/ /

11 сентября страна выберет депутатов Палаты представителей. Белорусские парламентарии — люди сдержанные. О своих успехах говорят негромко, драк в Овальном зале не затевают, зарплату не афишируют. Их называют народными избранниками, но народ почти ничего о них не знает. TUT.BY выяснил, каковы права, обязанности и привилегии депутатского кресла.

Фото: Сергей Балай, TUT.BY

Как устроена Палата представителей

Белорусский парламент состоит из двух палат: верхней — Совета Республики, и нижней — Палаты представителей. В нижней палате 110 депутатов. Избираться туда может любой гражданин страны не младше 21 года. Средний возраст депутатов двух последних созывов — 53 года.

ПП НС становится для парламентария основным местом работы на 4 года. Он увольняется с предыдущей должности и теряет право заниматься бизнесом, хранить деньги в иностранных банках и занимать госдолжности. После избрания часть времени (не более 170 дней в году) депутат проводит на сессиях. Проще говоря, заседает в парламенте. Кроме того, каждый месяц на одну неделю он выезжает на работу в свой округ. Отпуск у народного избранника не больше, чем у его избирателей — 28 дней.

Палата представителей занимает правое крыло Дома правительства на площади Независимости (в левом крыле — Совет министров). У каждого депутата есть личный кабинет, оборудованный компьютером с безлимитным интернетом, телевизором, холодильником и сейфом. Еще один кабинет парламентарию положен в округе.

Член нижней палаты может иметь помощников. Максимум 5 человек, но зарплату получает только один (или двое на полставки). Остальные, если они есть, работают на общественных началах.

Фото: Сергей Балай, TUT.BY

Обязанности законотворцев

Депутаты участвуют в заседаниях парламента, общаются с избирателями в округах. Но самая главная их задача — работать над законопроектами. В Палате представителей 14 комиссий, которые курируют разные сферы. Каждый нормативный акт, который приходит в парламент, попадает в единую базу и доступен для изучения не только профильной комиссии, но и всем членам ПП НС.

Белорусские парламентарии могут и сами писать законы, но редко это делают. Депутаты последнего созыва сами внесли в Палату представителей только 1% законопроектов. Основной массив — 87% — инициатива правительства.

Разработать нормативный акт — тяжелый труд, поэтому депутаты редко делают это сами, объясняет член постоянной комиссии по бюджету и финансам Валерий Бороденя. Зато они активно вносят правки в документы, пришедшие из правительства.

—  В Украине депутаты демонстрируют нормотворчество. И что? Кто в лес, кто по дрова, большинство их законов не доходит даже до регистрации. Тем более что над основной массой законопроектов, поступающих из Совмина, мы работаем вместе с ведомствами, — говорит Бороденя.

— Не помню, чтобы в нашей комиссии хоть один закон прошел без постатейного изменения, — вторит член постоянной комиссии по труду, соцзащите, делам ветеранов и инвалидов Зинаида Мандровская.

Фото: Сергей Балай, TUT.BY

Иногда законотворчество занимает очень много времени. Например, закон о рынке ценных бумаг, над которым серьезно потрудился в том числе Валерий Бороденя, принимали 401 день, кодекс о культуре — 413 дней, закон об альтернативной службе — 461 день. В иных случаях депутаты справляются удивительно быстро. Например, бюджет на 2016 год они приняли за 2 дня. Правда, за этим стоит годичная работа комиссии по бюджету и финансам, уточняет Бороденя.

Либерально настроенные граждане упрекают белорусских депутатов в том, что они не голосуют «против». Парламентарии не устают объяснять, что жаркие споры остаются на заседаниях профильных комиссий, которые рассматривают законопроекты до вынесения их в зал заседаний.

— Документ не выносится в Овальный зал, пока из всех комиссий не будут получены записки, что замечаний по нему нет. Кроме этого, любой депутат в частном порядке может написать в профильную комиссию все свои возражения. Если хоть один депутат против, в зал законопроект не выносится. Будем спорить, уговаривать, 100 раз заседания собирать, пока не придем к консенсусу, — говорит Валерий Бороденя.

Зинаида Мандровская, которая 7 лет работы в парламенте посвятила борьбе с наркотическими веществами, вспоминает, что иногда споры доходили до крика. Однажды, например, ей позвонил начальник одного из управлений МВД, чтобы на повышенных тонах выразить свое несогласие.

Фото: Сергей Балай, TUT.BY

Скромность украшает депутата

Официально рабочий день парламентария длится с 9 до 6, по факту он ненормированный. Зинаида Мандровская говорит, что никогда не выключает телефон, потому что избиратели могут позвонить в любой день недели и любое время дня. А работа с документами по вечерам уже давно вошла у нее в привычку.

