/ /

В центре Минска в последнее время открылась уйма заведений разного толка: там и уровень пафоса можно выбрать, и цены — какие хочешь. Но, пожалуй, ни одно из новых мест не может обеспечить себе такую проходимость и столько разных и верных посетителей, как первый этаж универсама «Центральный». Формат рюмочной с тортом «Мечта» в придачу не теряет популярности уже несколько десятилетий. А вид со стойки на проспект через большие французские окна еще и создает иллюзию хорошей жизни: ты красиво отдыхаешь с видом на центр города.

Один день из жизни «Центрального» и его постояльцев — в зарисовках TUT.BY. Все основано на реальных событиях, а фото носят иллюстративный характер.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

В спецпроекте «День города» TUT.BY рассказывает о том, что делает Минск именно таким, какой он есть.
Цикл статей, посвященных городу, мы открыли 3 марта, в день первого упоминания о Минске. А во вторую субботу сентября, когда традиционно отмечают День города, представим весь проект.
Необычные детали и интересные собеседники помогут нам показать жизнь Минска через столетия в одном дне.

Утро Петровича

После открытия «Центрального» прошло около получаса. В зале почти никого — поэтому продавцы спокойно протирают прилавок и выкладывают пирожные. За стойкой пара человек пока вполне интеллигентного вида потягивают утреннее пиво.

— Мне «раф», пожалуйста, — выбивается из общего антуража своей просьбой молодая девушка.

Этот модный нынче кофе подают и в соседней хипстерского толка кофейне. Но стоит он там, как пять бутылок пива. Здесь все демократично — 2,69 рубля. Капучино и то дешевле. Причем готовят его по какому-то особому рецепту: пенку в стакан выкладывают ложкой — получается «с горкой». Крышкой кофе не закрывается.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

На часах — без пятнадцати девять, на пороге универсама появляется мужчина. Его внешний вид сразу выдает здешнего постояльца: темные очки с резными дужками, кожаная куртка и светлые штаны с лампасами. Но он неожиданно останавливается возле прилавка со сладким.

— Петрович, доброе утро, — по имени приветствует его продавец.

— Доброе. Налей мне чаю сначала, — просит Петрович.

Оказывается, мужчина живет по соседству и дни напролет проводит в «Центральном»: приходит почти сразу после открытия, «бронирует» столик на день и сидит здесь с перерывами на перекур, пока магазин не закроется. Завтракает он тоже в универсаме.

Выпив чаю в другом конце зала, Петрович вернулся за чем покрепче: взял сто граммов водки и клюквенный «Швепс». Потом он еще добавит сто, потом — двести, потом — чекушку…

— Петрович, приходи прописку здесь оформляй, раз ты дома не живешь, — шутят над ним продавцы.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY
Постоялец «Центрального» Петрович

За столиком к нему присоединился товарищ. У него есть не только что выпить, но и глазированный сырок — закусить.

— Будешь половину? — предложил он Петровичу.

Но тот отказался. Молча встал и снова пошел к прилавку. Вернулся уже с набором «два по сто»: для себя и того парня. Перед тем как выпить, они решили перекинуться парой слов.

— Вот, говорят, кризис, у нас. Конечно, будет кризис. На улице уже светло, а у них вон все люстры горят. Столько киловатт зазря. Ну вот скажи мне: почему они до сих пор не выключили свет? — не понимает друг Петровича.

— Дык иди, скажи им, — Петрович дает понять, что беседа на эту тему ему неинтересна.

— Тебе хорошо: ты ж в темных очках, — пошутил другой мужчина, пытаясь сбить напряжение.

Петрович предложил выпить. Возражений не последовало. Оставшиеся на дне рюмок капли они синхронно сбрызнули себе на руки: и дезинфекция, и радость, которая всегда с тобой.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

И продавец, и психолог, и деньги экономит

— Здравствуйте! — приветствует покупателя продавец Галина Александровна.

— Здравствуйте. Двести граммов водки мне.

— Вам подешевле? Сейчас есть на акции.

— Раз на акции, то тем более ее давайте, — соглашается мужчина.

— Два рубля одна копейка.

Мужчина долго укладывает в кошелек доставшуюся ему от продавца мелочь.

— Вот я так каждому экономлю деньги, — с юмором говорит Галина Александровна.

— Спасибо вам от старого больного человека, — шуткой на шутку отвечает покупатель.

По признанию мужчины, «лечится» алкоголем он «от того же самого, от чего и заболел».

— У меня такой возраст, что мне можно. Имею моральное право. А для кого мне, вдовцу, жить?

— А детей у вас разве нет? — не соглашается продавец.

— Дети есть. Но у меня такие дети, что для них я жить не буду.

