/ / /

Поездка в Чехию в январе 2016 года закончилась для семьи Мироновых из Орши трагедией. Из-за аварии туристического автобуса они потеряли единственного сына. Спустя больше чем полгода они решились рассказать, что думают о случившемся. Говорят, что не хотят кого-то обвинять, но хотят предостеречь других от беды, обратив внимание на вопросы безопасности. TUT.BY поговорил с пострадавшими и с перевозчиком.

Автобус с белорусскими туристами объезжал пробку на автобане по проселочной дороге и перевернулся. Фото: Michal Fanta, denik.cz

7 января туристы должны были вернуться домой, но 6 числа автобус перевернулся

Автобусный тур в Чехию был рассчитан на несколько дней. Группа сборная — из Орши и Минска. В автобусе было много детей, так как поездка проходила на школьных зимних каникулах. Стоил тур для взрослого в районе 200 евро, детям были скидки.

3 января Александр и Марина Мироновы с 9-летним сыном Кириллом сели в Орше в туристический автобус до Праги. Тур они купили в компании «Боншанс», перевозку осуществляла компания «Сильвертур» из Новогрудка. В Минске в автобус зашла еще часть туристов.

Туристам обещали экскурсию по Праге, на обратном пути они должны были заехать во Вроцлав в Польше, а 7 января вернуться домой. Но 6 января автобус с 49 туристами перевернулся на заснеженной дороге в Чехии. В происшествии пострадали 15 человек.

— Мы ехали и смотрели в автобусе мультфильм, — рассказывает Марина Миронова. — Вдруг — глухой удар. Первая мысль, которая пришла, — я умерла. Потом я услышала крики детей. Последняя фраза, которую обронил мой ребенок: «Мама, помоги!». Но я не могла помочь, я была придавлена, и у меня была сломана рука.

Во время ДТП туристы получили разного рода травмы: кто-то черепно-мозговую, кто-то ушиб, перелом, семья Мироновых пострадала больше всех. Когда автобус перевернулся, их сын нырнул под сиденье и не мог оттуда выбраться. Отец, который сидел рядом с Кириллом, был придавлен и не мог пошевелиться.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
В комнате мальчика до сих пор стоят его грамоты, лежат сложенные игрушки, на комоде стоят иконы

Когда спасатели достали туристов из автобуса, Марину и Александра отвезли в клинику в город Наход, у них были переломы рук. Кирилла на вертолете доставили в больницу в Градец-Кралове. У него была механическая задержка дыхания, в мозг перестал поступать кислород.

И Марине, и Александру оказали первую помощь, а после подтверждения страховых выплат сделали операции. Кирилл в операции уже не нуждался, ему просто пытались поддержать жизнь.

— Нам вызвали двоих психологов, вышла врач и сказала, что ситуация серьезная. В Чехии в таких случаях практикуют отключение от аппарата поддержания жизнедеятельности. Мы решили везти сына в Минск, — рассказывает Александр Миронов.

Брат Марины помог найти специальный самолет: в Беларуси таких спецбортов нет, пришлось заказывать в Германии. Немцы согласились перевезти Кирилла, подключенного к аппаратам, и его маму в Минск. Расходы оплатила страховая компания.

В Беларуси мальчик лежал в РНПЦ неврологии и нейрохирургии. У него было стабильно тяжелое состояние. Затем ребенка перевезли в больницу в Оршу. 5 февраля мальчишке исполнилось 10 лет, 7 февраля он умер.

— Кирилл постоянно был без сознания. Некоторые уже, наверное, понимали, что не сегодня-завтра наступит момент, когда он умрет. Но мы не верили. Я ходила в церковь и просила Бога, чтобы случилось чудо, но оно не могло случиться, — рассказывает Марина.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
Кирилл Миронов

«Почему свернули с автобана на проселочную дорогу?»

С момента аварии Мироновы ни с перевозчиком, ни с туристической компанией почти не общались. Представители туркомпании, когда произошла трагедия, держали связь с братом Марины.

— Пока мы были в Чехии и Кирилл лежал в больнице, нам помогали евангелисты из Витебска. Они узнали о нашем горе и приезжали поддержать. Это незнакомые люди, молодая пара, которая переехала из Беларуси жить в Чехию, — рассказывает Марина.

Позже Мироновы стали изучать закон и нашли постановление Совета министров от 24 ноября 2014 года № 1087, правила автомобильных перевозок пассажиров. Некоторым пунктам постановления, по их мнению, не соответствовало то, что происходило во время поездки.

Например, установлено, что группы детей на автобусе можно перевозить с 5.00 до 23.00. С 23.00 до 05.00 часов допускается только подвоз детей к железнодорожным вокзалам и аэропортам и от них, а также до ближайшего места ночлега при задержках в пути. Мироновы считают, что детей в автобусе было больше, чем взрослых. Однако во время поездки случалось, что туристов везли ночью.

