Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Общество


У YouTube-канала Даши Центер больше 165 тысяч подписчиков. За 2,5 года 20-летняя минчанка стала одним из самых известных видеоблогеров и даже вошла в топ-5 тех, кто вскоре сможет заменить Соню Есьман, у которой более 1,8 млн подписчиков, по версии российского журнала «Селфи».

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY
Дарья Центер, видеоблогер с более чем 165 тысячами подписчиков на канале. Белоруска, которая живет в Нью-Йорке

Сейчас Даша учится в Нью-Йоркском университете на программиста, в 15 лет она уехала получать образование в Англию, а в Минск приезжает навестить родных. Отец Даши, Александр Центер, занимает 17-е место в рейтинге интернет-портала «Ежедневник» — Топ-200 успешных и влиятельных бизнесменов Беларуси-2017, он акционер группы компаний А-100 и крупный застройщик. Дочка известных родителей, которая не боится публичности, — редкость для Беларуси.

На прошлой неделе Даша вместе с российскими видеоблогерами Касе Гасановым и Костей Паком выступила на фестивале авиационного спорта «ПРОНЕБО». Послушать ребят и взять у них автографы пришли молодые люди, которые мечтают стать известными блогерами. Даша рассказала, как из-за неуверенности в себе и страха перед мнением окружающих сомневалась, заводить ли ей канал. Но все-таки решилась.

«Я не просто девочка, которая рассказывает про модные вещи»

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY
Блогеры Дарья Центер, Костя Пак и Касе Гасанов на встрече на фестивале «ПРОНЕБО»

— Как ты решила завести канал на YouTube?

— Мне очень долго казалось, что я не могу снимать, потому что не хочу смущать близких вторжением в их личное пространство. Я не знала, имею ли право показывать своих брата, сестер, родителей. Мне казалось, что они отнесутся к этому очень негативно. Это не обсуждалось, но я думала, что они не поддержат, будут говорить, что это глупость. Но они спокойно к этому отнеслись. А когда родители увидели какие-то реальные успехи, поняли, что это что-то настоящее, а не свой онлайн-мирок, стали мной гордиться.

— На «Пронебо» Касе Гасанов говорил, что рекламодатели начинают обращать внимание на канал, когда он достигает 100 тысяч подписчиков. Когда у тебя их стало столько?

— 100 тысяч я набрала в марте-апреле этого года. К этой цифре я шла медленно, но верно. Я не гналась и не делала «хайповое» видео. «Хайповое» — это значит видео на трендовые темы, которые сейчас на волне популярности, например, про спиннеры. Может быть, у меня какие-то названия видео и обложки не самые кликабельные, но когда люди на них натыкались, как мне многие говорили, «зависали и оставались». Из-за этого у меня очень высокая лояльность аудитории, и это дает свои плоды. Рекламодатель это тоже уже видит.

Видео: канал на YouTube Dasha Tsenter

— Как тебе удалось набрать 100 тысяч подписчиков?

— Зимой я познакомилась с московскими ребятами-блогерами, в том числе с Касе Гасановым и Костей Паком. В Москве мы записали общее видео. Не думаю, что это сильно повлияло, но через несколько недель после того, как я вернулась из Москвы в Нью-Йорк, началось что-то необъяснимое. У меня появлялось по две-три тысячи новых подписчиков в день. Я посмотрела статистику и поняла, что в какой-то момент резко взлетели мои старые видео. Например, то, где я рассказывала, как выучить английский, видео про еду… При этом я получала комментарии людей о том, что они открыли для себя мой канал.

Видимо, YouTube распознал мои видео как хороший контент. У YouTube такой алгоритм, что он распознает видео как хорошее и выводит его на главную страницу по активности аудитории, лайкам, длительности просмотра. Тогда за две-три недели у меня был прирост в 30−40 тысяч новых подписчиков.

— Кто твоя основная аудитория?

