Общество


В последнее время отношения Беларуси и России накалились. До сих пор не решен нефтегазовый конфликт, Россельхознадзор запретил поставки говядины из Минской области, а Александр Лукашенко пригрозил главе российского ведомства уголовным делом. При этом на федеральных телеканалах только за последние два месяца вышло около пяти программ, посвященных российско-белорусским отношениям.

TUT.BY решил объяснить, что же все-таки у нас с Россией происходит, и собрал восемь народных страхов по поводу сложившейся ситуации. Эксперты их прокомментировали.

Страх 1. «Если Россия будет запрещать наши продукты, мы больше не будем их туда поставлять и останемся без зарплат»

Это неправда. Да, Россия — ключевой рынок для Беларуси. Например, туда уходит 90% белорусского сельхозэкспорта. При этом в 2016 году, в том числе учитывая все запреты Россельхознадзора, поставки в соседнюю страну снизились на 1,1% — до 3,705 млрд долларов.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY

Больше всего из продуктов мы поставляли в прошлом году в Россию сыров и творога (экспорт за 2016 год составил 675,8 млн долларов), сгущенного и сухого молока (424,5 млн долларов) и говядины (315 млн долларов).

Действительно, сейчас между Беларусью и Россией идут продовольственные баталии. Но все запреты на поставку продуктов аргументированы. Например, говядину и говяжьи субпродукты из Минской области запретили, обвинив нас в реэкспорте украинского сырья и нарушении санитарных норм. Если поставки говядины из Беларуси запретят полностью, то этот запрет будет чисто политическим.

В случае полного отказа быстро заменить объем белорусского импорта россияне не смогут. Например, по молочным продуктам 90% российского импорта — товары из Беларуси.

— У нас с Россией была только одна торговая война, которую Россия выиграла. -вспоминает директор Исследовательского центра ИПМ Александр Чубрик. — Это сахарная война 2006 года. Мы продавали колоссальные объемы сахара. В итоге Россия сказала, что мы столько сахарной свеклы, сколько поставляем сахара, не производим и что в том числе делаем сахар из кубинского тростника. После этого объемы экспорта сильно снизились (вдвое — до 180 тысяч тонн сахара в год. — Прим. TUT.BY). Сейчас мы поставляем в рамках наших производственных возможностей.

Страх 2. «Если отношения с Россией не наладятся, то Лукашенко заменят на какого-нибудь пророссийского кандидата»

Это вряд ли произойдет. Более того, Беларуси и белорусским властям невыгодно еще больше портить отношения с Россией.

— Наши ближайшие президентские выборы пройдут только через четыре года. Это продолжительный период, чтобы держать ситуацию на таком градусе, на котором она сейчас. Мне кажется, что ситуация разрешится быстрее, — говорит политолог, директор института политических исследований «Политическая сфера» Андрей Казакевич.

Фото: Reuters
Фото: Reuters

Он уверен, что «пророссийский кандидат», которого поддержит Россия, может появиться на политической арене Беларуси, только если наши отношения ухудшатся.

— А ухудшиться они могут, если Беларусь начнет разрывать союзнические отношения, выходить из ОДКБ, заморозит военное сотрудничество, будет на внешнеполитической арене поддерживать инициативы, которые считаются антироссийскими, например, украинские, — говорит он. — Но все это маловероятно, потому что Беларусь, разрывая отношения с Россией, многое теряет и непонятно, что выигрывает.

Страх 3. «Мы ведем себя нечестно по отношению к России: не платим долг за газ и пытаемся реэкспортировать санкционные товары»

Это скорее неправда. По мнению экономиста и старшего преподавателя экономического факультета БГУ Михаила Чепикова, наши экономические отношения с Россией не такие очевидные и простые. И если бы они были чисто рыночными, то и претензий друг к другу бы не было.

Он говорит, что у нас не было ни одного дефолта — отказа платить по долгам перед Россией. Если у нас нет денег заплатить сразу, мы берем в долг и долги потом погашаем.

По последним данным, озвученным российской стороной, сумма задолженности Минска перед Москвой за поставки газа составила 550 миллионов долларов.

