Подпишитесь на нашу ежедневную рассылку с новыми материалами

Общество


фотоНа эту крайнюю меру Василий Силиверст пошел, чтобы доказать связь своей инвалидности с аварией на Чернобыльской АЭС

- Проходите, чаю сейчас сделаю, — приглашает Василий Николаевич на кухню.

- Может, не надо? Я буду чай пить, а вы сидеть и смотреть, что ли? — мягко пытаюсь отказаться с учетом ситуации, но Василий Николаевич настаивает: «Я уже привык, спокойно смотрю, как жена с сыном едят».

- И давно вы голодаете? — недоверчиво оглядываю я крепкого на вид седовласого мужчину.

Он замечает мое недоверие и хлопает себя по животу.

- На живот не смотрите, это не от еды. Обычно шутят, что это комок нервов. Но мне, знаете, шутить не хочется — живот не от здоровья. Врачи говорят, есть опухоль. Может, голодовка и на пользу ему пойдет, а может, и нет. Жизнь покажет, если выживу. Голодаю с 25 апреля — как ответ из Минздрава пришел.

В Минздрав Василий Силиверст обратился с просьбой признать причинную связь его инвалидности с чернобыльской катастрофой. Обратился уже не в первый раз, и не в первый раз получил отказ.

- Установление причинной связи дает дополнительные льготы? — пытаюсь я понять настойчивость ликвидатора.

- Да, инвалиды Чернобыля получают хорошую прибавку к пенсии, могут бесплатно приватизировать жилье, еще ряд других льгот. Но только вы не подумайте, что на голодовку я из-за льгот пошел. Просто я столкнулся с какой-то непробиваемой стеной. В 88-м году меня, офицера запаса, абсолютно здорового 30-летнего человека призвали на спецсборы и отправили в Чернобыль. Что я делал там, вспоминать не хочется. Приказали разобрать казармы по бревнам и кирпичам в воинской части, а они светятся от радиации. Дал приказ сжечь. Тем и занимались: ровняли город с землей. Полгода отслужил — начались проблемы со зрением. Потом село сердце. Начались патологические изменения в щитовидке. Ушел здоровым, а через полгода вернулся практически инвалидом. Два инфаркта, катаракта, щитовидка — и врачи меня пытаются убедить, что нет никакой связи с Чернобылем!

- Ваша семья поддерживает вас?

- Да, и жена, и сын, и мама. Говорят, может, все-таки мне удастся пробить эту стену. Я из-за этих болячек потерял работу, почему я не могу получить хоть что-то взамен?

С работой у Василия Николаевича действительно не сложилось из-за частых больничных. По собственному желанию уволиться он отказался. Уволили по сокращению штатов. Василий Николаевич обратился в суд.

- Я как ликвидатор имел преимущество при сокращении штатов. Но суд отказал мне в иске и мотивировал это указом президента, по которому все руководители отделов должны были пройти переутверждение. А я, мол, просто не прошел и попал под сокращение штатов в связи с реорганизацией — спорткомитет реорганизовался в отдел. Прокурор доказывал, что это была не реорганизация, а переименование, но бесполезно.

Тогда Силиверст написал первое письмо министру здравоохранения: «Прошу меня проверить на предмет экспертного заключения о моей трудоспособности». Ликвидатора направили в Минск в НИИ медико-социальной экспертизы и реабилитации. Там определили третью группу инвалидности. Сейчас, после двух инфарктов, уже вторая. Неофициально врачи в Калинковичах не отрицают: все это Чернобыль. Но официально никто этого не подтверждает — ни военно-врачебная комиссия, ни межведомственные экспертные комиссии.

- Вы только почитайте, что они мне пишут, — возмущается Василий Николаевич, перебирая собранный за годы архив переписки с чиновниками. — «По мнению ученых кардиологов, ведущих специалистов в области радиационной медицины, заболевания сердечно-сосудистой системы, которыми вы страдаете, радиационно обусловленными не являются и не соответствуют критериям перечня заболеваний, возникновение которых может быть связано с последствиями катастрофы на ЧАЭС. На этом основании связать их с участием в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС не представляется возможным».

Я категорически не согласен с экспертным советом, они подошли ко мне формально. В перечне заболеваний, которые могут быть связаны с Чернобылем, ишемическая болезнь сердца есть. Но условие таково: возникновение в течение первых двух лет после катастрофы. А меня только через два года туда призвали. Значит, я не вписываюсь в их инструкцию. Вот что интересно: почему-то никто и не вспоминал об инструкциях, по которым я имел право не ехать на эти сборы — у меня жена была в декретном отпуске. Кстати, из моей роты 12 человек уже нет в живых — умерли, не дожив до 50 лет. Я, когда вспоминаю то время, ужасаюсь. 200 тысяч народу вывезли из зоны, а 600 тысяч со всего Советского Союза свезли туда на работы. Это же фабрика инвалидов получилась…


ОФИЦИАЛЬНО

Главный врач Калинковичской районной больницы Александр ШЕВКО:

- О голодовке и своем протесте Василий Силиверст поставил меня в известность. Я принял меры, обязал врача навещать Силиверста каждый день. Но дней через пять он от врача отказался. Это, конечно, его дело, но лично я не считаю правильной такую форму протеста. Есть другие методы восстановления справедливости, например суд.

Но вообще в последнее время ликвидаторы много болеют. И врачи не могут не замечать такой очевидной вещи, как связь этих заболеваний с чернобыльской катастрофой. Но это все на уровне дискуссий, а не закона.


ЧТО ГОВОРИТ ЗАКОН

Под перечнем «чернобыльских» заболеваний, утвержденных Минздравом, есть примечание: «Вопрос о связи заболеваний с проживанием в районе, загрязненном радиоактивными веществами, и работами по ликвидации последствий катастрофы на ЧАЭС решается индивидуально с учетом всего комплекса факторов (оценка радиационной ситуации, дозовые нагрузки, физическое и психическое перенапряжение, место, сроки, характер работы, особенности возникновения и течения заболеваний и т. п.)».

Василий Силиверст очень надеется, что индивидуально решить этот вопрос ему удастся раньше, чем умереть голодной смертью.

Наталия КРИВЕЦ
0058045