/

Вчера во время стихии в Национальном аэропорту пострадало восемь самолетов. Один из них, легкомоторный Ekolot KR-030 Topaz, просто разорвало на части. «Самолет восстановлению не подлежит: корпус переломан пополам, крыло оторвано — его часть отлетела метров на 200″, — рассказывает один из владельцев судна. Новый Ekolot KR-030 Topaz только неделю назад пригнали в Беларусь с завода. Хозяева самолета уверены: аэропорт нарушил правила ответственного хранения, не спрятал самолет в ангар и не закрепил на стоянке.

Фото предоставлены героем материала.
Ekolot KR-030 Topaz изготовили в Польше.

Пилот ​Иван Кутень рассказывает: он и еще два владельца - Алекс Лесли и Андрей Жешко - вчера враз лишились покупки, о которой мечтали несколько лет.

Дело в том, что пострадавший самолет покупался вскладчину.

— Мы все трое — пилоты, окончили Белорусскую авиационную академию, получили свидетельства пилотов на различные типы самолетов и вертолетов. Вот, хотели повысить свой пилотский рейтинг, получить сертификат для международных перелетов. Для этого и купили этот самолет как тренажер. У него есть все оборудование для полетов ночью, полетов по инструментальным правилам и полетов за границу. Самолет позволил бы нам сделать дальнейший шаг в карьере. Хотели летать в Польшу, по всей Европе. Но пока эта мечта откладывается.

О произошедшем во время стихии Иван Кутень узнал от знакомого, который слышал, что в аэропорту Минск пострадало несколько самолетов, затем увидел фото своего разбитого судна в интернете.

Еще вчера владельцы обратились в Следственный комитет, сегодня отправятся в Национальный аэропорт — писать официальную претензию.

Этот сверхлегкий самолет доставили в Минск около недели назад. Ekolot KR-030 Topaz с завода-изготовителя обошелся Ивану и еще двум владельцам в 25 тысяч евро, плюс таможенная пошлина — порядка 10 тысяч евро.

«Мы два года выбирали этот самолет. Год его для нас собирали на заводе, — говорит один из владельцев. — Устраивал по соотношению цена-качество. Чешский или немецкий аналог стоит в два-три раза больше. А этот создан по новой технологии, он полностью углепластиковый, позволяет скорость развивать, приближенную к таким же тяжелым самолетам. Плюс техническое обслуживание можно выполнять на заводе-изготовителе. А это рядом — очень удобно».

— Дело в том, что самолет еще не был растаможен, а значит — не застрахован. До момента растаможки он находился на ответственном хранении в аэропорту, — рассказывает владелец. — Эта стоянка имеет статус таможенного склада.

Новый самолет поставили на хранение не в ангар, а на открытой местности.

— Несмотря на то, что аэропорт международный, оказалось, что там отсутствуют крепления для любых видов легких самолетов. Вскоре после того как самолет привезли, мы стали требовать, чтобы аэропорт исполнил свои же внутренние инструкции, которые предписывают хранить самолеты либо в ангарах, либо привязанными якорями к земле. Вместо этого наш самолет оставили неприкрепленным, на открытой стоянке, почему-то недалеко от взлетной полосы и рулежной дорожки, — рассказывает Иван Кутень.

Фото предоставлены героем материала.
Владельцы считают, что Национальный аэропорт «Минск» нарушил сразу несколько авиационных правил, сначала не припарковав самолет на оборудованной для него стоянке, а потом не загнав его в ангар при получении штормового предупреждения. Кстати, работники аэропорта специально изучают правила швартовки судна и получают на это допуск.

Не дождавшись реакции от аэропорта, пилоты как смогли закрепили самолет сами. Повесили гири в нескольких местах.

— Средний ветер он выдерживал хорошо, а вот при вчерашней буре наши усилия не помогли, — сетует собеседник.

Владелец объясняет: якоря, в которых отказал Национальный аэропорт, делаются несложно и надежно закрепляют самолет в трех местах — под крыльями и в хвосте. Незакрепленный же самолет во время стихии подняло в воздух метров на десять, перевернуло и ударило об землю. Восстановлению он не подлежит.

— При этом за необорудованное место, где стоял наш самолет, берут по 50 долларов в день, — говорит Иван. — За что? Просто за плоскость? Так можно было вообще его на автомобильную стоянку рядом с аэропортом поставить — дешевле бы вышло.

Фото предоставлены героем материала.

Фото предоставлены героем материала.

Фото предоставлены героем материала.

Фото предоставлены героем материала.

Фото предоставлены героем материала.

Между тем на многих небольших аэродромах в Беларуси есть необходимые крепления, говорит Иван. Но увезти туда свой самолет владельцы не имели права, пока он не растаможен.

— В общих документах по авиационной безопасности есть нормы, что самолеты при швартовке должны быть надежно закреплены, а в локальных нормативных актах уже прописывают способы их крепления. Я вчера потребовал у представителя аэропорта внутренний акт. Мне в нем отказали, якобы там не написано про самолеты сверхлегкой авиации. Но на самом деле неважно, к какому типу авиации относится самолет. Национальный аэропорт Минск сертифицирован для приема любых самолетов — от сверхлегких до тяжелых, — говорит Иван.

Владельцы самолета вчера обратились в Следственный комитет — там занимаются дознанием по делу. Уголовное дело не возбуждали, случай рассматривается как летный инцидент.

Так выглядел самолет в Национальном аэропорту Минск до бури. Фото с форума TUT.BY

​- Мы заявили, что видим признаки халатности, выраженные в несоблюдении внутренних инструкций аэропорта Минск-2 по швартовке и якорению самолетов. Сейчас едем в аэропорт, предъявлять претензию в письменном виде.

Пилоты оценивают ущерб: это стоимость нового самолета плюс таможенная пошлина, которая была уплачена и подлежит возврату - всего около 35 тысяч евро.

-50%
-20%
-10%
-20%
-55%
-10%
-25%