Сергей Голесник,

В Витебском районе, возле деревень Хайсы и Дреколье, есть странное и страшное место. В лесу здесь уже давно находят человеческие останки. Их так много, говорят очевидцы, что складывается впечатление, будто ходишь по костям. Здесь работает 52-й отдельный специализированный поисковый батальон и специалист Академии наук. Корреспондент «СБ Беларусь Сегодня» отправился туда, чтобы получить информацию, как говорится, из первых рук.

Года два назад во время поисковых работ из земли извлекли останки 172 человек. Позже их перезахоронили на воинском кладбище у станции Лосвидо — как мирных граждан, погибших в годы Великой Отечественной.

В нынешнем году сельчане снова наткнулись на вырытые неизвестно кем ямы и разбросанные вокруг кости. Черепа — с пулевыми отверстиями на затылке, характерными для выстрела в упор. Этот факт породил еще одну версию возникновения массового захоронения: в лесу под Витебском лежат жертвы политических репрессий конца 30-х годов прошлого века. Почерк расстреливавших — точно такой же, как в Куропатах…

Версия первая: жертвы войны

Шоссе Витебск — Городок. Поворот на Хайсы. Железнодорожные пути. За ними по лесной дорожке нужно пройти несколько минут — и я на месте. На пригорке зияет глубокий раскоп, на краю которого — груда человеческих костей. Жутковато…

Боец поискового батальона лопатой выбрасывает песок из ямы. Его товарищ обходит вокруг с металлодетектором. Пип-пип — сигналит прибор. Через несколько секунд из-под земли военнослужащий извлекает потемневший череп. Внутри виднеется зеленая окислившаяся расплющенная пуля. Находка оказывается в руках у старшего инструктора 52-го отдельного специализированного поискового батальона Дмитрия Королева.

Чтобы лучше рассмотреть, над ней наклоняется и батальонный археолог Вадим Томилин:

— Мы работаем здесь по заявке райисполкома и военкомата. В ней указано, что это — захоронение времен Второй мировой войны. Мы трудимся только там, где шли бои любого исторического периода. Я уже приезжал в этот лес в 2015-м. Раскопки тогда вели в 300 метрах отсюда. Тогда, кстати, нашли фрагмент немецкого кителя, на основании чего сделали вывод, что захоронение относилось к периоду Великой Отечественной.

И тогда, и сейчас информация к поисковикам поступила после того, как кости в лесу разбросали «черные копатели». В 2017-м они вырыли 9 огромных ям. Три из них военнослужащие поискового батальона уже обследовали. Собрали останки 78 человек.

По словам Вадима Томилина, кости принадлежат мужчинам и женщинам трудоспособного возраста:

— Мужских останков больше. На присутствие женщин указывают расчески, гребни и модельная обувь. Много сапог, валенок, калош. Калоши датированы 1937−1938 годами. Есть монеты 1928 и 1936 годов. В 2015-м ни одной гильзы пистолета ТТ мы не находили. Только от кольта. Сейчас же есть и те, и другие.

Дмитрий Королев, старший инструктор 52-го отдельного специализированного поискового батальона, показывает обувь, обнаруженную в раскопах.

Спрашиваю, что Томилин думает по поводу ранений погребенных здесь людей. Правда ли, что все они убиты выстрелом в затылок?

Вадим берет только что извлеченный из земли череп:

— Этот пролом в районе виска свидетельствует, что стреляли издалека. Пуля большого калибра на излете проломила кость. От выстрела в упор входное отверстие — маленькое. Все это может подтвердить баллистическая экспертиза.

Нам сейчас необходимо собрать все останки из всех 9 раскопов. Они не должны валяться в лесу под ногами. Мы их опишем и отвезем на хранение в Мазоловский сельсовет. Что с ними делать, решат местные власти и следователи, которые проводят проверку.

Кроме того, мы должны найти все, что может натолкнуть на обоснованные исторические выводы: что произошло в этом лесу, кому принадлежат останки. Обнаружены две бумаги, похожие на чек и письмо. Первая может иметь дату, вторая — фамилию. Их необходимо расшифровать и прочесть. Это — зацепки.

Мы много работали в архивах, изучая материалы, свидетельствующие о расправах гитлеровцев над мирными жителями в лесах под Витебском. Жаль, но документов по этому захоронению не встречали. Хотя про уборку трупов гражданского населения и про то, что фашисты убивали местных жителей разрывными пулями (за них легко принять следы от кольта калибра 11,43 мм), в журнале боевых действий пишут партизаны бригады имени Курмелева, действовавшей в Витебском районе. В декабре 1943-го в этих местах проходила Городокская операция, закончившаяся катастрофически для наших войск.

Поэтому я не исключаю, что найденные останки могут принадлежать как замученным мирным советским гражданам, так и отступавшим красноармейцам. Однако окончательные выводы можно делать только на основании документов.

Версия вторая: объект НКВД

Олег Иов, старший научный сотрудник отдела археологии Средних веков и Нового времени Института истории Национальной академии наук, дважды участвовал в следственных действиях, которые гражданская и военная прокуратуры проводили по Куропатам. Его как опытного специалиста командировали в Витебский район, чтобы помочь поисковикам.

По мнению Олега Иова, жертвы в лесу у Хайсов убиты так же, как в Куропатах:

— Целые черепа, которые я видел, имеют входные отверстия от выстрела в упор. Людей подводили к яме и стреляли в голову. Стиль захоронения, размеры ям, глубина, форма — те же самые. Среди погибших есть пожилые. Кроме того, мы нашли две кости инвалидов, которые вряд ли могли быть красноармейцами. Скорее всего, под Хайсами убиты местные жители. Об этом свидетельствуют обнаруженные зубные щетки витебской фабрики имени Куйбышева.