— В основном это русскоязычная аудитория, больше всего меня смотрят в России, Беларуси и Украине. К сожалению, 90% — это женская аудитория. К сожалению — потому что мне бы хотелось, чтобы я была больше унисекс. Я стараюсь это делать и дальше хочу больше развивать тему программирования. В целом считаю, что я не просто девочка, которая рассказывает про какие-то модные вещи и косметику, я хочу создавать интересный и познавательный контент, который будет развивать меня и, возможно, будет полезен другим.

Основной процент моей аудитории — это люди в возрасте 18−24 лет, за ними идут 25−34-летние. Это круто. Потому что у многих видеоблогеров, если приходишь на встречи с их подписчиками, видишь людей до 15 лет.

«Рекламодатели предлагают много бартера»

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY
Дарья чаще всего снимает видео на свою камеру Canon G7 X, сама монтирует их в программе Final Cut

— Уже есть компании, которые заинтересовались твоим каналом?

— На почту постоянно сыплются предложения, но я понимаю, что мой канал — это тоже бренд, и есть вещи, которые я бы никогда не стала на нем рекламировать. Например, водку или таблетки для похудения. Нужно понимать, что в долгосрочной перспективе, если ты будешь кидаться на каждую рекламу, это тебе аукнется.

В ближайшие месяца два надеюсь начать работу с тремя серьезными мировыми брендами. Но в целом предлагают много бартера: когда компания тебе присылает продукт, а ты им делишься.

— Как это обычно происходит?

— Тебе пишут на почту «Здравствуйте. У нас есть продукт» и просят рассказать об условиях сотрудничества. Ты им присылаешь ответ. По-разному бывает. Тебе могут прислать умывалку для лица, а ты сделаешь про нее 10-минутное видео. Я такого не делаю. Если буду делать видео про умывалку для лица, как-то интегрирую ее в свой контент. То есть в мой влог будет как-то вставлен продукт, которым я реально пользуюсь.

— Бывает, что ты сама ищешь рекламодателей?

— Бывало, что я писала: реально пользуюсь продуктом и не прочь его получить бесплатно, потому что я его и так в видео показываю. Писала отелям, что планирую в их город приехать.

— И они разрешали остановиться?

— Пару раз было, но в итоге не состыковалось. Есть и другие привилегии. На airbnb.com мне часто дают большую скидку на жилье. Или хорошо работает система, когда я за свои деньги купила продукт, рассказала о нем в видео и бросила ссылку в комментариях. У многих мировых брендов есть программы, когда ты приводишь друга, и он, и ты получаете по 10 долларов. Так я купила очки и оставила под видео код на них, который дает подписчикам 15%-ю скидку. Недавно захожу на их сайт, а там у меня уже 200 долларов, и я могу купить еще что-то. И им хорошо, и мне хорошо, и бренду хорошо.

— Когда ты начинала делать свой блог, планировала зарабатывать?

— Честно скажу, когда открывала канал, думала, что через два-три месяца стану богатой, и у меня будет все круто. Но большинство видео, что я сделала в первые полгода, сейчас скрыты от подписчиков. Я смотрела, что снимают люди, и думала, что, наверное, я также могу. Кто-то снимал, как красится или как с подругой что-то делает. Мы тыкву, например, вырезали с подругой.

Потом я поймала себя на мысли, что сижу, монтирую и мне неинтересно себя смотреть, слушать это все. А если мне неинтересно это смотреть, то другим это будет интересно? У меня был такой «дзынь». Вот в тот момент, когда я сделала первый выпуск рубрики «Влог обыкновенный» из Нью-Йорка, и начался мой канал на самом деле. Это произошло тогда, когда я поняла, что в видео мне все абсолютно нравится: от съемки до монтажа и музыки.

«Это хобби, но оно уже становится заработком»
Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

— Как ты выбирала темы?

— Я просто поняла, что вокруг меня происходит много интересных вещей. Я живу в интересном городе, у меня много интересных друзей. Начала это снимать и при этом стала меньше говорить.

