приговор Шутову. Что происходило в стране 25 февраля
  10. Адвокат Статкевича отказался дать подписку о неразглашении, теперь его могут лишить лицензии
  11. Требования дать «план победы» — это вообще несерьезно. Ответ Чалого разочарованным
  12. Погибшего Шутова признали виновным, Кордюкову дали 10 лет. По делу о выстреле в Бресте огласили приговор
  13. Верховный суд отменил летнее решение о сутках. Районный суд рассмотрел дело заново и опять назначил арест
  14. Когда будут арестовывать авто, а когда — забирать права на время: новое в ПИКоАП для водителей
  15. Верховный комиссар ООН: В Беларуси беспрецедентный по масштабу кризис в области прав человека
  16. Песков прокомментировал итоги встречи Путина и Лукашенко
  17. «Произойдет скачок доллара — часть продуктов может исчезнуть». Вопросы про ограничения в торговле
  18. 10 лет по делу о выстреле в Бресте. Что рассказывают родные осужденных и адвокат
  19. Как сложилась судьба участников групп, известных в 1990-е и 2000-е? Оказалось, очень по-разному
  20. Минское «Динамо» обыграло в гостях рижских одноклубников
  21. «Они только успели поставить машину на платформу». Минчанин отказался платить за эвакуацию, и вот чем это закончилось
  22. «Стояла такая тишина, что можно было услышать жужжанье мухи». Как Хрущев развенчал культ Сталина
  23. «Самая большая покупка — 120 рублей». История Маргариты, которая работает продавцом в деревне
  24. Глава бюро ВОЗ в Беларуси: «Возможно, в 2022 году мы сможем сказать, что с пандемией покончено»
  25. Гинеколог и уролог называют типичные ошибки пациентов на приеме. Проверьте, не совершаете ли вы их
  26. Поставщики сообщили о сложностях у еще одной торговой сети
  27. Лукашенко поручил госсекретарю Совбеза разработать план противостояния «змагарам и беглым»
  28. «Люди с дубинками начали бить машину, они были везде». Судят водителя, который уезжал от силовиков и сбил гаишника
  29. «Магазины опустеют? Скоро девальвация?» Экономисты объяснили, что значит и к чему ведет заморозка цен
  30. Биатлонистка Блашко рассказала, как ей живется в Украине и что думает о ситуации в Беларуси


Гомельский областной суд продолжает рассматривать дело о порче 170 тонн мяса на Гомельском мясокомбинате, которое потом собирались продать в виде консервов. Десяти фигурантам дела предъявлены обвинения в злоупотреблении властью или служебными полномочиями, служебной халатности, бездействии должностного лица. Начальник городской ветстанции Виктор Волченков, который остался на своей должности, стал пятым, чьи показания заслушали в суде.

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

Напомним, что среди обвиняемых — бывший замминистра сельского хозяйства и продовольствия Василий Пивовар, гендиректор ОАО «Гомельский мясокомбинат» Ричард Стефанович, замдиректора по производству мясокомбината Александр Бондаренко, замдиректора ветнадзора Александр Букин, и. о. начальника управления ветеринарии — главного государственного ветеринарного инспектора по Гомельской области управления ветеринарии комитета по с/х и продовольствию Гомельского облисполкома Алла Лазовская и еще пятеро специалистов, которых следствие посчитало также причастными к порче продукции. Причиненный ущерб, по данным обвинения, составил около 7 млрд неденоминированных рублей.

Начальник городской ветстанции Виктор Волченков на большую часть вопросов прокурора отвечал, что уже не помнит или вовсе не знает всех подробностей.

— Больших сомнений это мясо у меня не вызывало, — заявил он в суде.

При отгрузке мяса в Оршу начальник ветстанции не присутствовал, но видел его в холодильниках — «оно было нормальным».

— А как вы считаете, это «нормальное мясо» можно было пускать в переработку для изготовления тушенки, которую бы потом покупали граждане? — уточнил прокурор.

— Если две ветслужбы обоих предприятий [Гомельского и Оршанского мясокомбинатов] посчитали мясное сырье пригодным для переработки, то они должны за это отвечать, а не я.

Виктора Волченкова обвиняют в том, что он скрыл результаты проверки продукции на мясокомбинате, тем самым нарушил свои должностные обязанности и проявил служебную халатность.

Василий Кравцов, сотрудник ветнадзора, был в составе комиссии, которая проводила внеплановую проверку на мясокомбинате.

Комиссии, по его словам, сказали, что в 402-й камере на предприятии находится мясо, предназначенное для промпереработки.

— При той освещенности в холодильнике оно было темно-коричневого цвета. Были заметны очаги поверхностной плесени, которая снималась пальцем. Очаги были небольшие — где-то 2 кв. см на 50 кв. см туши.

Ветврач говорит, что по результатам проверки судьбу проверенного мяса должна была решать экспертиза. По ветеринарным правилам должен был быть составлен акт и вынесено предписание о запрете реализации мяса. Акт же не составлялся, поскольку в обязательном порядке эта мясная продукция должна была пройти термообработку и санветэкспертизу.

— Почему тогда вы не отобрали пробы из камеры, чтобы убедиться в качестве мяса?

— Пробы не отбирались по той причине, что нам сказали о том, что мясо предназначено для переработки. Если мы взяли бы несколько процентов от 25 тонн, то это не говорит, что весь штабель плохой или хороший. Но это не должно было проводиться в рамках нашего мониторинга. Более того, мы полагались на слова директора комбината, который убедил нас, что они все проверят и решат, что пойдет на переработку, а что в утиль.

— А как вы бы удостоверились в этих словах? — поинтересовался прокурор.

— На тушах стояли печати о том, что оно идет на промпереработку. Также ведется специальный журнал, какое мясо и куда направляется.

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY
Экс-гендиректор мясокомбината Ричард Стефанович. Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

После проверки обо всех нарушениях доложили гендиректору мясокомбината Ричарду Стефановичу.

— Директор заверил нас, что они примут безотлагательные меры, проведут все необходимые мероприятия и экспертизу, чтобы определить дальнейшую судьбу мяса.

— Гендиректор просил вас не отражать результаты в аналитической записке?

— Да.

— И как лично вы отреагировали на это?

— Промолчал.

Кроме того, мужчина рассказал в суде, что спустя некоторое время при составлении аналитической справки замдиректора ветнадзора Александр Букин предложил не отражать в ней мясо с плесенью.

— За 15 лет я привык исполнять указания начальства.

Напомним, областной суд начал рассматривать дело о порче мяса на Гомельском мясокомбинате 12 сентября. По данным обвинения, на предприятии не соблюдали условия хранения — мясо было повреждено грызунами, а поверхность полутуш была потемневшая, покрыта плесенью, допускались случаи хранения продукции с истекшим сроком годности.

-30%
-17%
-15%
-26%
-40%
-50%
-25%
-11%
-10%
-14%