/

Эту историю гомельский шестиклассник Саша Кулешов рассказывал уже не один десяток раз. Милиционерам, учителям, социальным педагогам, врачам и даже судьям. Наконец, дошла очередь до журналистов. «Мы просто не знаем, где искать справедливости, — объясняет мама школьника Ольга. У нее в руках увесистая стопка бумаг — извещения, повестки, ответы, жалобы, постановления… И, наконец — решение суда, согласно которому она и ее бывший муж — отец Саши должны выплатить более трех тысяч рублей за то, что во время игры в снежки их сын сломал однокласснице нос.

Фото: Елена Бычкова

22 января 2016 года 11-летний Саша возвращался с одноклассницами из школы. На пути у детей оказалась огромная куча снега. Снег в тот морозный день оказался сухим, снежки не лепились, и тогда в ход пошли уже готовые льдинки. В какой-то момент одна из них угодила в лицо пятикласснице Алене (имя изменено). У девочки диагностировали закрытый перелом костей носа со смещением.

— В тот момент, когда я бросал снежок, Алена поскользнулась и упала, у нее из носа пошла кровь, я подбежал, попросил прощения, она сказала: «Я тебя прощаю», потом я сказал ей, чтобы она сходила в школьный медпункт, а сам пошел домой, мне нужно было на курсы английского, — вспоминает события полуторагодичной давности Саша. К дальнейшему повествованию подключается мама школьника:

— Ближе к вечеру мне на мобильный позвонила классная и рассказала о случившемся. Я, конечно, сразу связалась с родителями Алены, извинилась за сына, спросила, чем мы можем помочь. Родители во время первого разговора не особо шли на контакт. Сказали, что им не до этого. Через пару дней я снова позвонила маме Алены. Мне был задан вопрос: «А вы знаете, сколько вы нам должны? Теперь нам предстоит операция по устранению последствий травмы».

Фото: Елена Бычкова
За шесть лет учебы в школе у Саши десяток грамот и дипломов и только положительные характеристики: спокойный, скромный, добрый, немного застенчивый. Не агрессивен. Со старшими вежлив. С одноклассниками дружен

Через пару дней Ольгу вызвали в школу на совет профилактики. А еще через два дня женщине позвонил инспектор ИДН и сообщил, что в милицию поступило заявление с просьбой привлечь ее сына к уголовной ответственности. Впрочем, спустя месяц после проведенной милицейской проверки было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела. Ольга вздохнула с облегчением. Но, как оказалось, рано. Уже в марте материал об отказе был отменен прокурором и возвращен в РОВД на доработку.

— Милиция проводила проверку и отказывала в возбуждении уголовного дела. Однако после каждого отказного родители Алены писали жалобы в прокуратуру и дело снова отправлялось на дополнительную проверку. В итоге постановление об отказе в возбуждении дела прокурор отменял четыре раза! Саше было на тот момент 11 лет. Я вообще не понимаю, о какой уголовной ответственности в таком возрасте могла идти речь. Никто у нас тогда не спросил, что испытывает при этом мой сын. Когда Саша стал плохо спать, перестал разговаривать, замкнулся и съехал в учебе, я подумала — хватит! Написала письмо в генеральную прокуратуру, только после этого кошмар закончился, — рассказывает Ольга.

В возбуждении уголовного дела в отношении 11-летнего Саши было окончательно отказано. В марте Ольге пришла судебная повестка. Истец — отец пострадавшей Алены.

«Уже более года мы, члены семьи, боремся с последствиями полученной дочерью травмы, проходим обследования, принимаем все назначаемое ей лечение и очень сильно переживаем за будущее девочки», — указал в заявление папа Алены. Физические и нравственные страдания дочери он оценил в сумму 5 тыс. рублей, плюс понесенные материальные издержки. Суд уменьшил эту цифру до 3 тыс. 300 рублей и вынес решение. Ответчик Ольга с ним не согласна. Женщина написала кассационную жалобу в областной суд.

— У меня осталось много вопросов. Откуда взялась эта сумма морального вреда, когда материального набралось всего около 20 рублей — столько денег родители Алены потратили на ее лечение и восстановление. До сих пор так и не ясно, когда точно Алена получила травму — ведь по свидетельским показаниям, она упала в тот самый момент, когда мой сын бросил в нее снежок, по мнению судебно-медицинского эксперта, травму такого характера Алена могла получить и при падении с высоты собственного роста, — перечисляет аргументы Ольга. Но, пожалуй, самый главный из них — если ее сын и причинил вред девочке, то это было по неосторожности, случайно, во время игры. Это подтверждают и показания свидетелей — двух одноклассниц школьников. Во время опросов девочки поясняли, что между Сашей и Аленой неприязненных отношений не было, в тот день они все просто играли.

Фото: Елена Бычкова
Снежки — разрешенная забава. Но теперь Ольга запрещает в нее играть своему сыну. Да Саша и сам не хочет

У родителей пострадавшей девочки другая позиция. Говорят, слишком много пришлось их дочке пережить. Считают, что на них оказывалось давление — рекомендовали не ломать парню жизнь. Но взрослые пошли до конца. Они уверены — Саша видел, куда бросал, причем делал это целенаправленно.

— Понимаете, у моей дочери перелом со смещением костных обломков. Как вы считаете, для 11-летней девочки это хорошо? — задает риторический вопрос отец Алены. — Это все операции, наркозы, процедуры… После перелома у дочери синехии возникли, частично нарушена функция дыхания, нужна операция по их удалению. В результате травмы появилась артериальная гемангиома — сосуд из-за перелома подобрался ближе к коже, из-за этого теперь на носу у дочери образовалось пигментное пятно, она комплексует, расстраивается, чтобы это убрать, также нужна операция. И третья операция нас ждет по достижении совершеннолетия — так как у нас искривлена перегородка, необходима пластика, — перечисляет мужчина.

Ольга считает: родители девочки преувеличивают степень вреда, нанесенного ее здоровью. Она уверена, что ее история — прецедент, который в дальнейшем может спровоцировать целую лавину подобных родительских исков: «Мы сами еще недавно были детьми и руки ломали, и ноги. Но никто никогда в суды не бежал. Все понимали — бывает разное».

-9%
-21%
-25%
-25%
-15%
-10%
-10%
-15%
-10%
-20%
0070970