Она так давно стоит на трассе Гродно — Барановичи (в районе Зельвы), что местные жители принимают ее за дорожный столбик. Конечно, Татьяне хочется стать кем-то большим, чем уличная проститутка, но, говорит, мешают чувства усталости и безысходности. Слабохарактерность. И общество, которое любит прятаться от таких, как она.

Работница «сферы услуг» на трассе Зельва — Слоним Татьяна

Сейчас Татьяне* 39. Двадцать из них она в сфере услуг. Кукла для дальнобойщика, если хотите. Хотя «куклами» назвать дорожных проституток сложно. Как правило, они не блещут красотой. Чаще всего это немытые, спившиеся женщины. Их лица печальны, а на теле шрамов больше, чем у боевого офицера SAS. Каждое утро она выходит из дома в агрогородке Зельвенского района, садится на попутку и доезжает до Зельвы. Ее рабочая площадка — трасса Р99.

— Все просто. Останавливаю машину. Прошу подбросить до Слонима. Оцениваю водителя. Задаю вопрос: «Отдохнуть не желаете?» Час традиционного секса стоит 300 тысяч рублей. Дополнительные услуги — 400−500 тысяч, но я эти услуги оказываю редко. Рабочие сутки приносят примерно 10−15 у.е. Это минимум.

Помню, заработала как-то 780 евро за полчаса. Но бывает, что едва и 50 тысяч рублей наскребешь. Подоходный (смеется) не плачу: некому. Дали бы расчетный счет, я б с удовольствием. Есть скидки, но только для постоянных клиентов. Клиенты в основном белорусы. На легковых машинах. Польские и российские дальнобойщики тоже останавливаются, но реже. Самые развратные — жители Польши, иногда их сексуальные фантазии выходят за пределы разумного. Хотя и среди белорусов частенько встречаются индивидуумы. Из невинного: «Раздевайся и танцуй, пока я еду», — рассказывает Татьяна.

Сейчас она работает только на себя. И только в направлении Слонима. В сторону Волковыска — по 6−8 проституток на километр, конкуренция. Да и местная милиция уже особо не трогает. Разве что иногда подъедет гражданский на легковушке, спросит: «Работаешь?» Ткнет удостоверением в лицо и протокол составит. За отсутствие фликера на рукаве.

Как бы выжить?

У Татьяны с детства все пошло кувырком. Родилась в деревне Ковалевщине (Логойский район Минской области). В школе училась хорошо и даже была председателем пионерской дружины. Но вот в семье не заладилось: родной отец пил и семью бросил. Мама умерла, когда Татьяне было 9 лет. Отчим изнасиловал. Дальше — школа-интернат. Работала в колхозах с 14 лет. В 15 устроилась на спичечную фабрику в Борисове. Жила в общежитии. Рядом служил Василий — гражданин Российской Федерации из города Карачева Брянской области. Случайное знакомство, беременность, переезд в Россию — традиционный путь ребенка из неблагополучной семьи, самостоятельно ищущего благополучия.

В 1992 году в Карачеве Татьяна получила паспорт (тогда жителям России все еще выдавали документы советского образца) и прописалась у Василия. На свет появился сын, который стал «поводом» для заключения брака. Любви уже не было, потому что муж изменял. И как всякое вынужденное, замужество Татьяны оказалось недолговечным. Семья существовала всего год.

— Развод вынудил меня вернуться в Беларусь. Я выписалась из дома мужа. Сына оставила ему. Можно сказать, я бросила ребенка, но в России у мужа была крыша над головой и работа. Я просто желала сыну хоть какой-то устроенности. Потому что сама возвращалась в неизвестность, хоть и на родину. Я решила уехать к сестре, которая проживает под Молодечно. Но не знала, как она примет меня и примет ли вообще… Из России в Беларусь я ехала одна, зимой, автостопом.

