Анастасия Орловская, Алесь Достанко,

В четверг, 2 марта, в суде Слуцкого района начался процесс по факту гибели от угарного газа двух работниц в кафе «На Серпуховской». В трагедии обвиняют директора заведения — что он легкомысленно относился к своей работе и не обеспечил вовремя техобслуживание котла и проверку системы вентиляции.

Фото: kurjer.info

Напомним, днем 5 февраля 2016 года в помещении пищеблока одного из кафе города Слуцка Минской области были обнаружены тела двух женщин возрастом 44 и 40 лет. Кафе работало по спецзаказу, женщины готовили блюда для мероприятия, запланированного на вечер того же дня. Они умерли от острого отравления угарным газом.

По делу проходит один обвиняемый, 42-летний Дмитрий Колядко. Сейчас он работает водителем в одной из таксомоторных фирм Слуцка. Ранее (с 2012 года) — директор ООО «Сервис НК», где и работали погибшие женщины. Он же был ответственным за безопасную эксплуатацию газового оборудования.

Дмитрий Колядко заявил, что защищать себя в суде будет сам. Его обвиняют по ст. 428 Уголовного кодекса (Служебная халатность). Санкция статьи — вплоть до лишения свободы на срок 5 лет.

Четыре человека признаны потерпевшими по делу.

Обвиняемый частично признал свою вину, сославшись, что часть ответственности должна лечь на газовую службу района.

Напомним, в декабре Следственный комитет сообщал, что во время расследования трагедии были установлены основания для возбуждения еще одного дела по ст. 427 Уголовного кодекса (Служебный подлог). Фигурант — 61-летний техник по наладке и испытаниям лаборатории УП «Слуцкого пожарно-спасательного депо» РГОО «БДПО».

По данным следствия, мужчина обязан был проверять техническое состояние дымовых и вентиляционных каналов. Но в 2013 и 2014 годах при проверках в кафе внес ложные сведения в акты проверок.

Фото: kurjer.info
Перерыв заседания. Все это время обвиняемый сидел за трибуной, тяжело склонив голову

Выступила сторона обвинения. В выступлении отмечалось, что Дмитрий Колядко, будучи ответственным лицом за эксплуатацию газового оборудования, не обеспечивал ремонт этого оборудования и не способствовал регулярному контролю оборудования. Он, по версии обвинения, легкомысленно относился к исполнению своих служебных обязанностей и не обеспечил вовремя должное техническое обслуживание газового котла и проверку инженерной системы вентиляции.

Мужчина арендовал здание по адресу улица Серпуховская, 41. Изначально в 2015 году там работал продовольственный магазин, но позже его закрыли. А подвальное помещение оборудовали под кафе.

5 февраля 2016 года две женщины — Елена Л. и Татьяна Т. — готовили на кухне этого кафе блюда для предстоящего мероприятия — встречи выпускников. В тот же день тела Елены и Татьяны были обнаружены на полу без признаков жизни. Как позже показали результаты экспертизы, женщины погибли от острого отравления угарным газом.

Далее суд выслушал самого Дмитрия Колядко.

«Признаю, что своевременно не обслужил газовое оборудование. Виновен в том, что люди погибли», — пояснил он. Также добавил, что у него не было возможности обслужить котел по причине отсутствия необходимых на него документов.

По словам подсудимого, он начал осуществлять свою деятельность в 2016 году. Строение по улице Серпуховской он арендовал.

«Знаю, что в здании до нас был продовольственный магазин. Владельцы сказали, что переезжают в другой город и у них нет времени магазином заниматься… Там были газовый котел, весы, холодильное оборудование, две плиты. Когда мы составляли договор аренды, в нем указали неверное название котла», — пояснил во время заседания Дмитрий Колядко.

Дмитрий заменил две газовые плиты на новые. Сотрудники газовой службы предложили пройти Дмитрию 4-дневное обучение в «газовом институте». На курсах, по его словам, ему разъясняли возможные неисправности газового котла и поясняли, куда нужно обращаться в случае его неисправностей.

Дмитрий Колядко вспомнил события трагического дня. В первой половине дня он находился вместе с женщинами на кухне. В тот день в том помещении были также его бывшая супруга и дочь.

Одной из сотрудниц стало плохо. Но никто не догадывался, что может произойти трагедия.

Дмитрий Колядко отметил, что проблем при использовании котла не было. Единственное, что при включении горячей воды на первом и втором этажах одновременно котел мог отключиться. Документы на оборудование, по его словам, остались у арендодателя.

«Мы пытались им намекнуть, что можно поменять котел в счет аренды. Но ответа не поступило. Это был разговор по телефону. Мы так хотели не из-за того, что он проблемы создавал. Просто хотели заменить оборудование», — сказал обвиняемый.

