Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Общество


К новому учебному году Минобразования скорректировало школьные программы по всем предметам. TUT.BY попросил педагогов оценить эти доработки, отметить, что хорошо, а на что разработчикам еще стоит обратить внимание.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Снимок используется в качестве иллюстрации. Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Во время выступления в парламенте Александр Лукашенко потребовал от министра образования Игоря Карпенко вдвое сократить сроки подготовки новой программы для средней школы.

— Иначе зачем министра меняли. Сделайте это все за лето, к новому учебному году. Главное — дать учителю эту программу. Он уже по программе должен найти эти знания, эти учебники, хрестоматии и прочее… Но мы можем и книжки написать быстро и оперативно. Надо выделить эти средства, небольшие, и попросить, чтобы написали новые учебники.

Президент считает, что многие учебники слишком сложны для школьников, материал под силу только небольшому числу «яйцеголовых».

— А средних и выше среднего мы угробили и оттолкнули сложностью материала. Это же кошмар. Александр Михайлович (Радьков, экс-министр образования и бывший первый замглавы администрации президента. — Прим. TUT.BY), займитесь немедленно, вы же здоровый человек, человек президента — напишите эти учебники, соберите людей! Мы же издеваемся над детьми!

Русский язык и литература: без «Ромео и Джульетты» и «Дамы с собачкой»

Учитель: Анна Северинец, педагогический стаж 10 лет

Предметы: русский язык и литература

Фото: Алина Орлова
Анна Северинец. Фото: Алина Орлова

Программы и по языку и по литературе в этом году существенно изменились: многие темы исключены, некоторые добавлены.

—  Очевидно: составители стремились упростить материал и больше адаптировать его к нуждам современных школьников, — говорит Анна. — Порадовали изменения в программах по русскому языку: наконец-то понемногу исчезают темы, связанные с жанрами речи — балластные в прежние годы.

Обрадует детей и насторожит педагогов объединение некоторых тем в одну и перевод их из категории «для изучения» в категорию «для ознакомления», продолжает учитель. Теперь возвратность и невозвратность, переходность и непереходность глаголов, а также глаголы безличные изучаются в одном параграфе и ознакомительно.

— Но как тогда объяснить детям образование причастий и безличные предложения или прямые и косвенные дополнения? — задается вопросом педагог. — Будем смотреть на практике.

По мнению Анны, изменения в программе по литературе противоречивы.

— Не могу не приветствовать, что из программы исключили «Песнь про купца Калашникова» и «Повеcть о том, как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем». Произведения несомненно прекрасные, но и детям они трудны, и для учителя тяжелы, — отмечает собеседница. — Конечно, при большой предварительной работе, дополнительных заданиях и из этих уроков можно сделать событие. Но если уж и надо что-то убирать — то, пожалуй, это исключение наиболее безболезненно.

Чего, отмечает Анна, нельзя сказать о рассказах Чехова «Ионыч» и «Дама с собачкой», рассказах Ивана Бунина из цикла «Темные аллеи».

— По странному стечению обстоятельств, все эти рассказы — о любви, и ведь именно о любви дети в старших классах читают охотнее всего, — рассуждает педагог. — 
Пострадал и Шекспир — исключена трагедия «Ромео и Джульетта».

— Тема любви в современной школе почему-то оказалась вне программы, — делится мнением учитель. — Удивляет и то, что дети больше не будут изучать «Матренин двор» Александра Солженицына. А ведь тематику и проблематику этих уроков заменить попросту нечем.

Беларуская мова і літаратура: Алексіевіч — на выбар настаўніка

Хто: Юрась Каласоўскі, педагагічны стаж 10 гадоў

Прадметы: беларуская мова і літаратура

Фото: Анжелика Василевская, TUT.BY
Юрась Каласоўскі. Фото: Анжелика Василевская, TUT.BY

Настаўнік адразу адзначае: зменаў у праграме па літаратуры крыху больш, чым па мове.

— Змены — гэта пэўны рух, — падкрэслівае Юрась. — Кажуць, што ні робіцца — усё да лепшага. І я задаволены, што мы не займаемся па старых праграмах.

