Яна Неверович, фото автора /

В деревне Новые Зимодры, окруженной широкими полями и густыми лесами, непривычно безлюдно. Здесь всего 14 хат. Они стоят вдоль узкой дороги, по которой, кажется, давно не ездили машины. В этой деревне, в километре от агрогородка Любань, живет 82-летний Геннадий Чеботарь. Последний коренной житель.

«Цяпер я на ўсю вёску адзiн застаўcя»

От Вилейки до Новых Зимодров чуть больше 20 км. Дворы некоторых хат в деревушке густо заросли травой и кустарником в человеческий рост. Ни громких людских голосов, ни скрипа колодцев тут не слышно. И автолавка бывает лишь раз в неделю.

В нескольких дворах время от времени хозяйничают дачники из Вилейки и Молодечно.

Еще один дом на окраине деревни недавно обжили минчане.

Геннадий Васильевич живет в начале деревни и в шутку называет себя мэром: «Якi мэр, такая i вёска!».

— Я тут вырас. Тут i дзед мой, i бацька жылi. Заснаваў вёску сам пан Любанскi. Раней мясцовыя расказвалi, што ён доўга не мог прыдумаць, як назваць… Урэшце назваў Новымi Зiмодрамi, — рассказывает «мэр» и просит себя не фотографировать.

Свою хату Геннадий Васильевич строил больше полувека назад, когда вернулся из армии. Говорит, всех в те времена земля кормила: картошку выращивали сотками, коров держали в каждом дворе. Сейчас все его хозяйство — собака Пират.

— Цяпер я на ўсю вёску адзiн застаўcя. Людзi памiраюць, хаты застаюцца. Але наша вёска не адна такая…

Задумчиво опершись на палку, пенсионер вспоминает о службе в армии, о том, как строил дом и растил двоих сыновей.

— Нас было пяцёра. I мы рана засталіся без бацькі. Шмат на зямлі працавалі, бо трэба ж было жыць. Бацька мой памёр пасля вайны. Ён быў старшынёй сельсавета ў Талуці. У 41-м прыйшлі немцы і пасадзілі яго ў турму ў Куранец. А потым сказалі маме сабраць 300 подпісаў, што бацька ў сельсавеце — неблагі чалавек. Дык мама сабрала 500 — і немцы яго адпусцілі. Але слуга немцаў Калеснікаў прапісаў майму бацьку 75 бізуноў. Па 25 праз дзень. Пойдзе ён на бізуны, а я малы пасля пытаюся: «Сільна баліць, татка?» А ён кажа: «Сiльна, сынок!» І дадае: «Якая б, сынок, ні была ўласць, ты ў яе не ўлазь!» Адбілі яму почкi, пачаў бацька чахнуць і праз некалькі гадоў памёр.

«Дзяўчаты стаялі ў тры рады, каб з хлопцамі патанцаваць»

Деревня, говорит дед Геннадий, хоть и небольшая, но здесь всегда было весело. Молодыми устраивали танцы — да такие, что полный дом людей собирался.

— Я прывозіў баяніста Міцьку, а яшчэ мы бралі з бубнам Мішку з Галінова… Сабяром 70 рублёў, заплацім музыкантам і таньчым. Збіраліся ці ў хатах, ці ў сараях, дзе зярно малолі. Дзяўчат было заўсёды болей у некалькі разоў. Стаялі ў тры рады, каб з хлопцамі патанцаваць. Розныя былі дзяўчаты. Шмат хто нравіўся, але ажаніўся я на другой. Мы з Нінай 53 гады разам пражылі. У Любані пазнакоміліся. Ведаеце, у меня некалькі разоў інсульт быў. Думалі, я першы памру, а атрымалася, што яна…

Это нам, городским, непривычна здешняя тишина… А Геннадий Васильевич, как показалось, чувствует себя в окружении лесов и полей вполне счастливым.

Зимними вечерами Геннадий Чеботарь топит печь и смотрит телевизор. В город, говорит, перебираться никогда не думал. А ведь в молодости была у него такая возможность — переехать жить в квартиру в Любани.

— Птушка як адлятае, свайго гнязда не бурыць! Не хацеў я кідаць маці адну. Тут мая родная зямля, тут я пахаваў і маці, і жонку.

И сейчас уезжать к сыну не спешит.

— У меня яшчэ дроў гадоў на 10! І хату кідаць шкада: не хачу, каб алкаголікі яе паабкрадалі!

«Вместе не даем деревне умирать!»

Коренные жители уходят, а с ними — целая эпоха. Их хаты унаследовали внуки. Одни приезжают часто, другие — изредка. А некоторые дома и вовсе стоят позабыты-позаброшены.

Минчанин Игорь — сосед деда Геннадия. Дом в Новых Зимодрах ему остался от бабушки. Весной и летом вместе с женой Инной он приезжает сюда каждые выходные.

Игорю дом остался от бабушки
Игорю дом остался от бабушки

В детских воспоминаниях Игоря деревня выглядела совсем по-другому:

— Все хаты были жилые. Молодежь приезжала из Солигорска, Новополоцка и даже из Москвы. Я мальчишкой все время ездил сюда к бабушке…

Недавно, сообщает он, в другом конце деревни минчане купили небольшую хатку.

Этой весной на спиленном клене под самыми окнами их дома аисты свили гнездо.

— Первый год такое! — с удивлением говорит Игорь. — Вместе не даем деревне умирать…

{banner_819}{banner_825}
-15%
-50%
-80%
-21%
-15%
-10%
-75%
-20%
-20%