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
Мироновы вспоминают: «Всего в автобусе было около 50 человек. В нашей, оршанской, группе было 25 человек, из них 14 детей, все до 16 лет — этот список мы видели. Во второй группе были минчане. В основном это были ребята класса восьмого, были среди них и совсем маленькие дети — видели девочку пяти лет. Этих ребят сопровождали два педагога. Детей в автобусе было больше, чем взрослых»

По пути в Чехию на белорусско-польской границе из двух водителей в автобусе остался один. Второго высадили из-за проблем с документами. Перед дорогой в Беларусь дополнительного водителя обеспечили. Он и был за рулем автобуса, когда произошла трагедия.

Марина и Александр говорят, что автобус в какой-то момент вместо того, чтобы ехать по более оживленной дороге (на ней произошло ДТП), свернул на проселочную. Там автобус и перевернулся.

— Зачем международному экскурсионному автобусу с детьми ехать по этим узким и извилистым дорогам, если должен быть наверняка согласованный маршрут? Или он не был согласован? И вот… Одна ошибка водителя - и всё, автобус в кювете. После случившегося ДТП водители повели себя никак. Просто никак. Они, два здоровых мужика, не попытались оказать доврачебную помощь мальчику и его отцу, которые остались лежать зажатыми корпусом и сиденьями в автобусе. Где они были? Где? Перед самым прибытием кареты скорой помощи водитель пролез к пострадавшим, помахал руками с криками «что я наделал» — и все. А мальчика нет. Его нет, — вздыхает Александр.

Туристы в автобусе не были пристегнуты. Собеседники утверждают, что не было ремней безопасности, а если и были — то инструктажа о том, что ими стоит пользоваться, во время поездки не проводили. Также они удивляются, что на автобусе не было обозначения «Дети», несмотря на большое число ехавших в нем школьников — только табличка «Заказной».

Но на все эти моменты они обратили внимания потом, когда случилась беда.

— Когда мы куда-то едем, мы редко что-то проверяем: просто покупаем тур и доверяем людям. А оказывается, все нужно проверять, читать отзывы и про перевозчика, и про турфирму, — говорит Марина. — Нужно, чтобы перевозчиков тоже проверяли. Если есть нарушения — лишали лицензий. И вот мы ехали туда с одним водителем, а он же мог заснуть. Почему, когда на границе высадили второго водителя, мы не остались где-то ночевать и ждать еще одного? Пусть бы это стоило дороже, пусть бы мы позже приехали в Прагу…

Фото: Дмитрий Брушко, TUT.BY
На этом фото, слева направо: Марина и Александр Мироновы, а также еще одна пассажирка автобуса Галина Шерстнева. Многие пострадавшие в том ДТП поддерживают между собой связь

«Пассажиры автобуса настаивали на объезде, чтобы успеть на экскурсию во Вроцлаве»

Спустя месяцы после аварии, в мае, «Радио Свобода» сообщило со ссылкой на чешские СМИ, что, по информации местной полиции, виноват в случившемся белорусский водитель. Он не соотнес состояние дороги и скорость езды (как сообщали зимой в туркомпании «Боншанс», автобус двигался со скоростью ниже разрешенной — 30 км/ч).

Суда по делу еще не было. Обеспокоенные медленным ходом следствия родители погибшего ребенка обращались в Генпрокуратуру — там ответили лишь, что идет переписка с чешской стороной. В конце сентября знакомая из Чехии сообщила Мироновым, что материалы следствия переводят, потом их отправят в Беларусь. Похоже, этого до сих пор не произошло.

Александр Игнаткович — учредитель компании «Сильвертур», которая выполняла перевозку. Он говорит, что о ходе следствия в Чехии ему ничего неизвестно. Отправляли запросы в чешскую полицию, но ни на один белорусскому перевозчику не ответили.

— Об аварии мы узнали почти сразу же, через 2 часа я уже выехал в Чехию, а ночью был на месте, — вспоминает Александр Игнаткович. — Первым автобусом мы отправили домой пассажиров, которые не попали в больницы. Потом собирали по двум больницам в разных городах пострадавших, которые могли ехать. К вечеру второго дня мы всех оставшихся отправили на втором автобусе. Что касается Мироновых, представители нашего консульства в Чехии заверили, что им оказывается вся необходимая помощь, но нас к ним даже не пустят в больницу. Никто нам ничего не говорил и о состоянии мальчика — знали только, что он госпитализирован. Если бы можно было помочь — мы бы помогли. С другими пассажирами делали это без всяких вопросов, не задаваясь вопросом, сколько это стоит и что для этого нужно сделать.

Повреждения у автобуса, попавшего в аварию, были несильные: побиты стекла и помят бок, на который он перевернулся. Спустя месяц после происшествия его перегнали в Беларусь, где автобусу потребовался только кузовной ремонт. Представитель перевозчика рассказывает: автобус прошел техосмотр и снова возит пассажиров. Фото: Michal Fanta, denik.cz

TUT.BY задал перевозчику вопросы, которые беспокоят родителей погибшего ребенка. Например, про ремни безопасности Александр Игнаткович говорит так:

— Возможно, Мироновы момент с ремнями плохо запомнили, или в их сиденье ремни куда-то запали. Дело в том, что у нас автобус Neoplan, в нем 100% есть ремни безопасности — поясные ремни, как в самолете. Это можно увидеть и сегодня, потому что он уже введен в эксплуатацию, были они и тогда. Другое дело, что кто-то пристегивается, а кто-то нет. Понимаете, с нашей стороны проконтролировать, чтобы все пятьдесят человек были пристегнуты, физически невозможно.