Канешне, кажа спадар Юрась, меркаванні наконт цяперашніх вучэбных праграм розныя. Яму, напрыклад, падабаецца, што вучняў вызвалілі ад тэмаў, якія патрабуюць ад дзяцей тэарэтычных ведаў лінгвістычнай накіраванасці.

— Тыя ж віды аднасастаўных сказаў і разрады часціц, — кажа суразмоўца. — Зараз яны падаюцца толькі для азнакамлення. І гэтага дастаткова, паколькі гэтыя тэмы больш разлічаны на студэнтаў-філолагаў. А для развіцця ў дзяцей камунікацыйных уменняў, на што цяпер робіцца галоўны акцэнт, нічога не даюць.

Вельмі добра, што ў V-VІІ класах у асобныя раздзелы вылучаны тэмы «Маўленне» і «Тэкст», а ў старэйшых класах шэраг тэмаў пераведзены з узроўню тэарэтычнага асэнсавання на ўзровень практычнага прымянення. Гэта дазваляе рабіць акцэнт не на засваенні вучнямі тэорыі, а на развіцці іх маўленчай дзейнасці, на ўдасканаленні камунікацыйных уменняў.

Сярод змен у літаратуры, кажа суразмоўца, шмат абмяркоўвалі інфармацыю пра тое, што з праграмы прыбралі творы Рыгора Барадуліна.

— Ужо пашкадаваў, што мы з маімі васьмікласнікамі не будзем вучыць «Трэба дома бываць часцей», — згадвае Юрась. — Але ўсё ў парадку, верш на месцы. Праўда, вершы «Бацьку» і «Мы — беларусы…» перанеслі з 6-га і 7-га класаў у 11-ы. Там творчасць Барадуліна падаецца як манаграфічная тэма, каб цэласна асэнсаваць спадчыну паэта.

 — Асабіста мне шкада, — кажа настаўнік, — што ў сёмым класе ў спіс твораў для дадатковага чытання перавялі «Сірочы хлеб» Янкі Брыля і «Жуль Верн» Івана Навуменкі. Гэтыя творы вельмі падабаюцца дзецям сваёй рамантычнасцю і цеплынёй. Разам з тым адзначу, што новая праграма прадугледжвае гадзіны для дадатковага чытання. А значыць, многае залежыць ад настаўніка, які можа знайсці магчымасць і за гадзіну працы зацікавіць пэўным творам вучняў.

— Многія настаўнікі былі абураны, што прыбралі твор «Родныя дзеці» Ніла Гілевіча.

— Твор вельмі вялікі — цэлы раман у вершах, — адказвае настаўнік. — Ён, безумоўна, цікавы. З аднаго боку, мне шкада, што яго перанеслі ў спіс твораў для дадатковага чытання; з другога — разумею, што за два ўрокі, колькі на яго адводзілася, якасна вывучыць яго вельмі складана.

Пры гэтым, парыруе настаўнік, «Новую зямлю» Коласа будуць чытаць поўнасцю, а не як раней — урыўкамі.

— Такія змены сведчаць пра тое, што праграма перапрацавана з акцэнтам не на колькасць прачытаных твораў, а на якасць іх вывучэння, — кажа Юрась.

— Ці ёсць у гэтай праграме творы нашага нобелеўскага лаўрэата Святланы Алексіевіч?

— У межах тэмы «Сучасная проза» прапануецца на выбар настаўніка звярнуцца да твора «У вайны не жаночае аблічча», перакладзенага на беларускую мову.

История Беларуси и всемирная история: «Впервые за 10 лет изменения затронули все классы»

Кто: Наталья Александровна, педагогический стаж 10 лет

Предметы: история Беларуси и всемирная история

Фото Дмитрий Брушко, TUT.BY
Снимок используется в качестве иллюстрации. Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

— Изменения, которые внесли в программы по истории, поспешны и не совсем продуманы, — считает Наталья Александровна. — Впервые за мою педагогическую практику они затронули все классы. Конечно, авторы новых программ старались разгрузить учеников, но в итоге убрали часть важных и нужных для понимания происходящего понятий.

Например, продолжает педагог, из всемирной истории для 6-го класса исключили вопрос «Коран — священная книга мусульман». Ислам, говорит она, — основа мусульманской жизни. Не зная ничего о нем, сложно понять историю мусульман. Тем более, в последующих классах этот вопрос не рассматривается.

