Ольга Декснис,

«Клинику и будущих родителей интересовал мой возраст, внешность и здоровье», — вспоминает Анна, которая дважды ездила в Индию, чтобы стать донором яйцеклеток. TUT.BY она рассказала о том, какой получила гонорар, какие последствия несет подобная процедура для здоровья и почему она хочет стать суррогатной матерью в Беларуси.

25-летняя Анна (имя изменено по этическим соображениям) мама-одиночка, растит двоих детей 2 и 6 лет. Сейчас живет в небольшой деревне Пуховичского района Минской области.

— Родила я рано, между двумя декретами работала дояркой в колхозе, — вспоминает Анна. — Бесконечная нехватка денег постоянно держит в напряжении. Отцы детям никогда не помогали. Они даже не встречаются. Приходится крутиться самой. Вот скоро первое сентября, а старшему в школу. А цены кусаются, сами понимаете.

«Мама переживала, а не в рабство ли я попаду»

— В конце прошлого года я случайно наткнулась в интернете на тематические группы «доноры яйцеклеток», — вспоминает Анна. — Начала изучать, что это такое. Там же увидела примечательное объявление «Требуется донор в Индию. Гонорар высокий». Списалась с автором.

Молодая мама рассказывает, что поиском потенциальных доноров в Сети занимается официальный представитель по России, Беларуси и Украине международного центра репродуктивной медицины в Дели.

— Клинику и будущих родителей интересовал мой возраст, внешность и здоровье, — вспоминает Анна. — Первое обследование я прошла в обычной поликлинике: всевозможные анализы крови, анализы на инфекции, гормоны, УЗИ всех органов и многое другое. Эти данные я отправила фирме-посреднику. Уже через неделю мне пришел ответ: «…приглашаем Вас для прохождения программы донорства яйцеклеток. Встречу, трансфер, место пребывания и проживание, питание в этой стране, а также и авиабилеты Москва — Дели — Москва гарантирует и берет на себя клиника».

— О клинике много информации в интернете. Тем более ее официальный представитель прислала мне все свои паспортные данные и договор, который я должна была подписать еще в Беларуси.

Знакомым и друзьям Анна сказала, что ездила в Индию отдыхать.

Она утверждает, что родители даже не пытались ее отговаривать. После подписания всех документов женщина поехала в Москву, где ее встретили представители клиники. Уже оттуда вылетела в Дели. Ее дети на две недели остались с бабушкой.

На время программы никакого алкоголя и табака

В договоре прописываются обязанности двух сторон и порядок разрешения споров.

— Я должна была две недели выполнять все предписания врача, — рассказывает Анна. — Сдавать анализы, принимать стимулирующие рост яйцеклеток лекарства, отвечать на все телефонные звонки и е-мейл. Эти две недели нахождения в Индии мне было запрещено употреблять алкоголь, курить и вести половую жизнь. Если бы я нарушила эти пункты, то клиника могла бы взыскать с меня всю затраченную на программу сумму — все строго! А заказчик, в свою очередь, должен оплатить все эти анализы, проживание, питание в гостинице и гонорар. Он мог запрашивать все необходимые дополнительные анализы, если потребуется.

В Индии Анну поселили в гостинице среднего уровня.

— Нас было пять человек из Украины, России и Беларуси. Из нашей страны две девушки. Вторая — замужняя мама двоих деток из небольшого города Гомельской области. Когда сдружились, она рассказала, что деньги ей нужны на замену крыши дома. И так, по мелочам.

Процедура изъятия яйцеклетки происходит одновременно с процессом подготовки к ЭКО женщины-реципиента.

— Переводчик мне сказал, что семья, для которой нужна была яйцеклетка, приехала из Америки, — делится девушка. — Все, что они хотели знать обо мне, было у них в личном деле. Поэтому никакого знакомства не было. Да и зачем все это? Морально будет тяжелее… По утрам мы ходили в клинику — на обследование и уколы. А после обеда у нас было свободное время — гуляли по достопримечательностям и священным местам Дели.

По словам девушки, мини-операция проходит под наркозом около 30 минут.