— Некоторые [депутаты] не хотят глубоко вникать, потому что нужно потратить очень много сил, чтобы внести изменения [в законопроект]. Нужно обосновать свою правку всем службам, которые пропустили документ и закрепили в нем свою позицию. Не каждый захочет это доказывать.

Мандровская хочет. За два срока в парламенте через ее руки прошли «тысячи законопроектов». Если человек избирается в парламент, «чтобы работать, а не пиариться, то работы у него будет больше, чем на любом другом месте», убеждена депутат.

Нынешнее поколение депутатов считает самопиар дешевой уловкой. Парламентарии регулярно отчитываются о проделанной работе в местной прессе, иногда дают комментарии крупным СМИ, но не хвастаются успехами, не делают громких заявлений и публично не призывают власть к ответу. Журналистов, особенно из негосударственных изданий, они частенько обвиняют в любви к «жареным фактам».

Скромность отечественных депутатов — не всегда особенность характера. Просто самопиар не сулит им выгоды, считает Валерий Бороденя.

— У нас он не превращается в деньги, как это могло бы быть в России или Украине. Если ты сделал что-то успешно, чувствуешь моральное удовлетворение. Но в белорусском парламенте нельзя превратить лоббистские возможности в деньги или известность, поэтому никто этим не занимается.

Фото: Сергей Балай, TUT.BY

Зарплата депутата: спрашивать неприлично

Средняя зарплата парламентария колеблется в районе 15−18 миллионов рублей. Суммы могут меняться в зависимости от надбавок за стаж на госслужбе (от 10% до 30% оклада) и за ученую степень (5% оклада для кандидатов наук и 10% — для докторов).

— Зарплаты невысокие, скажем прямо, и последние 2 года их не индексировали, — говорит Валерий Бороденя. — Как-то я собирал подписи, и один металлург мне доказывал, что депутатам надо платить среднюю зарплату по стране. Я не согласен. Если мы хотим видеть мотивированных профессионалов, то надо платить как мотивированным профессионалам, а не как продвинутым сталеварам.

Депутат признается, что подрабатывает: преподает в БГЭУ и Академии управления, пишет заметки в газеты. Всего у него 8 источников дохода.

— Не потому, что я так хочу, а потому что мне не хватает депутатской зарплаты, чтобы растить троих детей. Когда я был деканом, я мог составлять маркетинговые исследования, проводить тренинги, семинары и подхалтуривать очень неплохие деньги. Сейчас мне все это запрещено, поэтому я работаю везде, где мне позволяет закон.

Депутаты могут вести только творческую, научную, культурную и преподавательскую деятельность, а также иметь медицинскую практику. На подработку должен дать разрешение председатель палаты.

Как и чиновники, парламентарии не любят распространяться о своих доходах, считая вопросы на эту тему неприличными. Валерий Бороденя, хоть и рассуждает о собственном заработке публично, с такой точкой зрения согласен:

— Спрашивать про зарплаты — это моветон.

Фото: Сергей Балай, TUT.BY

Привилегии: служебное жилье, выходное пособие и иногда машина

Как и сами белорусские депутаты, привилегии у них скромные. Во-первых, жилье. Служебная квартира положена всем иногородним парламентариям. Чаще всего их селят в Казарменном переулке в доме на берегу Свислочи. Метраж квартиры зависит от количества членов семьи, которых депутат перевозит в Минск. Обстановка казенная, но докупить мебель по своему вкусу или сделать косметический ремонт никто не запрещает.

За квартиры депутаты платят по ставкам арендного жилья. Выходит до 3 миллионов в месяц, рассказывает Зинаида Мандровская. Счета за «коммуналку» — тоже на квартирантах.

— Я уже давно выехала из служебного жилья. Я продала квартиру, дачу и гараж в Пинске, взяла кредит под 25% и построила себе квартиру в Минске. 54 метра, еще в 2009 году начала строить. Мне еще 8 лет выплачивать кредит, — говорит Мандровская. — У меня сын в Минске, внуки. Я в Пинске работала 35 лет, люблю очень этот город, но в таком возрасте я хотела бы быть с семьей.

Фото: Сергей Балай, TUT.BY

Во-вторых, служебный транспорт. На 14 профильных комиссий парламента сейчас приходится 4 дежурных автомобиля. Машины — из правительственного гаража, марки Toyota. Депутаты могут их заказывать, например, чтобы поехать на прием в посольство. Но чаще они все-таки ездят либо на своих машинах, либо на общественном транспорте. Если поездка оформлена как командировка, расходы на нее возместят.

Служебные телефоны члены ПП НС не получают. Не оплачивают им и разговоры по собственным мобильным. А вот связь в кабинете бесплатная.