— Ну, какое воспитание…

— Да не виноват я, я им не нужен. Дай Бог всем таких детей, — на этой фразе мужчина решил уйти.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

Галина Александровна работает в «Центральном» уже 25 лет. Когда-то жила рядом, но, переехав, родной магазин бросить не решилась.

— Здесь много людей, которые действительно пропадают. Вот стоят два молодых человека за стойкой. Скоро одного из них уже выгонят из дома: потеряет и жену, и ребенка. Я ему уже об этом говорила. Он вроде и сам это понимает, но ничего с собой сделать не может, — рассказывает Галина Александровна.

По ее словам, у друга, который нынешний полдень тоже встречает в «Центральном», дела еще хуже: он пропивает все деньги. К Галине Александровне и другим работникам универсама уже не раз приходила мама парня. Просит, чтобы больше не наливали.

— Это просто жутко. Она приходит и умоляет его пойти домой. А он просто влез в такую компанию, что не может сейчас выбраться. Но мы тут бессильны, — объясняет продавец.

Галина Александровна знает постояльцев кафетерия не только в лицо и по именам, но и по личным историям.

— Признаться, и они про меня тоже хорошо узнали за столько-то лет, — говорит женщина.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

Тем временем рядом с прилавком разгорается семейный спор. Участвуют мужчина и дама с мороженым. Наблюдают — дети с чипсами.

— Можно я пива возьму, — просит мужчина супругу.

— Какое пиво, мы вышли с детьми погулять, — начинает злиться женщина.

— Ну давай хоть «нулевку»?!

— Делай, что хочешь…

Мужчина берет на кассе бутылку безалкогольного, сразу срывает пробку, отходит на пару метров и жадно выпивает до дна в три подхода. Он счастлив, его жена продолжает что-то бубнить, детям все равно.

— Я как-то одному мужчине сказала, что не буду ему продавать больше. Совсем уже пропадал. Он не ругался, а сказал: «Спасибо». Долго держался, как-то приходил трезвый, — говорит Галина Александровна. — Мне просто жалко, что люди тратят деньги на все это. Тут не пьешь, а денег все равно не хватает. А они по 20−30 рублей в день оставляют. Печально, что и молодежи здесь довольно много.

Галина Александровна шутит, что с радостью пошла бы работать в детский сад: тамошних детей еще можно чему-то научить, местных — уже поздно.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

Детям — мороженое, а курицу — на «тарэлачку»

К обеду в «Центральном» становится оживленнее. Люди из соседних офисов приходят в кафетерий перекусить.

— Вот эту котлету мне дайте и картошки немного.

— Вам на «тарэлачку»? — с колоритным белорусским «рэ» уточняет продавец.

— Да, на «тарэлачку». И чай еще, пожалуйста, — с таким же акцентом отвечает женщина-покупатель.

— Это в соседней кассе, — обращает внимание женщина за прилавком.

С самого утра и до обеда за стойкой отдыхает парень в зеленой куртке: попеременно он то смотрит в окно, то копается в телефоне. К часу дня он обновил уже четвертый бокал пива. Не допив полстакана, ушел. Но чтобы вернуться. Через несколько минут мы случайно встретились с ним по одному и тому же делу в соседней фастфудной. Есть у пива и кофе похожий эффект.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

В обеденное время магазин из рюмочной больше превращается в кафетерий. Мамы с детьми, дети с мороженым и сладостями, студенты со шпинатными слойками и капучино «с горкой».

— Я вот думаю, что буду уезжать. После всех последних акций начались проблемы в универе. Из-за этого поругался с родителями.

— А ты куды думаеш: у Вільню ці ў Варшаву, — интересуется у одногруппника другой парень.

— В Варшаву, наверное.

— Можа, гэта і правільна. Лепш тут невядома калі будзе, — рассуждает студент.

Антураж «Центрального» с советской лепниной, хлебосольными дамами на барельефах, люстрами с канделябрами и кремовыми пирожными под дешевый алкоголь отлично вписался в интерьер этого разговора.

Фото: Вадим Замировский, TUT.BY
Фото: Вадим Замировский, TUT.BY

За стойкой в углу все куда более прозаично: «ноль пять», пачка сока, две булочки и соленая килька в пакете. Такой стол себе накрыли два парня маргинального вида. Они пришли сюда в обед поговорить по душам и найти компанию на вечер.

— Вон та, может быть, — показывает один из парней на девушку в леопардовом пальто и с чаем.

— Не, эта слишком. Не прокатит. Вот к той подойду, — расписывает свой план молодой человек.

Он быстро перешел от слов к делу, которое ничем хорошим не увенчалось. Расстроившись, вернулся за стойку и стал есть кильку из пакета, запивая водкой.

