Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Общество


К этой встрече в Гомеле готовились еще в июле. Но из-за внезапной болезни нобелевскому лауреату пришлось отложить запланированный визит. Тогда по телефону в беседе с TUT.BY она не скрывала досады из-за того, что временно вышла из строя, но обещала, что обязательно посетит Гомель, и слово свое сдержала.

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

Небольшое помещение общественно-политического центра на Полесской вместило около 50 человек. Это те, кому удалось достать пригласительные. Не попавшие внутрь могли следить за происходящим на улице — там был установлен экран, велась онлайн-трансляция.

— О, надеюсь, это не для меня, — первым делом пошутила Алексиевич, заприметив огромное кожаное офисное кресло. Нобелевский лауреат попросила отставить его подальше и уселась на обычный стул.

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY
На встречу с писательницей смогли попасть не все желающие

Вопросы посыпались один за другим. Диапазон тем — огромный. Как относитесь к смертной казни? Что думаете по поводу строительства АЭС? Возможно ли у нас повторение Донбасса?

Молодой писательнице из Ветки было интересно узнать, как Светлана Алексиевич выдерживает боль, когда столько лет подряд изучает людское горе?

— Во всем мире мне задают такой вопрос, и этот вопрос мне не нравится. Когда умирала моя сестра младшая, я видела, что такое работа врача-онколога… Особенно детского врача-онколога. Которому надо сказать матери, что шансов нет. У меня после этого язык не поворачивается говорить, что писатель — это что-то необыкновенное, что я больше страдаю, чем те врачи, которые каждый день видят слезы, несчастья, смерть. Во всех профессиях есть доля риска. Конечно, я бы не хотела быть в Афганистане, видеть то, что я видела, видеть то, что там кладут в гробы. Я бы не хотела это знать, но это моя профессия, так получилось, что должна… Недавно на кухне у меня сидел модельер Саша Варламов. Он говорит: «Светлана, а у меня такое чувство, что все мы будем удирать отсюда. У меня чувство крови». Я бы этого не хотела, конечно. А все может быть. Рядом с нами такой непредсказуемый сосед. У него такие непредсказуемые геополитические фантазии.

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

Вопросы то и дело сменялись просьбами о помощи. К Алексиевич обращались за поддержкой моральной и материальной.

В частности, присутствующий на встрече президент Всемирной ассоциации белорусских евреев Яков Гутман просил посодействовать в прекращении строительства домов на местах старых еврейских кладбищ. На днях он приехал из США в Гомель, чтобы специально заняться этой темой.

Правозащитник Леонид Судаленко обратился к нобелевскому лауреату с просьбой помочь инвалиду приобрести протез. Уже собрали всем миром 1,5 тысячи долларов, не хватает еще столько же. К слову, Алексиевич занимается благотворительностью весьма активно. В частности, в Гомеле помогает инвалиду 3-й группы Наталье Василенко, ежемесячно перечисляет ей сумму для оплаты долгов по «коммуналке» за арендное жилье, сегодня она также встретилась с гомельчанкой и передала ей тысячу долларов…

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

Писательница рассказала, что в Гомель она приехала с зятем и внучкой (мужем и дочерью племянницы. — Прим. TUT.BY). Завтра планирует посетить деревню Копаткевичи, там она училась в школе.

«В школу ходила за 5 километров. Когда сегодня рассказываю об этом внучке, она спрашивает, так, а что, папа не мог тебя на машине подвезти?» — рассмешила собравшихся историей из частной жизни Алексиевич.

Писательница рассказала о том, как создавала свои книги, поделилась мнением о современной жизни и своим отношением к происходящему в стране. Приводим несколько ее цитат:

О настоящем

— Сейчас время такое, мир усложняется, а люди упрощаются. Человек умен в каких-то научных вещах, а как гуманитарий человек сегодня слабый. В советские годы люди больше думали, читали и в каком-то смысле были более свободными. Сейчас этого нет. Это не только у нас, это — повсеместно. Сейчас побеждает средний человек. И это надолго. Сегодня все сместилось. Людям интересна не идея, а жизнь. Красиво одеваться, путешествовать, говорить о вкусной еде. Появляется новая философия частной жизни.

О будущем

— Сегодня что-то прогнозировать — неблагодарное занятие. Ни у Бога это не получается, ни у экспертов. Все так меняется. Еще недавно никто не думал что будет ИГИЛ, или, скажем, Трамп.

Про интеллигенцию

— Проблема элиты — одна из главных проблем нашей нации. Огромная потеря для нашего народа — потеря еврейского населения. Ведь сколько у нас было еврейских газет, театров, школ. Евреи это и врачи, и портные, когда их не стало в деревнях, это стали совсем другие деревни.

Про оппозицию

— Мне задали вопрос, почему я не с оппозицией. А с кем? Что это за оппозиция, которая за 20 лет не может найти одну кандидатуру. Почему эта оппозиция сожрала Милинкевича, который был реальной фигурой? Думаю, это влюбленность в себя и потом они уже с этим образом свыклись. Должно новое поколение прийти. Есть уже молодые ребята, мало, но есть. Старая оппозиция потеряла факт доверия у народа. Если ты 20 лет проигрываешь, то нечего думать, что народ будет тебя поддерживать, это ведь тебе не жена собственная…

Про свободу

— Это мой главный вопрос. Почему наши великие страдания не конвертируются в свободу? И я не нашла ему ответ. Может, это связано с потерей нашего исторического времени? Все-таки мы всегда были под поляками, под русскими, наша собственная энергия подавлялась. Потом — война, когда такое количество людей погибло. И генетически быстро это не набирается.

Как выстоять?

— Это одна из главных задач сейчас. Что может спасти? Близкий круг. Это важно, чтобы рядом были такие, как ты, чтобы можно было говорить на важные темы. И надо просто делать свое дело. Меня и судили за книгу, и выгоняли с работы, но по большому счету это не меняло меня. Я спокойно старалась делать свое дело. Другого выхода просто нет.

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY

Фото: Иван Яриванович, TUT.BY