Лучшее предложение

На трассе Москва — Брест Татьяну подбирает фура. В кабине два водителя и девочка-подросток. Зовут ее Наталья, на два года младше Татьяны, но чувствует она себя в компании взрослых мужчин вполне комфортно. Она из Слонима. Узнав о проблемах нашей героини, Наталья предлагает ей поработать вместе с ней на трассе. Стимул — ее квартира в Слониме. Теплый угол был на тот момент самым важным желанием в жизни Татьяны, и она согласилась. Но быстро пожалела…

— Моя новая подруга дала мне жилье, но взамен требовала слишком много. Клиентов на трассе я искала самостоятельно, выручку она отбирала. Подруга сильно пила. Не оставалось ничего другого, как уйти от нее…

Долгое время Татьяна жила где придется, промышляя случайными заработками, в том числе и уличной проституцией. А уличную проститутку, как известно, всегда сопровождает рой тяжелых заболеваний. Не стала исключением и Татьяна. Плеврит легких, туберкулез, множественные гематомы на голове и на теле, глухота… Только на одной руке от запястья до локтя 38 швов: отличительные знаки потерянного человека, у которого мысль «я не могу изменить свой мир, поэтому меняю его на другой» уже становится девизом. Пик морального разложения — пристрастие к алкоголю, физического — цирроз печени. Отнимаются ноги. А еще в странствиях утерян паспорт СССР.

В этот минорный период на автобусной остановке Татьяна знакомится с Александром, который живет в одном из агрогородков Зельвенского района. К нему девушка и едет. Потому что ехать больше некуда.

Я хотела бы стать человеком…

— Сейчас живу у Саши на птичьих правах. Он перебивается случайными и редкими заработками, а моя трасса — постоянный источник дохода. На самом деле я давно пытаюсь бросить проституцию. Сейчас как никогда мне необходима независимость, хочу устроиться на нормальную работу в тот же колхоз, получить собственный уголок и стать полноценным членом общества. Но меня никуда не берут. У меня нет паспорта гражданина Беларуси, которым я являюсь, а советский паспорт утерян. Из всех документов на руках — свидетельство о рождении, свидетельство о браке и справка с места работы на спичечной фабрике в Борисове.

Долгое время я пытаюсь сделать себе паспорт, однако местные службы не желают заниматься моей проблемой, так как вообще считают меня гражданкой России. Потому что в 92-м я была замужем за гражданином РФ и прописана в Брянской области. В России, куда меня отправляют, я никто. Жила там всего год, выписана и оснований для получения российского паспорта не имею. Но он мне и не нужен. Я белоруска. Но белорусские службы это мало интересует: из Слонима отправляют по месту жительства, в Зельву. Из Зельвы назад, в Слоним. И так по кругу. Дали бы хоть какое-то временное удостоверение личности, по которому можно было бы устроиться на работу.

В конфиденциальном разговоре работники милиции сказали нам:

— У женщины проблемы не только с паспортом, но и с алкоголем. Ей пытались помочь и органы власти, и простые жители агрогородка, в котором она сейчас проживает. Устраивали на работу на местное производство. Но долго она там не продержалась именно по этой причине. Милиция уже не трогает ее только из жалости, она сильно болеет. Иначе давно и надолго упрятали бы в ЛТП. Сейчас ей необходимо в первую очередь бросить пить, подлечиться и восстановить паспорт. Деньги на это у нее есть, она зарабатывает не только проституцией. По решению суда, который в свое время признал ее пострадавшей от действий сутенеров, Красный Крест выплачивает ей пособие. Хочет стать полноценным членом общества? Тут много, если не всё, зависит от нее самой.

Начальник отделения по миграции и гражданству Логойского РОВД Минской области Александр Германов:

— Она родилась и выросла в Логойском районе. Пусть соберет все документы, которые есть на руках: свидетельство о рождении, свидетельство об образовании, разводе, справки с места работы, — и едет к нам в отделение. Мы постараемся ей помочь.

*Имя главной героини изменено по этическим соображениям.

{banner_819}{banner_825}
-55%
-55%
-50%
-20%
-50%
-20%
-20%
-35%