— В курсе истории Беларуси 6-го класса необязательными для запоминания стали такие базовые понятия, как «восточные славяне», «Киевская Русь», «Полоцкое и Туровское княжество», — перечисляет собеседница. — Конечно, по программе дети по-прежнему должны знать даты образования той же Киевской Руси, уметь найти ее на карте. Но, как мне кажется, ученикам нужно понимать суть понятия, а не только владеть хронологическими и пространственными представлениями о нем.

В 8-м классе всемирную историю «облегчили» на 11 вопросов, отмечает педагог. Что, в общем-то неплохо. Лишь с двумя темами «Иван Грозный» и «Москва — Третий Рим», считает Наталья Александровна, в министерстве поторопились, их лучше было бы оставить.

— Заметно меньше стал и учебник по истории Беларуси за 8-й класс, — продолжает педагог. — Если подробно и содержательно разобрать эти изменения, то возмутиться есть чему. С другой стороны, программа для 8-классников самая сложная за весь курс школьной истории Беларуси, и ее давно нужно было упростить.

«Разгрузили» и курс истории за 9-й класс, при этом, отмечает педагог, если по истории Беларуси, Западной Европы, странам Америки и Азии материал сократили успешно, то с историей Российского государства дело обстоит туго.

— Исключены вопросы «Русско-японская война», «Падение самодержавия», «Россия накануне Октябрьской революции», — перечисляет собеседница. — Конечно, для восприятия они очень тяжелые. Но как без них человек поймет всю сложность истории России начала ХХ века? Согласитесь, математики не отказываются от таблицы умножения, только потому что ее трудно запомнить.

Исключили, говорит педагог, из обязательных для запоминания такие базовые термины, как «Первая мировая война», «Отечественная война 1812 г.», «Февральская революция», «Октябрьская революция».

— Еще больше меня удивило, что из курса истории Беларуси для 11-го класса из обязательных для запоминания понятий убрали «коммунизм», — продолжает Наталья Александровна. — Но как можно изучать советскую историю, когда ты не знаешь, что такое коммунизм? Это как выучить биографию писателя, но не знать его имени и фамилии.

Математика: пара новых учебников и несколько старых проблем

Кто: Наталья, педагогический стаж 26 лет

Предмет: математика

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
Снимок используется в качестве иллюстрации. Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

— По сравнению с прошлым годом особых изменений в новой программе по математике нет, — делится впечатлениями собеседница. — Единственное, с сентября ученики 5-го и 7-го классов начали заниматься по новым учебникам. Оценить пособия пока сложно, сначала с ними нужно поработать.

Из минусов нововведения, говорит Наталья, — изменения в программе для 6-го класса. Построена она так, что учителю приходится «прыгать» через параграфы.

— Кроме того, в программе для 6-го класса запланирован материал из учебников 5-го класса, а книг-то нет, — продолжает педагог. — Ладно, дома некоторые дети могут заниматься с электронным учебником, но на уроке такая возможность отсутствует, приходится носить распечатки. Похожая ситуация и с алгеброй за 10-й класс, где проходят темы из учебника 11-го класса.

Печатать, говорит Наталья, пятиклашкам и шестиклашкам придется и практикоориентированные задачи. Их ввели в обучение в прошлом году, и, как и прежде, условия этих заданий есть только на сайте Министерства образования.
По мнению педагога, работая над новой программой по математике, в министерстве не учли и еще несколько важных моментов. Например, количество часов по математике.

— До седьмого класса у ребят пять уроков в неделю, с восьмого — четыре, — говорит Наталья. — Но низкие баллы на ЦТ показывают: предмета должно быть больше.

— Но ведь этим летом тесты в общем сдали лучше.

— Да, но все равно в среднем по республике математика далека даже от 50 из 100 возможных баллов.

Еще одна проблема, которая, по мнению учителя, осталась незамеченной — время на изучение алгебры и геометрии в 8-м и 9-м классе.

— 2,5 часа в неделю — алгебра, 1,5 — геометрия. И сразу вопрос: как разделить урок на две части? — спрашивает Наталья. — Нам предложили: сначала, например, месяц проходим тему по алгебре, затем — по геометрии. Вот только потом, когда ученики переключаются с предмета на предмет, им нужно время, чтобы вспомнить пройденное. А у учителя на это времени нет.

