Коронавирус
Выборы-2020
Задержание «бойцов ЧВК» в Беларуси


/ /

Два месяца минчанка Анна не видела своего шестилетнего сына. 5 ноября ее муж Мухамад забрал Милана от бабушки и увез в неизвестном направлении. Позже супруг связался с Анной, сказал не волноваться: они, мол, с сыном отдыхают в Турции. У Интерпола другие сведения — с ноября папа и мальчик находятся в Германии. Супруги пока не разведены, и белоруска боится, что Мухамад не вернет ей ребенка.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

С Анной мы встречаемся в редакции TUT.BY. Фамилию она просит не называть, боится, что публичность может затянуть развод. События нескольких ноябрьских дней, изменивших ее жизнь, она помнит чуть ли не по минутам.

— На осенних каникулах Милан отдыхал на Гомельщине у моей мамы. Во вторник ему нужно было на занятия, и Мухамад поехал его забирать, — вспоминает Анна. — Мама передала ему ребенка, и они вернулись в Минск. 5 ноября часов в шесть утра муж позвонил мне: «Едем на такси с вокзала». Попросил расстелить постель, чтобы они немного поспали.

Постель Анна расстелила, но мужа и сына не дождалась — ушла на работу. После обеда стала звонить Мухамаду, телефон у него был недоступен. Потом сыну — «абонент вне зоны действия сети» повторял женский голос на том конце провода.

Минчанку это не насторожило: муж и сын часто забывали поставить мобильные на зарядку. В шесть вечера она вернулась домой: супруга и ребенка в квартире не было. Зато вещи, которые она передавала Милану к бабушке, аккуратно стояли в углу.

— Значит, домой они заезжали, — делает вывод Анна. — Я продолжала набирать Мухамада — телефон оставался недоступен, звонила его друзьям, сестре — нигде их не было. Не знаю, как я прожила субботу и воскресенье. В понедельник он вышел на связь, сказал: «Мы уехали отдыхать в Турцию». «Какая Турция?! — не выдержала я. — Школа начинается!». Мы так и не договорились. В итоге пришлось написать учительнице записку, что неделю Милан не будет ходить в школу по семейным обстоятельствам.

— Мухамад объяснил, почему они улетели без вас?

— Нет, ответил только: у меня есть деньги, и я решил отдохнуть. Отношения у нас были не очень хорошие. Весной я даже подала заявление на развод, но потом забрала.

— Почему?

— Мухамад попросил. Он хотел получить гражданство Беларуси, собирал документы. Как только бы он решил свои вопросы, мы бы развелись. Я ему доверяла, все-таки семь лет вместе прожили. Летом он с сыном летал к родным в Ливан, я не запрещала — улетели-прилетели. Наши документы были для него в свободном доступе. У меня бы никогда даже подозрений не возникло, что он может как-то нехорошо поступить.

«У Мухамада мечта — оформить статус беженца, не работать и получать деньги»

Восьмого ноября Мухамад вышел на связь, предупредил: 10-го они возвращаются. И снова соврал.

Фото: Евгений Ерчак, TUT.BY

— 11-го в «опорке» возле дома я написала заявление о пропаже ребенка, — продолжает собеседница. — Назавтра иду в свое Советское РУВД: «Что вы сделали по поводу моего обращения?». И тут же мне вопрос: «Какого?». Объясняю, того, что вчера приносила, и случайно глянула на Доску почета. Там как раз фото мужчины, который у меня бумагу принял. Я дежурному пальцем показала, тот его набрал. Сотрудник ответил, что таким не занимается и посоветовал обратиться к специалисту по делам несовершеннолетних, но специалиста на месте не оказалось.

В итоге «правильное» заявление у минчанки приняли только 13 ноября. Быстро было установлено: Мухамад и Милан выехали в шенгензону. Анна сразу предположила: они в Германии. Говорит, у мужа там друг и сестра.