Я не хочу быть человеком, который идет по городу и говорит: «Всем привет, сегодня хорошая погода, я сходил в туалет, поел и так далее». Я считаю, что это глупо. Новые подписчики сначала не понимали, почему я так мало говорю и почему они меня почти не видят, но потом втянулись. Они, наверное, поняли, что это моя фишка: мало говорить и больше показывать.

— Как девушке, которая делает похожий блог, создать видео, интересное для аудитории YouTube?

— Ты либо должен обладать какой-то нереальной харизмой, либо отличаться от других чем-то еще. Если ты думаешь, что «вот, знаю эту известную видеоблогершу, у нее классные видео, большие просмотры, и я могу так же», это не сработает.

Когда я начинала, уже были такие имена как Катя Клэп (у нее более 5 млн 678 тысяч подписчиков. — Прим. TUT.BY), и я думала, что ей было легко, она открыла канал, когда никого не было. Ты мог просто взять камеру, начать снимать все что угодно, и всем зайдет. Отчасти — да. Но чем ты позже приходишь на рынок, тем интереснее тебе надо быть. Поэтому начинающим блогерам просто надо придумать что-то оригинальное.

— На встрече с тобой и другими блогерами было много подростков. Что произошло с миром, что видеодневники стали у них популярны?

— Раньше все хотели быть либо певицами, либо актрисами. Потом появился феномен, когда обычный человек, который сидит дома, ходит в школу, у которого есть камера, снимает про себя видео и выкладывает на всеобщее обозрение. Я сама помню, когда натыкалась на видео таких людей, и мне это было интересно. Когда почти мой ровесник рассказывает о чем-то обычном, близком тебе. Молодежи неинтересно смотреть «Голубой огонек», не все уже, наверное, знают, кто такой Басков или Газманов, им хочется героев своего времени. А интернет дает возможность стать таковыми.

— Ты помнишь момент, когда поняла, что твои видео смотрят?

— В какой-то момент я увидела, что под фото в моем Instagram оставили комментарии люди, которые узнали про меня через канал на YouTube. До этого в Instagram у меня были подписчики, которых я знала.

— Канал для тебя — больше хобби?

— Это хобби, но оно уже становится заработком. Кроме проектов с рекламодателями, есть еще деньги, которые ежемесячно капают с самого YouTube.

— Можешь озвучить сумму?

— Не буду озвучивать. Могу сказать, что в СНГ она в раз десять меньше, чем на Западе. Есть цена за клик, у каждого просмотра — своя стоимость. Ты можешь выбрать: включить или нет монетизацию на своем канале. Как только ты ее подключаешь, на твое видео будут накладывать рекламу.

Я не хочу, чтобы канал был единственным делом жизни. Считаю, что надо быть интересным человеком и можно показывать это на YouTube. Есть вполне рациональное ощущение, что сейчас это популярно, а через пять-десять лет неизвестно, что будет.

«Я почти во всем обязана своим родителям»
Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

— Ты говорила, что сначала не знала, какой будет реакция твоих родителей на создание блога. А сейчас как они реагируют?

— Меня смотрит вся семья, а бабушка — главный фанат. Каждый раз, когда к нам приходит кто-то из гостей, например, друзья родителей, мама первой говорит, что «у нас Даша — блогер». Она гордится тем, что я чем-то могу похвастаться в свои молодые годы. Папа молча одобрительно смотрит.

Младшая сестра, ей будет 16 лет, уже фигурирует на моем канале. В комментариях под моим самым последним видео ее просят, чтобы она открывала свой канал. Мы сейчас с ней начали делать регулярную рубрику, где она готовит. Младшему брату будет 13 лет, и он знает все новости блогерской YouTube-тусовки. О статистике и аналитике со мной разговоры заводит.

А вот моя старшая сестра не так часто любит появляться в видео. Но говорит: «Снимай».

— Она тоже в Америке живет?