— Там, скорее всего, проблема в том, что договор можно неоднозначно трактовать, — говорит он по поводу нефтегазового конфликта Беларуси и России. — К сожалению, в России и Беларуси правительство решает вопросы не в юридической плоскости, а в плоскости договоренностей. И поэтому они считают, что написанное на бумаге не так важно, как то, о чем договариваются руководители. О чем они между собой договорились, мы не знаем. Получается, что одним хочется одно, другим — другое, на бумаге это все не оформлено — и возникает конфликт. Избежать этого можно было бы, если бы наши отношения развивались в рыночном русле.

Фото: Александр Васюкович
Фото: Александр Васюкович

По поводу обвинений в реэкспорте санкционных товаров эксперт также считает, что не все так очевидно.

— Если мы находимся в едином союзе, то его члены не могут в одностороннем порядке закрывать рынок для третьих стран. Это нужно делать согласованно. Россия ввела санкции против товаров с Запада односторонне, не спрашивая об этом Беларусь. И Беларусь к этим санкциям не присоединялась. Если бы это было, как происходит в международной практике, то мы должны были или присоединиться к этим санкциям, или иметь легальный доступ на российский рынок с этими санкционными товарами. Есть еще один вариант — мы присоединяемся к санкциям и получаем компенсацию за то, что теряем на этом. Но эти вопросы никто не поднимал, — говорит он. — Россия приняла решение односторонне. Когда союзники попытались как-то из этой ситуации выйти, нас же и обвинили в том, что мы ведем себя не по-союзнически. А когда Россия пытается закрыть нас вместе в чулане, это по-союзнически?

Страх 4. «Россия нас кормит, и без России мы никто»

Так ставить вопрос неправильно. Да, мы зависим от российского рынка больше, чем другие соседи России. Многие наши предприятия еще со времен СССР заточены под тесную интеграцию с российскими.

По данным Белстата, экспорт товаров из Беларуси в 2016 году составил 22,987 млрд долларов, из них в Россию — 10,819 млрд. Кроме продовольствия мы экспортировали в Россию грузовики — на 484 млн долларов, тракторы — на 216,8 млн долларов, автозапчасти — на 186 млн долларов, мебель — на 160,1 млн долларов, холодильники — на 151 млн долларов, шины — на 121 млн долларов.

— Когда рядом с тобой есть крупный рынок, вполне логично ожидать, что ты будешь поставлять на него продукты. Если не брать в расчет нефть, нефтепродукты и калийные удобрения, то более 60% нашего экспорта — в Россию. Это не плохо. Это самый понятный рынок для нас, и мы с 1995 года находимся в Таможенном союзе, поэтому с Россией у нас довольно тесные связи. Разрушение этих связей будет болезненным для обеих сторон. Это не односторонний процесс. Понятно, по нам это может ударить больнее, но по России это тоже ударит, — говорит директор Исследовательского центра ИПМ Александр Чубрик.

Фото: Reuters
Фото: Reuters

По мнению эксперта, фраза, что «Россия нас кормит, и мы без нее никто», такая же бессмысленная, как и то, что «США кормят Китай, и без США Китай ничто».

— В нашем взаимосвязанном мире говорить такое глупо. Это то же, что говорить, что мой работодатель платит мне зарплату, он меня кормит, и перестать называть его шефом, а начать называть кормильцем, — уверен он.

Страх 5. «Если разругаемся с Россией, то она потребует возвращения всех долгов. Мы это сделать не сможем, и нас включат в состав федерации»

Это невозможно. Во-первых, долги мы погашаем по четкому графику, а во-вторых, потребовать что-то погасить досрочно нельзя. При этом мы должны не только России, и не только она нам дает кредиты.

Фото: Reuters
Фото: Reuters

Например, по данным БелаПАН, в 2017 году Беларусь должна вернуть России 741,3 млн долларов, Евразийскому фонду стабилизации и развития — 487,9 млн долларов, а также Китаю — 381,7 млн долларов.

— Многие страны, и Россия в том числе, объявляли дефолт и отказывались платить внешним кредиторам. Но это не означало, что кого-то включали в состав другой страны, — говорит директор Исследовательского центра ИПМ Александр Чубрик.

Страх 6. «Мы выйдем из союза с Россией и создадим союз с Украиной»

Не будет ни того, ни другого.