— Некоторое время ты еще лежишь в клинике и отходишь от процедуры. Как только пришла в себя от наркоза, идешь в гостиницу самостоятельно, уже получив гонорар. По первому договору это была тысяча долларов. Еще три дня за моим состоянием наблюдали врачи. Когда убедились, что все хорошо, отпустили на самолет.

— Яйцеклетки — это же ваши потенциальные дети…

— Если думать об этих рожденных, по сути, твоих детях, то можно сойти с ума, конечно. Я думаю только о том, что помогаю другим.

— Вы были донором два раза в той же клинике?

— Да, второй раз я поехала через три месяца туда же. Это специально отведенный для организма срок на отдых. По договору мне уже полагалось 1500 долларов. Цена связана с новым заказчиком. Как это регулируется — неизвестно. Заказчиком снова была американская семья.

— Как потратили гонорары?

— На детей, на их более-менее нормальную жизнь, — вздыхает Анна. — Вот сейчас уже готовлюсь к суррогатному материнству, но уже в Беларуси и также через фирму-посредника. Обещают 12 000 долларов. Хочу купить небольшой домик в деревне Минской области, чтобы дети ни в чем не нуждались. Уже сдала все анализы, семья врачей из Беларуси ждет меня на подписание договора.

Белоруски редко решаются на донорство в других странах

Фото с сайта dribin.by
Фото с сайта dribin.by

— Белоруски редко решаются на донорство в других странах, приезжают единицы, — рассказывает Галина Костюкова, официальный представитель клиники AVEYA.IN AVEYA IVF, с которой белоруска заключала контракт. — Чаще всего к нам приезжают донировать украинки и россиянки — они более смелые и открытые. Ищем мы их через социальную сеть.

В Индии на первом месте стоит здоровье донора, а уже потом внешность. Потенциальный донор яйцеклеток проходит в первую очередь осмотр гинеколога, УЗИ малого таза и потом комплексное обследование на наличие заболеваний. Важно также правильное сложение тела — пропорциональность. После получения результатов медицинского обследования женщины сдают генетический анализ.

С его помощью можно заранее прогнозировать здоровье будущего ребенка, выявить возможные наследственные заболевания и найти пути решения проблемы патологии.

— Как часто женщина может быть донором яйцеклеток?

— Не более семи-восьми раз, больше уже не приглашаем, яйцеклетки у женщины растут, но плохо оплодотворяются. Вот у Анны взяли 32 яйцеклетки в первый раз. Из них однозначно 12 будут негодными, 16−18 будут рабочими, но оплодотворятся только около 8−9. В лучшем случае, чтобы получилось два-три хороших здоровых эмбриона. Неоплодотворенные яйцеклетки замораживаются.

— Вы занимаетесь подбором еще и суррогатных мам?

— Да, я работаю еще представителем и в других странах — по Непалу и Испании. Вот сейчас как раз занимаюсь организационными вопросами будущей суррогатной мамы в Испании. Она, кстати, белоруска. Развелась с мужем, на год приезжает в Испанию с ребенком. Даже такое разрешили будущие родители.

Банк донорских клеток в Беларуси пуст

В 2012 году Совет министров Беларуси утвердил порядок создания и ведения единого регистра доноров половых клеток. Но банк половых клеток до сих пор пуст. Донором пока может быть только близкий родственник.

— Мы донорскими яйцеклетками не занимаемся и пока не собираемся, — рассказывает Алла Камлюк, заведующая отделением планирования семьи и вспомогательных репродуктивных технологий РНПЦ «Мать и дитя». — Мы как-то взяли у одной женщины яйцеклетки и заморозили. Яйцеклетка полгода находилась на карантине. Спустя это время мы ее еще раз исследовали на «спящие болезни». Затем смогли дать заключение, может ли эта яйцеклетка использоваться. Эта процедура обходится в 50 миллионов как минимум. У нас таких свободных средств нет. Поэтому это больше коммерческий проект.

{banner_819}{banner_825}
-20%
-21%
-10%
-20%
-6%
-20%
-20%
-40%
0064395