— Да, она учится. Она недавно рассказывала, как летела в самолете и у нее девочка спросила: «Вы сестра Даши Центер?». Ее узнали, притом что ее очень мало на канале. Для меня самой это очень странно. Меня в Нью-Йорке узнавали однажды. Приезжаю сюда и знаю, что выйду в кофейню — и меня кто-то узнает. Это приятно, конечно, но все равно странно.

С другой стороны, мне нравится ощущение, что я могу уехать, я бы не хотела постоянно жить там, где меня все время узнают.

— В семье с кем самые близкие отношения?

— С младшей сестрой мы очень похожи. Несмотря на то, что ей 15, а мне 20 лет, я с ней общаюсь как с подружкой. Она сама по себе мудрая. С мамой у меня самые близкие отношения благодаря женским темам. Но по духу все говорят, что я, как папа, спокойная и размеренная.

— Как тебя родители воспитывали?

— Почти все, что у меня есть, и то, какая я, — от родителей. В английском есть слово privileged. Это значит привилегированный, но в хорошем смысле.

Я знаю, насколько мне повезло, что меня так любят, в меня вкладывают и ценят. Иногда слышу от ребят, что родители их не поддерживают в этом или в том… Знаю, если у меня есть какие-то хорошие идеи, хорошие мысли, мои родители всегда поддержат, или с ними можно конструктивно поговорить, и я прислушаюсь к совету. Я почти всем обязана своим родителям.

— В воскресенье я тебя впервые увидела в реальности и заметила, что у тебя нет понтов. Хотя ты из достаточно известной семьи. Тебя так воспитали или повлияло то, что ты жила за границей и там проще к этому всему относятся?

— Может быть, это потому, что у меня был пример сверстников, ребят, можно сказать, схожего социального статуса. И я видела, как они себя ведут в некоторых ситуациях. Я часто встречаю более-менее благополучных людей, которые не чувствуют благодарности за то, что они имеют. Не благодарны случаю, судьбе, родителям, не задумываются о том, что что-то изначально дано нам не совсем поровну. Какие-то вещи ты делаешь сам, а какие-то — это воля судьбы и случая.

— Но тебя такой воспитали или ты сама себя такой сделала?

— Это воспитание. Если мы утром гуляем вокруг озера и там валяется бутылка из-под пива, папа подойдет и сам выбросит в мусорку. У нас в семье все показывают на своем примере.

«Я подавала документы в десять разных университетов в Америке»
Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

— Ты в 15 лет уехала в Англию.

— Да. Здесь я закончила 9 классов, а там училась два года и получила диплом IB — международного бакалавриата.

— Это считается подготовкой к университету?

— Практически да. Ты там сам себе выбираешь предметы. Я выбрала экономику, физику, русский и английский, искусство.

— Как ты узнала про эту программу?

— Лет с 10−11 у меня была идея фикс — учиться в Америке. Тогда на меня смотрели, мол, ты что, с дуба рухнула, зачем тебе в Америку, это так далеко от семьи… Но чем старше я становилась, тем больше понимала, что мне это было бы очень интересно.

И я осознавала, что поступить в хорошие университеты Америки с белорусским дипломом об окончании 11 классов будет сложно. Тем более сразу перескочить с русскоговорящей системы на англоговорящую. Поэтому я начала искать какие-то системы, где можно закончить старшие классы.

IB или международный бакалавриат — это полноценный курс из шести предметов, среди которых обязательный — философия. Еще есть три критерия, которым мы должны были научиться — креативность, действие и сервис. Например, как «действием» я занималась настольным теннисом, как «сервисом» — работала в благотворительном магазине.

— Благотворительном магазине?

— Я принимала, как это по-русски сказать, donations — пожертвования. В основном это была одежда, аксессуары. Люди отдавали это бесплатно, мы сортировали. Что-то шло на переработку, что-то я вывешивала на витрину. И тут же приходили люди и это сметали. Потом эти деньги шли на благотворительные проекты.

— Ты поступала только в американские вузы?