По его словам, в 2013—2014 годах он по объявлению в газете вызывал мастера, который почистил котел. Но отметки сделать негде было, ведь документов не было. «Однако в 2015 году мы не пригласили газовую службу, это мое упущение. С октября начал ездить по больницам».

Также в ходе заседания выяснилось, что обвиняемый на момент трагедии проходил реабилитацию в связи с тяжелым заболеванием. Находился в Слуцке.

«Вечером того дня мне позвонила бывшая супруга. Она работала в том же здании парикмахером. Она спускалась в туалет, который находился в подвальном помещении, и обратила внимание на подозрительную тишину».

Женщина вошла на кухню и обнаружила тела сотрудниц. Она позвала дочь и клиентку, которые находились в парикмахерской. Тела сотрудниц кафе вытянули из помещения, пытались оказать им помощь.

«Если бы можно было все вернуть… Мои родные тоже находились в том здании», — сказал подсудимый.

Родные погибших: «Я видела газовый котел. Сестра говорила, что боится его»

Во второй половине дня суд выслушал потерпевших. Выступили дочь и сестра погибшей Елены Л., а также мать погибшей Татьяны Т.

«Это невосполнимая утрата, — рассказала дочь погибшей Елены. — Мама помогала в приготовлении блюд и проведении банкетов. Рассказывала, что в помещении не хватало воздуха, жаловалась на плохую вентиляцию. Они с Татьяной открывали двери, чтобы впустить поток воздуха. Говорила, что плохо работает котел. За некоторое время до трагедии у мамы болел желудок, она не могла есть. Болела голова. Мама говорила, что и Татьяна имеет проблемы со здоровьем, что у нее случаются обмороки вплоть до конвульсий».

Присутствовала на суде старшая сестра Елены, она проживает в Минске: «Сестра мне доверяла, у нас были близкие отношения, мы созванивались постоянно. Я ее очень любила. В одно время она планировала перейти работать в «Евроопт», но решила остаться в кафе. У нее учились дети, она хотела им помочь. Сестра говорила мне, что в кафе старое оборудование. Однажды я в это кафе к ней заходила. Тогда сестра меня познакомила с Татьяной — второй погибшей. Я видела газовый котел. Сестра говорила, что боится его и ждет постоянно Татьяну, чтобы та его включила.

В последнее время сестре было плохо. Я помогла ей с обследованием в Боровлянах. Она была бледная, не могла ничего есть. Мы делали УЗИ, сдавали анализы. Симптомы были схожи с панкреатитом. Но мы ее состояние не связывали с работой. Сестра говорила, что на работе ей становится хуже. Мы еще шутили, что аура в кафе просто такая".

Во время выступлений потерпевших несколько присутствовавших не смогли сдерживать слезы.

Сестра Елены отметила, что погибшие дружили. Беспокоились женщины и о здоровье друг друга. Татьяна тоже в последнее время перед трагедией жаловалась на самочувствие. Елена после работы однажды не отпустила ее домой, а пригласила к себе переночевать. Боялась, что коллеге ночью понадобится помощь, а никого рядом не будет.

В субботу, 23 января 2016 года (за две недели до трагедии), Татьяне стало очень плохо, она теряла сознание, были судороги. Ей вызвали скорую помощь.

Медики сказали, что такое состояние из-за усталости. Никто не мог подозревать, что это может быть из-за угарного газа.

«О трагедии узнала от племянника, который работает в Слуцке в МЧС. Он поехал на тот вызов. Он мне позвонил в 16.50. Сказал, что женщины, скорее всего, отравились угарным газом и что на место едут эксперты из Минска… Кстати, мы с сестрой накануне обсуждали подобную трагедию, которая произошла в Борисове. Она мне звонила и плакала, жалела погибших людей».

«Согласно заключениям судебно-медицинских экспертиз, смерть женщин наступила от острого отравления угарным газом, на что указывает концентрация карбоксигемоглобина в их крови 71%», — рассказывали ранее в Главном следственном управлении Следственного комитета.

Далее суд выслушал мать погибшей Татьяны. Женщина рассказала, что ее дочь незадолго до трагедии построила квартиру, за которую сейчас нужно платить.

«Дочка работала на мясокомбинате поваром, а по выходным подрабатывала в кафе. Кафе маленькое, на 50 человек. Кухонька небольшая, решетки на окнах, маленькие окна. Конечно, в случившемся и упущение газовиков немножко. Утечка газа была, никто не обратил внимания. В январе 2016 года мне звонила дочка и говорила: «Мама, мне плохо».

Я ей говорила, чтобы сидела дома. Она раньше никогда не ходила в больницу, а тут ей руки начало выкручивать. Колядко вызывал ей скорую. Как-то утром она пошла в больницу. Ей там ничего не сказали, выписали какие-то препараты».

Когда стороны были допрошены, судья объявил перерыв до 3 марта.

-20%
-50%
-40%
-20%
-10%
-50%
-15%
-20%
-25%