— Из союзных отношений с Россией мы не будем выходить ни при каких условиях, — говорит директор по исследованиям дискуссионно-аналитического сообщества «Либеральный клуб» Евгений Прейгерман. — Суть нашей внешней политики, чтобы через максимально полные и интенсивные отношения с Россией получать все, чего недостает стране для существования в первую очередь в экономическом плане и что нельзя получить в других странах мира. Речь идет об отношениях по энергетическим вопросам и доступе на российский рынок. Да и специфика нашей продукции такова, что зачастую она ни на каких других рынках, кроме российского, не конкурентоспособна.

Фото: Reuters
Фото: Reuters

По его мнению, при этом тесные союзнические отношения с Россией расширяют возможности для геополитического маневрирования Беларуси.

— Чем теснее и интенсивнее наши отношения, тем спокойнее люди в Москве смотрят на поведение Беларуси. Это если грубо говорить. Люди в Москве — это не только Кремль. Там есть разные группы, которые иногда смотрят на мир не так, как смотрит Путин.

К союзу же с Украиной у нас нет предпосылок.

Страх 7. «Между Россией и Беларусью будет война»

Войны не будет. То, что сегодня происходит в отношениях Беларуси и России, можно назвать торгом. И такая ситуация происходит не в первый раз.

— Война — это продолжение политики военными средствами. У этой политики должна быть какая-то цель. Если бы Россия желала войны, то для чего? Что бы она хотела получить, чего у нее нет сейчас? — анализирует ситуацию военный обозреватель Александр Алесин. — Войны не будет, потому что при силовом варианте решения вопросов Россия потеряет как возможность контролировать территорию Беларуси несиловым путем, так и симпатию населения. Кроме того, ее будут воспринимать как врага и на постсоветском пространстве, никто с Россией ни в какие интеграционные игры играть не будет.

Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY
Фото: Ольга Шукайло, TUT.BY

Он говорит, что вскоре после распада Советского Союза, в 1995 году, Беларусь и Россия заключили пакет соглашений. Беларусь обещала сохранение двух российских объектов — радиолокационной станции (РЛС) «узел Барановичи» типа «Волга» в Ганцевичах и пункт связи Военно‑морского флота России «Вилейка» и беспрепятственный доступ к инфраструктуре, если возникнет военная угроза. Со своей стороны, Россия обещала Беларуси свободный беспошлинный доступ белорусских товаров на российский рынок, дешевые газ и нефть. Это все было до Таможенного и Евразийского союзов. И это соглашение, сделка действуют до сих пор. Единственное, почему ссорятся Беларусь и Россия, — сколько это стоит. И эта игра идет с 1996 года.

Страх 8. «У нас будет граница с Россией из-за того, что мы пустили иностранцев на пять дней без виз»

Из-за этого границы не будет. Россия ввела режим пограничной зоны с Беларусью накануне запуска нашей страной пятидневного безвизового режима для граждан 80 стран. Более того, отменить свободное передвижение в Россию для белорусов (то есть отсутствие полноценного паспортного контроля с печатями, вопросов про цели поездки, запретов на въезд) могут лишь в случае радикального ухудшения отношений между странами.

Сейчас можно предположить, что из-за режима пограничной зоны белорусам могут ужесточить правила пребывания в российской пограничной зоне (примерно 30 км). При этом российские пограничники всегда будут проверять паспорта у белорусов при пересечении границы, что сейчас уже и происходит.

Фото: Владимир Евстафьев , TUT.BY
Фото: Владимир Евстафьев, TUT.BY

По оценкам Андрея Елисеева, аналитика исследовательского центра Eurasian States in Transition (EAST), в последнее время Россия планомерно ужесточает контроль за своими границами.

— Это связано с ухудшением отношений с Украиной и странами Запада, а также с намерением закрыть все лазейки для возможных террористических угроз. Плюс возможность более тщательного досмотра грузов из Беларуси в Россию, что актуально после введения Россией эмбарго на западные продукты питания, — говорит эксперт.

Он приводит пример, что у Беларуси с Турцией с 2014 года действует безвизовый режим, а Россия восстановила визовый режим с Турцией с 2016 года.

— То есть с прошлого года, еще до введения Беларусью пятидневного безвиза, для граждан Турции существовала лазейка через Беларусь нелегально оказываться в России благодаря отсутствию пограничного контроля на белорусско-российской границе, — отмечает он.