Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Общество


В своей последней книге «Пока я на краю» Евгения Пастернак и Андрей Жвалевский затронули больную и очень непростую тему. Прежде чем книга вышла в свет, писатели консультировались с психологами, которые спасли не одну детскую жизнь, а также сами изучали группу смерти во «ВКонтакте» «Синий кит». В интервью TUT.BY Евгения Пастернак рассказала, чего стоит опасаться родителям, как говорить с детьми на сложные темы, нужно ли запрещать своему ребенку общаться с другом, который состоит в такой группе.

Фото: Владимир Евстафьев, TUT.BY
Евгения Пастернак закончила физический факультет БГУ. Первая книга — «Компьютер для женщин», над которой посмеялись многие программисты, но зато пользователи приняли на ура. Далее Евгения стала писать книги в соавторстве с Андреем Жвалевским — «52 февраля», «Охота на василиска», «Пока я на краю». Пастернак и Жвалевского называют писателями для подростков.

С Евгенией мы встречаемся в одном из минских кафе. Пока ее младшая дочка Наташа на тренировке, мы пьем чай и обсуждаем вещи, которых боятся многие родители, — группы смерти во «ВКонтакте», в них состоят тысячи подростков. Женя — мама двух дочек: 20-летней Александры и 12-летней Наташи. И мама нетипичная. Она никогда не просит детей «надеть шапку», избегает слов «обязана» и «должна», считается с их личным пространством и выбором. Она уверена: с детьми нужно говорить на равных, без слез, истерик и скандалов, тон родителей всегда должен оставаться абсолютно спокойным. В любой ситуации.

— Почему у вас вообще возникла идея затронуть такую непростую тему, как детские самоубийства?

— Она возникла еще за полгода до расследования «Новой газеты» в мае 2016 года. Книга была написана наполовину, и вдруг появились «синие киты». Можно сказать, это совпадение, ведь про группы смерти в тот момент мы ничего не знали.

— Перед тем, как книга вышла в свет, вы дали ее прочесть трем психологам. Они охотно пошли вам навстречу?

— Дело в том, что это были знакомые психологи, мы с ними общались, еще когда писали книгу про наркотики «Охота на василиска». Вообще не представляю себе ситуацию, чтобы психолог отказал в консультации.

Если возвращаться к расследованию «Новой газеты», считаю, что тогда публикация наделала больше вреда, чем сами группы смерти. Родители вместо того, чтобы поговорить с детьми, стали действовать идиотическими способами: запрещать, кричать, проверять страницы ребенка во «ВКонтакте».

— Можно, конечно, обсуждать слишком эмоциональную подачу материала «Новой газеты», но именно с этого расследования все и закрутилось.

— Не согласна, это было слишком непрофессионально, так делать нельзя. Все напоминало классическую погоню за лайками. Да, было 10 миллионов просмотров, это круто, но ведь еще есть нормы морали.

— Вас что в этой публикации смутило?

— Истеричный тон. Это как бить ниже пояса, взять и показать в кино больного раком ребенка и спросить: «Вам же его жалко?». Все обрыдаются, независимо от качества фильма. Есть рычаги, на которые давить не этично. Ситуация, конечно, непростая. Но об этом нужно говорить в спокойном тоне, а не кричать: «Ай-ай, мы все умрем, наших детей убивают». Не истерить, не нагнетать градус. Можно было рассказать повествовательно и обязательно попытаться найти выход. Задаться вопросом, что нам делать дальше.

Фото: Владимир Евстафьев, TUT.BY

Давайте посмотрим: официальная статистика по подростковым суицидам изменилась? Нет! Подростки заканчивают жизнь самоубийством не потому, что есть группы смерти во «ВКонтакте», а потому что у них не складываются отношения с родителями. Когда мы писали книгу про наркотики, психологи и наркологи в один голос говорили очень страшную фразу: «Всегда виноваты родители». И как бы мне, родителю, ни хотелось сказать: «Не может быть! Есть же еще окружение, плохая компания», — я понимаю: они правы. Всегда виноваты родители, потому что вся ответственность за ребенка лежит на них. Если родитель не видит проблемы, а ребенок уходит в группу во «ВКонтакте», то виновата не группа, а мама с папой.