На весь срок полномочий депутаты получают дипломатический паспорт и госстраховку на случай болезни и смерти. Лечатся они в Республиканском клиническом медицинском центре Управделами президента. Лечкомиссия находится на улице Красноармейской, буквально в двух шагах от «депутатского дома» в Казарменном переулке.

Привилегией можно назвать и неприкосновенность. Правоохранители не имеют права обыскивать парламентария или досматривать его личные вещи. Задержать депутата можно только с разрешения палаты, если только его не застигли на месте преступления или он не совершил государственную измену. Неприкосновенность распространяется на квартиру, кабинет, автомобиль, переписку и документы законотворца.

По истечении полномочий члены Палаты представителей получают выходное пособие. Как сообщало информагентство БелаПАН, депутатам нынешнего созыва после новых выборов в ПП НС заплатят по 30 миллионов рублей. После того, как их кресла займут другие люди, правительство и парламент обязаны подыскать бывшим народным избранникам новую работу.

Фото: Сергей Балай, TUT.BY

В 2012 году в интервью «БелГазете» Олег Трусов, в прошлом депутат Верховного совета 12-го созыва, а сейчас председатель «Таварыства беларускай мовы», рассказывал про привилегии депутатов белорусского парламента в начале 90-х.

— Кстати, а сколько получали депутаты Верховного совета 12-го созыва?

— Большая часть депутатов Верховного Совета 12-го созыва зарплату получала по месту основной работы, иногородним разве что на время сессии выдавали командировочные, оплачивали гостиницу. Бесплатный проезд по территории республики (только когда депутата командирует Верховный Совет), бесплатный проезд по своему округу и по Минску — вот и все льготы.

На постоянной работе в Верховном Совете были заняты председатель комиссии (он же член президиума), зампред комиссии, секретарь. В 1992−95 гг. я работал в Верховном Совете уже на профессиональной основе — меня выбрали зампредом комиссии. Тогда моя зарплата приравнивалась к зарплате замминистра. А зарплата председателя комиссии — к зарплате министра, но не самого основного.

— И какую сумму она составляла?

— Трудно сказать точно — тогда как раз была бешеная инфляция, самый ее пик… Какие-то миллионы…

Когда меня только избрали депутатом, моя зарплата была очень высокой — 700−800 советских рублей, это были бешеные деньги. Я работал на сделке по бригадному подряду, руководил крупным подразделением реставрации. Когда мне первый раз предложили перейти в Верховный Совет на профессиональную работу, я спросил: «Сколько вы мне будете платить?» И они мне назвали, на их взгляд, большую сумму: 300 рублей. Поэтому долгое время переходить на работу в ВС я отказывался. И только с 1992 г., после голосования в Верховном Совете, мне приказали перейти, отказаться я не мог. Если бы я остался на сделке, зарабатывал бы больше. С голоду не умрешь, конечно, но жировать не будешь.

— Но одежду-то на сезон вы могли себе позволить купить?

— Не мог: в 1990−91гг. одежды в свободной продаже просто не было, и ни за какие деньги купить ее было нельзя. Мне выдавали карточку потребителя, талоны-купоны, и я мог с ними идти куда угодно. До сих пор помню, как купил по талонам какую-то куртку…

Я точно помню: выбрали меня депутатом, а нормального, солидного костюма у меня нет, до этого я ходил все время в куртках. Обошел весь Минск, купил ткани, а сшили мне два костюма-«тройки» в ателье в Пинске: это было дешевле и без такой очереди, как в столице.

— Среди депутатов велика была дифференциация?

— Большинство депутатов 12-го созыва выглядели как с иголочки — это была партийная элита, номенклатурщики: секретари райкомов, обкомов, ЦК. У них были и деньги, и костюмы — это были самые богатые люди БССР. Мы — медики, учителя, интеллигенция, несколько рабочих, когда заходили в зал, сразу, уже по одежде видели, какие мы бедные по сравнению с ними. У нас был один депутат, у которого просто не было обуви — он пришел в Верховный Совет в драных туфлях. Он даже на сессии поднимал вопрос: «Как мне купить туфли?»

— А как обстояло дело с питанием?

— Была столовая Совмина, обслуживали нас официанты. Цены были на уровне обычного кафе в центре Минска. Поесть в перерыв там мы могли без очереди — простых людей с улицы милиция в эту столовую не пускала. Работала система комплексных обедов. Был еще и буфет, где можно было взять кофе или чай.

— А как же разносолы?

— Никаких разносолов у нас не было. ЦК имел доступ к столу заказов — у депутатов такого не было. А в столовой была нормальная, здоровая еда: шницель, мясо, компот… Красной и черной икры там не подавали.

{banner_819}{banner_825}
-21%
-10%
-10%
-15%
-7%
-50%
-50%