Детям, говорит Наталья, удобнее, когда алгебра и геометрия идут параллельно.

— Приходится корректировать расписание, — делится опытом наставник. — Предположим, одну неделю три алгебры и геометрия, вторую — два на два. Но почему бы этот момент сразу не прописать в программах?

Английский язык: «Иностранный, который преподают в наших школах, мало кто использует»

Кто: Андрей Григорьев, преподаватель, репетитор, член Общественного Совета при министерстве образования

Предмет: английский язык

Фото: Юлия Волчёк, TUT.BY
Андрей Григорьев. Фото: Юлия Волчёк, TUT.BY

Изменения, которые внесли в программу по английскому, считает педагог, незначительны, и затронули они в основном лексику и грамматику.

— Меня насторожило другое: предложение изучать английский через белорусскую реальность, — говорит Андрей Григорьев. — Эту идею озвучила замминистра образования Раиса Сидоренко.

— Что это значит?

— Я так понимаю, если сейчас, например, на уроках дети говорят о достопримечательностях Лондона, то потом это будут достопримечательности Беларуси, — отвечает собеседник. — С одной стороны, неплохо, но с другой — странно. Ведь, чтобы понять язык, нужно знать культуру страны. Допустим, в Англии в открытках на Новый год и Рождество поздравляют коротко: Happy New Year, I wish you a Merry Christmas. Долгие пожелания, как у нас, никто не пишет. В этом проявляется разница менталитетов, и для коммуникации это стоит знать.

Компромисс в этой ситуации педагог предлагает следующий: два урока в неделю учить язык на основе английской реальности, один — на основе белорусской.

— Подготовьте для этого отдельный учебник на 10-12 тем с информацией о наших писателях, памятниках — и можно заниматься, — делится мнением собеседник и переводит разговор на тему учебников. — Удачных пособий по английскому у нас практически нет. В Англии есть замечательные книги, разработанные по мировым стандартам. Книги, которые прошли апробацию. Почему не взять их за основу? Зачем писать свои и изобретать велосипед? Ни для кого ведь не секрет, что в школах и гимназиях, где язык преподают на высоком уровне, учителя пользуются именно этими пособиями.

То, что изучается в наших школах, считает Андрей Григорьев, лет на 10 отстает от мировых стандартов.

— Почему иностранцы быстрее усваивают язык? — задается вопросом репетитор. — Потому что у них на первом месте — коммуникация. А у нас, как когда-то в СССР, — грамматика. Но нужна ли она человеку? Конечно, если ребенок хочет поступать в лингвистический, да. Большинству же язык нужен просто для жизни. Например путешествий. А значит, человеку достаточно лишь донести иностранцу свою мысль. Пусть и с ошибками. Отсюда: основная ставка на уроках должна быть на коммуникацию.

— В новых программах она есть?

— В документах есть, но на уроках по факту нет, — отвечает педагог. — Почему? Потому что для этого нужно менять начинку занятий — тексты в учебниках, их подачу, делать больший упор на аудио и видео.

Не стоит, отмечает педагог, забывать и о том, что язык очень быстро меняется. Появляются новые слова, идиомы.

— Английский, который преподают в наших школах, используют очень мало людей, — возмущается преподаватель. — Он правильный, красивый, но неживой. Представьте, вы обращаетесь к знакомому: «Кушать подано». Ясно, что он вас поймет. Но, скорее всего, подумает, как-то странно вы говорите. В мире все больше людей, которые общаются по-английски и не являются носителями этого языка. И забывать об этом не стоит.

Иностранные учебники, продолжает педагог, учитывают постоянные изменения в грамматике и лексике. В них можно «услышать» английский немцев, французов, поляков… Прочувствовать их «фишки» и акценты.

— А у нас на уроках дети до сих пор слушают дикторов, которые идеально что-то наговаривают, — приводит пример специалист. — А потом получается, школьник забыл согласовать глагол в 3-м лице единственного числа — he speaks. У нас это грубая ошибка. В мире же большинство неносителей языка окончание -s уже давно не используют. Все сглаживается.