«Отношения должны быть такими, чтобы не пришлось тайком взламывать страничку сына или дочки»

— Евгения, вы сказали, что родители стали поступать идиотически и бросились проверять переписку своих детей. Вы считаете, не нужно этого делать?

— Ни в коем случае! Я всегда за адекватные отношения между детьми и родителями. Вы же к мужу не полезете в социальную сеть, это аморально. Так почему с ребенком все должно быть иначе? В идеале должны быть выстроены такие отношения, когда не нужно тайком взламывать страничку сына или дочки.

Хотя, конечно, ситуации бывают разные. Это единицы родителей прочтут что-то, промолчат и сделают выводы. А большинство бросится кричать, устраивать скандал. Представляете, что будет, если подросток узнает, что его мама или папа взломали его страницу? Только одно: больше никогда родители ничего не увидят. У ребенка появятся три левые страницы, он начнет чистить журнал, доверие и контакт утратятся навсегда. Это как удар в спину, абсолютное предательство. Попробуйте просто попросить ребенка открыть переписку. Кстати, очень многие могут разрешить.

А вообще, если внимательно читать страницу ребенка, то, что он выкладывает в открытый доступ, изучать его статусы, друзей, манеру общения, можно многое узнать и выловить. Было бы желание.

— То есть вы своих детей никогда не проверяли?

— Нет.

— Кстати, вы говорили с дочками на эту тему?

— Моей младшей тогда было всего 10, маленькая, поэтому я пошла к старшей и прямо спросила: «Слушай, ты об этом что-то знаешь?».

— Говорили об этом абсолютно спокойно, предварительно убрав все эмоции, панику?

— Ну, я тоже мама и могу накрутиться, однако стараюсь не паниковать. Сашка знала не только про «синих китов», но еще рассказала мне про другое. Есть дети, наносящие себе телесные повреждения — режут руки. И у моей дочки оказались целых две реальные подруги, которые этим занимаются. Конечно, я была шокирована. Возникает вопрос: разве родители не видят, что у ребенка на руке появляются шрамы? Разве это не повод забить тревогу?

Фото: pixabаy.com
Снимок используется в качестве иллюстрации. Фото: pixabаy.com

— После этих признаний вы что решили? Запретить дочке общаться с этими девочками или нет?

— Суицид — это не заразно. Не скрою, тема неприятная, но разве можно что-то запретить подростку? Наоборот, если мы хотим вытянуть такого ребенка, помочь ему, то ни в коем случае нельзя отворачиваться. Лучше сходить с ним в кино, съесть мороженое.

«Дети могут быть доведены до края, с точки зрения взрослых, абсолютной ерундой»

— Вы сами заходили в эти группы смерти?

— Да, но ничего особенного там не нашла. Я больше читала внятные профессиональные материалы, посвященные этой теме.

— Я сама изучала эти группы, обычные картинки, чуть наивные и пафосные высказывания. Ни одного призыва прыгать с крыши не нашла.

— Это сродни высказыванию о том, что в доме повешенного о веревке не говорят. Если человек находится на грани самоубийства, стоит ему показать веревку и дать кусок мыла, он может свести счеты с жизнью. Дать это другому — он повертит веревку в руках, пожмет плечами и пойдет дальше.

Детей, которые склонны к суициду, толкнуть к этому шагу может что угодно, к примеру, увидел на дороге мертвого котенка, или одноклассница что-то не так сказала. И котенок, и одноклассница в его гибели будут ни при чем, просто он внутренне дошел до определенной грани. Конечно, эти группы могут стать последней каплей. И проблемным детям их лучше не видеть. И с ними нужно бороться.

— Вы считаете, если у ребенка устойчивая психика, все хорошо в семье, то он не поведется ни на какие уговоры друга, состоящего в группе смерти?

— Никогда в жизни, у него же нормальный инстинкт самосохранения. Если ребенок добровольно сам себе делает больно, это значит, что у него внутри такая боль, что внешняя просто не чувствуется. Самое ужасное, дети могут быть доведены до края, с точки зрения взрослых, абсолютной ерундой. К примеру, у мальчика рухнул мир из-за несчастной любви, он на краю, а тут еще папа сказал, если будет три по математике, не возьмет в отпуск. И все, жизнь кончена.

— Дети группами смерти ведь интересуются не только, когда проблемы в семье, первая несчастная любовь может переживаться очень остро.