— Да, я подавала документы в десять разных университетов. Меня принял Нью-Йоркский университет (NYU), который среди них был на самом высоком месте в рейтинге.

— Когда ты поступала, просто отправила по email в университет свои документы?

— Есть единая американская система www.commonapp.org, в которую абитуриенты загружают свои документы и через нее рассылают по университетам. Нужно отправить свой аттестат с баллами, написать эссе — это что-то вроде мотивационного письма. Каждый год американские университеты публикуют пять тем для эссе, они общие. Например, расскажи о самом сложном переживании, которые сделало тебя человеком. Таким образом университеты ищут не просто, грубо говоря, ботаников, а интересных людей, у которых в целом есть жизненные перспективы. Я писала эссе про белорусский язык, выбрав тему которая раскрывала то, как на меня повлияло мое происхождение.

Помимо этого, к заявке нужно приложить как минимум две рекомендации от учителей или профессоров и сдать единый экзамен SAT, который по сути, как наше ЦТ. Этот экзамен состоит из трех частей. Одна из них математика. Ее почти все выходцы из стран СНГ сдают на 800 баллов из 800. У меня тоже проблем не было. Еще две части — письмо и чтение. Нужно было написать сочинение, и я долго не могла понять его формат. Абитуриентам задают вопрос, и тебе нужно аргументированно на него ответить и привести три-четыре примера из истории или литературы. Также там была часть, где нужно было вставить пропущенные по смыслу слова, проверяли, насколько ты понимаешь выражения из текста. Это мог быть отрывок как из научного журнала, так и из Шекспира.

— Как ты готовилась к этому экзамену?

— Я готовилась сама. Но также консультировалась с репетиторами, чтобы понять специфику экзамена. Этот экзамен можно сдавать несколько раз. Я его сдавала четыре раза в специализированном тест-центре. Из максимальных 2400 баллов набрала около 2000, что в принципе очень хорошо. С результатом от 2100 баллов принимают в топовые университеты — Оксфорд, Кембридж.

«Я хочу остаться после университета в Америке и поработать»
Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

— Через два года решила перевестись с экономики на программирование…

— Я решила окончательно сменить специальность. Здесь это сделать несложно, и у тебя свобода в графике и том, какие курсы ты возьмешь в каком семестре. Ты стараешься выстроить свое расписание так, как это удобно тебе, чтобы успеть работать. Так я в прошлом семестре работала репетитором по программированию — занималась с ребятами по курсу, который до этого прошла сама. Университет платил за это по 15 долларов в час, так я заработала за семестр больше 4 тысяч долларов. Помимо этого я получила невероятный опыт.

— Где ты живешь в Нью-Йорке?

— Два года жила в общежитии, сейчас снимаю квартиру пополам с девочкой из Турции. Она тоже учится на программировании.

— В твоем университете много студентов с постсоветского пространства?

— Не больше 20 человек. Русскоговорящие делятся там на два типа — те, которые общаются и тусуются с русскоговорящими, и те, которые интегрируются и забывают, что они русскоязычные. У меня много русскоязычных друзей, близкие друзья русскоязычные. Но я стараюсь общаться и с людьми из других стран.

Многие американцы, мои одногодки — инфантильные. Когда я поступила на первый курс, мне было 17 лет и хотелось пообщаться, познакомиться с новыми людьми. Но в общежитии большинство сидели и каждый вечер пили. У нас так делают в лет 14−15, когда хочется вырваться и похулиганить, чтобы мама не видела.

В целом у них уже кругозор, особенно у тех, кто не путешествовал по миру. Поэтому мне больше нравится общаться или с иностранцами, например, моей соседкой-турчанкой, или с американцами во втором поколении, у которых интернациональные семьи. Я нахожу их гораздо более интересными.

— Ты думаешь вернуться в Беларусь?

— Хочу определенно набраться опыта хотя бы пару лет, а потом возможность применить эти навыки на родине никто не отменял. Непонятно, как судьба развернется, но цели уехать безвозвратно нет.

0058648