Шоколадка для повышения сахара, водка — для понижения

Валерий Константинович пришел в «Центральный» уже после обеда. Костюм, шарф, желтая рубашка и длинное черное пальто выдают в нем интеллигента. Образ поменялся, когда мужчина достал из-за пазухи чекушку и вареное яйцо из кармана. Совершив ритуал, он спрятал бутылку обратно.

Он немного посмотрел в окно, а потом снова «включил интеллигента». Достал из сумки щетку для обуви, протер ботинки и ушел. Оказалось, просто покурить.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

Минут через десять мужчина вернулся. Свободных столиков не было. Он хотел было подсесть к Петровичу, но получил отказ. Мол, занято. Тогда Валерий Константинович подсел ко мне. Разрешения решил не спрашивать.

Несколько минут молчания, заедаемого сырной лепешкой, мужчина решил прервать наболевшим.

— Вот почему я должен здесь в обед водку пить? — задался он неожиданным вопросом.

Оказывается, его жена-медик уехала работать во Францию, дети — в Североморске. А он здесь один. С сахарным диабетом. Врачи не рекомендуют ему выходить из дома, поэтому с собой в «Центральный» он берет «дежурную аптечку». Так он сам называет шоколадку в одном кармане (чтобы повышать сахар), вареное яйцо в другом (ему нужен белок), чекушка — во внутреннем.

— Она мне сахар понижает. Если перебор — шоколадку сразу. Я схему своего организма уже знаю, — объясняет Валерий Константинович. — Но это и водкой назвать нельзя, это издевательство над продуктом. Скорее, спиртосодержащий продукт.

Сам он бывший военный, сейчас на пенсии. Неожиданно прочитав стихотворение, Валерий Константинович решил рассказать, откуда в его образе поэтический налет.

— Я ж на Броневом переулке живу. У нас двор прекрасный. Над нами Томка Раевская (заслуженная артистка Беларуси. — Прим. TUT.BY) жила. Колька Пинигин из Купаловского театра (художественный руководитель Национального академического театра имени Янки Купалы. — Прим. TUT.BY) жил там. Я еще его из рогатки учил стрелять. Его мама, Анна Николаевна, она нас и приучила к нормальной литературе и поэзии.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

Мужчина пожаловался, что уже несколько дней к нему не приезжает соцработник, который должен привезти продукты.

— Этому соцработничку 32 года. Он ездит на джипе с кожаным салоном. Я не спрашиваю его, где он ворует. Ну ко мне же нужно приезжать, когда положено.

Соцработника нет уже пятые сутки, еды, соответственно, — тоже. Так Валерий Константинович плавно подошел к просьбе одолжить денег.

— Сколько у нас сейчас стоит пакет кефира, пачка творога и полбулки черного хлеба?

— Рубля два с половиной.

— А можешь выручить рублей на семь? Мне там еще девчата в магазине возле дома оставили куриный сальтисон. Я его перемалываю на мясорубке и супчик себе делаю, — говорит Валерий Константинович. — Дай свой телефон, я тебе сегодня-завтра деньги верну. Я ж не побирушка какой.

Но долг все-таки остался висеть.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

Вечерний «Центральный» вместо послесловия

Вечер. В «Центральном» уже несколько раз сменилась публика. Остались только Петрович с друзьями. Валерий Константинович по-прежнему «играет» с уровнем сахара, а парень, который рискует лишиться семьи, на днях потерял работу на одном из машиностроительных заводов. Он обсуждает горе с другом.

— С китайцами они сначала возятся, чтобы поставить за пять лет 900 единиц техники. Это пыль. А нам все время повышают план, хоть ничего и не продается. Поэтому и оклад, как три года назад, остался. Чего мне там сидеть, — жалуется парень.

Но, оказывается, уволился он не сам. Его попросили написать заявление за то, что пришел на работу пьяным. Свою объяснительную, в которой написано, что его оговорили, он громко зачитывает у стойки, периодически смачивая пересохшее горло напитком из пластикового стакана.

— «Я был оскорблен и унижен, — пишу я генеральному. — А мне просто кинули три копейки и сказали идти».

— Я думаю, можно у них отсудить 10−15 тысяч баксов, — советует друг. — Правда, не у нас.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

Вечером у стойки «Центрального» в основном молодежь. Часто неформальная. С видом на проспект и напитками разного толка под шпинатные слойки они просто говорят за жизнь.

— Отдыхаем за копейки и в центре города. Еху, — отправляет подругу за шампанским девушка, у нее сегодня день рождения.

Подруга намекает, что как бы уже и хватит. Именинница хочет продолжения праздника. Но веселье прерывает охрана.

— Девушки, через пять минут мы закрываемся.

{banner_819}{banner_825}
-50%
-19%
-14%
-20%
-50%
-35%
-12%
-10%
-11%
-80%
0063408