— Как говорят психологи: «Подростковые самоубийства — это не про смерть, они про жизнь». Да, психика детей в этот момент очень неустойчива. К примеру, смотрит девочка в зеркало и думает, какая она красавица. А мимо проходящий парень роняет, что у нее кривые ноги. Все. Прошло буквально 10 секунд, и она уже рыдает, жизнь перевернулась. Но если у подростка есть тыл, дом, в который он может прийти, забиться на диван и рыдать два часа горючими слезами, то он точно не заинтересуется «синими китами». Другое дело, когда на всех фронтах плохо, а дома еще добавляют, долбят про экзамены, будущую профессию.

«Детей нужно научиться отпускать с 12 лет»

— Сейчас вам родители тут же ответят: «Хорошо, оставлю ребенка в покое, он же личность. А потом он все провалит и никуда не поступит».

— Ну, не поступит. И что? Мы пытаемся продлить им детство какими-то всевозможными способами, начинаем себя оправдывать, что наши деточки маленькие, а мы просто хотим для них счастья, мы же лучше знаем. Вот поступит на юридический факультет, еще спасибо скажет. Не скажет. Отпустите. Они сами должны решить, кем им стать.

— Отпустить прямо в подростковом возрасте?

— Лет с 12, да. Нужно дать возможность ребенку делать ошибки, а не стоять над ним. Не поступит с первого раза — не беда. Поработает, поступит потом. Куча народа бросает институты, но это не значит, что по жизни у них ничего не получается. Нам все время кажется, что дети не справятся. Особенно как-то опекают мамы мальчиков. Здоровый парень 19 лет лежит на диване, от армии отмазали, нигде не работает. Родители дорогие, зачем вы это терпите?

Фото: Владимир Евстафьев, TUT.BY

— Надо как в Америке: исполнилось тебе 18 лет, и иди на все четыре стороны?

— Желательно да. Но с учетом того, какое у нас дорогое съемное жилье, для начала нужно перестать кормить. Вы же должны выводить его из зоны комфорта, в которую сами вогнали. У нас множество детей 7−8 классов приезжают в школу на машине, они элементарно не умеют пользоваться общественным транспортом. Ребенок с 10 лет должен уметь ходить в магазин за покупками, делать элементарный обед. Моя старшая дочка работала с 9-го класса, подростков это очень отрезвляет. Оказывается, телефон за 300 долларов не падает с неба, на него нужно работать два месяца с утра и до вечера.

— Ваша старшая дочка без проблем поступила в два университета, а потом бросила. Вы это спокойно пережили?

— Да, хотя со стороны родных было давление. Но в чем проблема? Человеку всего 19 лет. Парадокс в том, что Сашка не говорила, что вообще не хочет учиться, она не хотела учиться именно в этих заведениях и взяла год, чтобы принять решение.

«Ребенок должен уметь сказать «нет»

Фото: Reuters
Ребенок, который слушается родителей, может слушаться и «дядю во «ВКонтакте»

— Евгения, так как себя вести родителям с подростком?

— Не паниковать, успокоиться. Вообще родителям нужно научиться разговаривать с детьми, без нотаций, поучительства. Нормально общайтесь, перестаньте все время учить жизни, а если что-то угнетает, скажите об этом спокойно: «Меня эта тема пугает, давай вместе почитаем об этом информацию в интернете». Если есть силы над этим посмеяться, отлично. Потому что смех убивает все страхи.

Я своим детям часто и много рассказываю о манипуляции, повторяю: вы никому и ничего не должны, если тебе кто-то пишет, что ты должна встать в 4.20 утра, иначе твоя мама умрет, первый вопрос, который должен возникнуть: «Кому должна и зачем?». И еще очень важно научить ребенка говорить «нет». Но тут начинаются серьезные подводные камни, ребенок, который не поддается манипуляции и умеет говорить «нет», первым делом скажет «нет» собственной маме. Серьезная дилемма для родителей. Да, мы хотим воспитать свободного человека, но он в первую очередь будет свободен от мамы и папы. Но парадокс в том, что если он будет слушаться вас, то и дядю во «ВКонтакте» тоже будет.

— Чего стоит бояться родителям?