— У Мухамада мечта — оформить статус беженца, не работать и получать деньги, — рассказывает собеседница. — Друг у него так живет, показывал ему по скайпу: «Смотри, какой у меня дом». В фейсбуке я написала и этому другу, и сестре Мухамада — они ответили, что ничего не знают.

Назавтра меня вызвали в милицию. Оказалось, пришло письмо из Интерпола. Там сказано: 7 ноября этот самый приятель встречал моих мужа и сына на вокзале. По его словам, они обменялись телефонами, а потом Мухамад с Миланом уехали в неизвестном направлении. Сомневаюсь, что супруг мог бы жить в Германии без поддержки. Откуда у него деньги? В Минске он работал строителем, вряд ли много накопил. Ладно, еще себе можешь во всем отказывать, но ребенка ведь нужно нормально кормить. К тому же они не взяли зимних вещей Милана.

По словам минчанки, она связывалась с родными Мухамада в Ливане. Они очень спокойно отреагировали на отъезд отца и ребенка, невестке посоветовали не переживать и не обращаться в милицию. Анна полагает, что супруг поддерживает с ними связь.

Уголовное дело о пропаже ребенка в милиции заводить не стали. По словам Анны объяснили ей это так: местонахождение папы и сына обнаружено. Они живы, здоровы.

— По закону отец имеет такое же право на ребенка, как и мама, — говорит минчанка. — О похищении речь не идет.

«Решать, с кем останется ребенок, будет немецкий суд»

Пытаясь сделать хоть что-то, чтобы вернуть сына, Анна писала в МИД, посольство Беларуси в Германии, Администрацию президента — везде ей советовали обращаться в Министерство юстиции.

— Уезжая, Мухамад украл все документы, — продолжает женщина. — Я съездила к маме — мы там расписывались — все восстановила и передала в Минюст. 29-го они все отправили в Германию. Через неделю я им звоню, они мне: «Анна, подождите. Бумаги идут обычным письмом. Неделя — это очень мало».

Время шло. Новостей из Германии не было.

— Специалист, которая со мной работала, сказала, что отправила в Германию отсканированные копии. А толку?

Недавно Анна подала документы на развод с Мухамадом.

— В посольстве Беларуси в Германии мне сказали: решать, с кем останется ребенок будет немецкий суд, — продолжает минчанка. — А также посоветовали найти адвоката со знанием немецкого.

Присутствие адвоката в суде не обязательно, но с ним, считает Анна, у нее больше шансов вернуть сына. Такого специалиста надо искать в Германии. Одна проблема — его работа стоит 10 тысяч евро. Для минчанки, зарплата которой 300 евро в месяц, — это неподъемная сумма.

Из ответа посольства Беларуси в Германии. Документ от 16 декабря 2016 года

— Они предупредили, если таких денег у меня нет, могут дать отсрочку на четыре года. При этом нужно заплатить аванс 1500 евро, — говорит Анна. — Вот только, где мне их взять, я не знаю.

«Ни один госорган не представляет гражданина на территории иностранного государства»

— Немецкая сторона проинформировала, что документы в оригинале дошли, — сообщает последнюю информацию по делу Марина Жандарова, начальник отдела исполнения международных договоров управления международного сотрудничества Министерства юстиции. — Сейчас, исходя из законодательства Германии, немецкая сторона будет рассматривать заявление о возвращении ребенка.

— Известно, где именно в Германии находятся папа и мальчик?

— Больше информации у нас нет.

Когда дело Анны попадет в суд, в ведомстве пока тоже не знают.

— Мне страшно, что я не смогу вернуть сына. Страшно, что из-за всей этой бумажной волокиты я потеряла много времени и найти теперь Мухамада в Германии будет еще сложнее, — переживает Анна.

Но больше всего женщина боится, вдруг суд решит оставить мальчика с отцом. И тогда она не скоро увидит Милана.

-10%
-40%
-20%
-21%
-8%
-20%
-12%
-50%
-10%
-23%