Белорусский автобус внутри после ДТП. Возле сидений видны красные крепления для ремней безопасности. Фото: PČR, с сайта zpravyextra.cz
Белорусский автобус внутри после ДТП. Фото: PČR, с сайта zpravyextra.cz

— Можно ли, чтобы автобус с детьми двигался ночью, как было во время этого путешествия?

— По правилам, детская группа — это когда свыше восьми лиц до 16 лет едут без сопровождения взрослых. Когда мы приехали на эту посадку — нам сказали, что это не детская группа. Я знаю, что наше ГАИ Новогрудское проводило проверку по этому поводу — пришли к заключению, что это была не детская группа. Уже после происшествия заказчик им предоставлял списки с датами рождения.

Тут Александр Игнаткович добавляет, что на сегодня перевозчик фактически не застрахован до самой поездки, что его обманут по поводу состава группы.

— Всегда до поездки мы спрашиваем, детская группа или нет. Нам говорят: детская. Мы отвечаем: хорошо, значит, предоставьте нам списки, мы должны в ГАИ провести инструктаж водителей и предоставить в ГАИ списки детей и документы. Нам говорят: окей, это не детская группа. Ну раз не детская — значит, мы не имеем права даже потребовать списки от них. Я сам для себя уже обдумывал: допустим, нас обманул заказчик, он говорит, что группа не детская, а мы пригоняем автобус под погрузку, а в него садятся маленькие дети. Пока такого не было, но мы уже обдумывали, что делать с такими вещами.

Перевозчик отмечает, что поездки осуществляются по правилам той страны, через которую автобус едет.

— Но вот, допустим, в Польше, в отличие от Беларуси, не запрещены ночные перевозки детей. Мы имеем право везти их по Польше ночью или не имеем права? Никто нам не может дать понятный ответ.

Собеседник объясняет, почему одного водителя сняли с автобуса на белорусско-польской границе:

— Польский пограничник ошибся, он посчитал, что у водителя по визе превышено число дней пребывания в Шенгенской зоне. Как потом уже разобрались, пограничник не вычел те дни, когда водитель ездил по странам, которые Шенгенской зоной не являются. Мы-то четко подсчитываем все это, но на границе никому ничего не докажешь — «до свидания».

Александр Игнаткович говорит, что водитель, который был за рулем, на тот момент работал в компании больше года, на автобусах такого типа ездил.

— С нашей стороны, да и со стороны наших заказчиков никогда к этому водителю никаких вопросов не возникало. Даже наоборот — очень часто просили именно этого водителя поставить на рейс. Парень корректный, культурный.

Учредитель «Сильвертура» добавляет, что самому водителю после аварии госпитализация не понадобилась. Но психологически ему приходится непросто. Он продолжает работать в компании, но на другой должности — «пока не хочет ездить».

Александр Игнаткович добавляет, что до аварии водители вряд ли были уставшими. Все переночевали в отеле, выспались.

— Но, понимаете, тяжелая дорога есть тяжелая дорога. Бывают нюансы, совпадения, — вздыхает собеседник. — И получаются порой вот такие происшествия, которых никто не предвидит.

Фото: Michal Fanta, denik.cz

Перевозчик объясняет, что из-за пробки на автобане группа потеряла немало времени, а во Вроцлаве еще была запланирована экскурсия.

— Кто-то из пассажиров стал возмущаться, кто-то ныть. Знаете, как бывает: «Мы же не успеем. Водители, сделайте что-нибудь, для чего вы тут нужны?». Правильно, это я сегодня могу сказать, что водителям надо было на все плюнуть и стоять в этой пробке, никуда не дергаться. Но всегда ж хочется помочь людям, чтобы все сложилось. И водители под общим нажимом включили дополнительный навигатор и стали искать способы… Согласовали объезд с руководителем группы, которая тоже переживала, что опоздают на экскурсию и уже для нее будет беда. Мы узнавали: запрещающих знаков для движения такого транспорта на другой дороге точно не было. Да и практически по любым дорогам можно двигаться. Другое дело, что могли подумать, стоит ли это делать при таком снегопаде… Но это уже вопрос риторический.

Александр Игнаткович сообщает, что после происшествия их компанию серьезно проверяла транспортная инспекция.

— Да, были выявлены некоторые нарушения, но хоть какие-то нарушения есть у всех… Я хочу добавить одно: поймите, мы не зло. Мы не хотели, чтобы это случилось и все делаем, чтобы наши пассажиры были защищены. Мы помогали им и будем помогать. Но я понимаю, почему родители на нас, наверное, обижаются — да это даже и неправильное слово. Им тяжело, у них трагедия.

По правилам автомобильных туристических перевозок подробные вопросы TUT.BY направил и в Министерство транспорта. По телефону оперативных комментариев получить не удалось, ждем письменный ответ.

-10%
-50%
-10%
-20%
-10%
-20%
-20%
-50%
-25%
-15%
-20%