— Потери контакта. Самое ценное, что есть, — это наши отношения. Я как-то спрашивала у психолога, от чего стоит защитить ребенка, ответ был однозначный: «От вранья». И еще она добавила, чтобы спрогнозировать, будут ли у подростка проблемы со взрослыми, нужно задать вопрос: «Сколько в этой семье врут?». Это и есть показатель. Если ребенок растет в атмосфере вранья, он сам будет врать.

В подростковом возрасте ложь и неискренность воспринимаются более воспаленно. Почему дети так психуют в школе? Потому что перед ними бесконечная двойная мораль: ты думай, что хочешь, но сказать ты должен вот это.

Просто не устраивайте шоу, спектакли, не драматизируйте, не вступайте в бесконечную войну. Вспомните вы себя в этом возрасте! Такое чувство, что у взрослых отшибает память. Что мы делали, когда нас просили убраться в комнате, надеть шапку, не общаться с тем мальчиком?

— Хлопали дверью и уходили.

— Именно. Так вот стоит теперь перед тобой такое же существо и чувствует то же самое, что и ты тогда.

«Нам нужно научиться расслабляться и расслаблять своих детей»

— Родители часто слышат, что замкнутость ребенка должна их насторожить, начинают себя накручивать. Почему так много времени он проводит один? Как вести себя в этой ситуации, чтобы не навязываться, но в то же время не терять с подростком связь?

— В ответ на статью в «Новой газете» очень хорошо сказала одна девочка: «Когда мне плохо и я закрываюсь в своей комнате, не надо тарабанить в дверь со словами: «Выйди немедленно». Лучше спросите: «Будешь ли ты чай с печеньками?».

Выход один и очень простой: вместо того чтобы листать группы с «синими китами», просто подойдите к ребенку и скажите, что любите. И говорите это 25 раз в день. Он должен знать это железобетонно, несмотря на то, что у него тройка по математике. Я не говорю, что плохая оценка — это хорошо, но тон подачи должен быть другим. Можете сказать, что вам не нравится ее мальчик, но делайте это спокойно, а не кричите и не запрещайте с ним встречаться. Чем больше мы давим, запрещаем, тем более противоположный результат получаем.

Я уже давно пришла к выводу: когда тебе плохо и ты приходишь к любимому человеку, даже если 100 раз накосячил и сам виноват, важно, чтобы тебя просто обняли. И меньше всего в этот момент нужно рассказывать, как стоило поступить, и повторять: «А я говорил». Если меня в этот момент начнут учить жизни, то… (начинает смеяться. — Прим. TUT.BY), я быстро вытру слезу и сама еще всех научу.

Недавно в одной публикации прочла: если вы авторитетный родитель, вам не надо постоянно поддерживать этот статус. Но если вы авторитарный, то приходится вечно давить на ребенка.

Фото: Владимир Евстафьев, TUT.BY

— Как думаете, пройдет немного времени и волна с «синими китами» спадет?

— Да, но появится что-то другое. У нас у всех повышен градус тревожности, потому что живем в вечном напряжении. Что дальше? Сегодня тебя объявят тунеядцем, завтра введут новый налог. Мне нравится приезжать в Европу и наблюдать за людьми, какие же они расслабленные! Даже в длинной очереди улыбаются, без проблем пропускают того, кто спешит. А у нас попробуй пройти! Мы все время ждем удара, готовы тут же ответить, постоянно в тонусе, если что — сразу в челюсть. И всю тревожность переносим на детей. Меня просто потрясли шведские и финские дети. Они так расслаблены, что это им позволяет слышать друг друга, спокойно воспринимать другую точку зрения, а не бросаться тут же с наездами на оппонента. Спросишь, кем хотят быть, спокойно отвечают: «Хочу чинить машину, печь пиццу». Зато наши дети все рвутся в экономисты и юристы. А зачем?

Нам нужно научиться расслабляться и расслаблять своих детей, не перенося на них свои комплексы и ожидания. Мне запомнилось интервью с лучшими мировыми фотографами. Абсолютно у всех в детстве была одна история — они занимались ерундой и с трудом что-то закончили. А один эротический фотограф, который снимает для самых известных изданий, рассказывал, как его отец постоянно повторял: «Что из тебя выйдет? У тебя в голове только бабы и фотография». А сейчас он зарабатывает огромные деньги, вот вам и ерунда.

0058648