Кроме того, все датированные вещи (гильзы револьвера «наган», монеты и калоши) относятся к периоду с 1928 по 1938 год. Правда, если в Куропатах большинство гильз — наганные, то в Хайсах их нашли всего две. Под Витебском в основном стреляли из советского пистолета ТТ и американского кольта.
 
Если предположить, что здесь располагался объект НКВД, то у археолога Иова складывается впечатление, что в отличие от Куропат он постоянно не работал и не охранялся:
 

— Вполне возможно, что людей здесь расстреливали время от времени. Количество погибших здесь значительно меньше, чем в Куропатах. Под Минском численность жертв подсчитывали по сохранившимся могилам. А вот под Витебском ни одной нетронутой ямы я не заметил. Неужели мародеры все выкопали? К слову, они проделали колоссальную работу. Но как?

Профессиональная аппаратура, позволяющая обнаружить под землей человеческие останки, безумно дорогая! Использовать обыкновенный металлический щуп на глубине 1,5−2,2 метра слишком трудоемко. И ради чего? Какие ценности были у советских людей в конце 1930-х?

Есть, правда, еще одна версия… Если подсчитать количество бедренных костей и черепов, то последних нашли гораздо меньше. Возникает подозрение, что целью мародеров были черепа. Но зачем они нормальному человеку?..

Олег Иов склоняется к мысли, что под Хайсами лежат жертвы политических репрессий. Однако признается, что доказать это документально пока не может:

— Если в архиве отыщется довоенный документ, свидетельствующий, что участком земли в этих местах распоряжался народный комиссариат внутренних дел, все станет понятно. Документы о землепользователях, как правило, не засекречивали. Но если это место не было официальным объектом НКВД, если людей просто вывозили в глухой лес и расстреливали, доказать что-либо будет гораздо сложнее.

Похоронить по-человечески

«Черные копатели» — огромная проблема. Но в Витебском РОВД за 2016−2017 годы не задержали и не привлекли к ответственности ни одного мародера. Заместитель председателя Витебского райисполкома Ксения Коробач связывает это с тем, что доказать вину «копателей» сложно, да и небольшой административный штраф их не пугает:

— Надругательство над останками сродни вандализму. И наказание за это должно быть более суровым. Ведь «черные копатели» не только наживаются незаконно, выкапывая ценности, но еще мешают работать историкам, археологам.

В 2015-м к поисковым работам под Хайсами Витебский райисполком привлекал поисковиков, военкомат, Следственный комитет, общественные организации, историков, археологов из Минска, Витебска, делал запросы в архивы. В том числе — в архив КГБ.
 
По похожей схеме, говорит Ксения Коробач, все будет организовано и сейчас:
 

— Мы ждем заключения экспертов, чтобы определиться, кому принадлежат найденные останки. Но каким бы ни было заключение, средства, чтобы по-человечески похоронить погибших, мы найдем. А вот уже что будет написано на надгробной плите, зависит от выводов специалистов и обнаруженных документов. Никто ничего здесь не скрывает. Все заинтересованы, чтобы справедливость восторжествовала.

Может ли возле Хайсов появиться какой-то мемориал? Ответ на этот вопрос, а также место перезахоронения останков, по словам Ксении Коробач, мы узнаем после заседания районной комиссии по увековечению памяти защитников Отечества и жертв войн. Если понадобится, вопрос передадут в аналогичную областную комиссию.

Журналистам присутствовать во время работы комиссий не возбраняется, поэтому о сделанных там выводах мы сразу же расскажем читателям.

Что же касается версии политических репрессий, то, как считают некоторые специалисты, отработать ее качественно не получится, пока не подключится прокуратура и не будет назначено расследование — как по Куропатам.
 
У автора к этой версии есть личный интерес. В январе 1938 года в Витебске комиссия НКВД приговорила к высшей мере наказания моего прадеда. 66-летнего неграмотного дворника обвинили в связях с подпольной Польской военной организацией и расстреляли. А вдруг эта история как-то связана с Хайсами?..
 

Комментарии

Светлана Сахарова, официальный представитель управления Следственного комитета по области:

— Витебский райотдел Следственного комитета проводит проверку по факту обнаружения костных останков в районе деревень Хайсы и Дреколье. Эксперты их исследуют и дадут ответы по поводу давности захоронения, наличия повреждений и механизма их образования. Чтобы расшифровать и прочесть обнаруженные в захоронении чек и письмо, назначена технико-криминалистическая экспертиза.

Дмитрий Горбач, начальник отдела медико-криминалистических экспертиз управления Государственного комитета судебных экспертиз по области:

— По останкам, найденным под Хайсами, мы проводим медико-криминалистическую экспертизу. Заключение таково: кости принадлежат людям, давность захоронения — свыше 50 лет. Определить более точно — произошло это в 1938 или 1942 году — наша экспертиза не сможет.

Ирина Шишкова, директор областного музея Героя Советского Союза Миная Шмырева:

— Работа по увековечению памяти жертв Великой Отечественной концентрируется у нас. Мы ищем документы, подтверждающие наличие тех или иных захоронений. С такими документами по Хайсам мы не сталкивались. Есть предположение, что найденные там останки принадлежат заключенным трудового концлагеря, располагавшегося в километре от Хайсов — в Боровлянах. Его узников, гражданское население, гитлеровцы заставляли ремонтировать шоссе Витебск — Городок.
{banner_819}{banner_825}
-50%
-30%
-99%
-10%
-10%
-10%
-25%
-10%
-20%