Поддержать TUT.BY
67 дней за решеткой. Катерина Борисевич
Коронавирус: свежие цифры
  1. «Людей лишают «плюшек». Официальные профсоюзы придумали, как удержать работников и «наказать» тех, кто вышел
  2. Студента БГУИР, которому суд дал 114 суток ареста за марши, отчислили из университета
  3. История о том, как простой парень спас семью из пожара, получил медаль «За отвагу» — и как сложились их судьбы
  4. Перед жительницей Петербурга, получившей удар в живот, извинились — и руководство полиции, и сам полицейский
  5. За сутки умерли 10 пациентов с коронавирусом. Минздрав озвучил последние цифры о COVID-19
  6. «В весе 115 кг я перестала выходить из дома». История девушки, похудевшей на 55 килограммов
  7. Без жестких диет. Совет Елены, которая много раз пробовала похудеть и наконец сбросила 21 кг
  8. «Место делали для себя и для гостей». Рядом с метро «Площадь Победы» открылся небольшой рестобар
  9. Чиновники придумали, как законодательно «закрепить статус» Всебелорусского народного собрания
  10. И ездить не стыдно, и налог платить не надо. Подборка крутых автомобилей старше 1991 года выпуска
  11. Минское «Динамо» играет против «Северстали». Онлайн матча
  12. Судят соратников Тихановского, но его самого в суд не вызывают. Чем это грозит политзаключенному?
  13. Игорь Лосик остановил голодовку после более чем 40 дней
  14. На вторник и среду синоптики объявили оранжевый уровень опасности
  15. А протесты — врозь. Почему Путин не будет гулять с автоматом и в России не запретят синие трусы
  16. Лукашенко чиновникам про биометрические паспорта: Даже двойки нельзя вам поставить по защите персональных данных
  17. Помните, как ЦИК забросали жалобами на нерегистрацию Бабарико? Теперь хотят ввести изменения по обращениям
  18. Новый КоАП вводит правило «первого раза» для водителей: за какие нарушения сначала не будет штрафа
  19. Максим Знак остается в СИЗО, Игорь Лосик прекратил голодовку. Что происходит в Беларуси 25 января
  20. «Силовики противостоят спонсируемой из-за рубежа революции». Эксперты о протестах у нас и в РФ
  21. «Скучно, девочки». Путин прокомментировал расследование ФБК о дворце в Геленджике
  22. Поддержать TUT.BY может каждый. Вот простой и полезный способ
  23. Погода на неделю: циклон «Ларс» принесет в Беларусь снег, мокрый снег и дождь
  24. Предложения по Конституции: Утверждать результаты президентских выборов будет Всебелорусское собрание
  25. Британские СМИ о подробностях крупной аферы: подозреваемый бежал через Минск, за бизнес-джет платил наличными
  26. В Беларуси готовятся нанести удар по коррупции. Что хотят изменить
  27. В 2020 году — семилетний антирекорд по покупке квартир. Эксперты рассказали, что происходит
  28. 555 долларов за «квадрат». Под Минском построили частный дом из мапидовских панелей. Вот он какой
  29. Балаба: Минский ОМОН готов к возможным весенним акциям протеста
  30. Холдинги создали. На очереди — госкорпорации. В чем суть смены вывесок?


Олексій Коваленко,

Тысячи украинцев на Донбассе из-за боевых действий потеряли свои дома. Многие уехали и из прифронтовой зоны, не став ждать, когда война придет к ним на порог. Беларусь стала одним из основных направлений, которые выбирали украинские переселенцы.

Корреспондент Naviny.by пообщался с тремя переселенцами из прифронтовых городов. Все они живут в Беларуси уже примерно год. Кого-то тянет на родину так, что сорвался бы прямо сейчас, если бы не война, другие уже привыкают к мысли, что их новый дом — здесь.

Радошковичи. Людмила Руменко, Мариуполь, Донецкая область

— Дети уехали раньше меня. Дочь с внуками уехала в Житомирскую область еще в августе прошлого года. Мы тогда попали в неприятную ситуацию. Отдыхали в Сопино, недалеко от Мариуполя, и увидели, как две стороны выясняют отношения. После этого они решили уехать.

Я работала бухгалтером на ПАО «Азовобщемаш» (предприятие находится на грани банкротства, работники уже долгое время не получают зарплату. — Прим. ред.). Дочь и сын тоже работали на этом заводе, потом дочь ушла в декрет. Муж так и остался в Мариуполе, там же работает. Он не может переехать к нам из-за состояния здоровья.

Мне Радошковичи напоминают мой дом. Я родилась в селе на Житомирщине. У детей, конечно, родной город уже Мариуполь. В Мариуполе мы разговаривали на украинском, дети ходили в украиноязычные школы, внуки учили украинский в детских садах. Вот сейчас звоню мужу и разговариваю с ним по скайпу на украинском. Многие там не любят наш язык и называют себя русскими, а не украинцами. Я ничего не имею против, чтобы все говорили на украинском, мне этот язык очень нравится.

Из Мариуполя мы сразу переехали в Житомирскую область. Нам там пошли навстречу, сын нашел работу на заводе и ему хорошо платили. Казалось, что все хорошо и к нам там очень хорошо относились, но морально было тяжело. Сын начал чувствовать, что за его спиной говорят: «Вот, чего он сюда приехал, а не свой дом защищает». Не каждому будешь объяснять, почему ты не хочешь воевать.

Мы не раз думали о том, что можно было бы вернуться назад, но там нет работы. Дети пока не хотят. У дочери трое малышей и она без мужа, ну как я ее здесь брошу. Сама я очень хочу вернуться домой.

Здесь, в Беларуси, нам очень помогали. Волонтеры и продукты, и вещи давали. И мы что-то свое отдаем другим переселенцам. Красный Крест предоставлял помощь. Единственная проблема — с жильем. Я не работаю здесь, потому что нужно смотреть за маленьким ребенком, а дочь работает продавцом. Финансово в Беларуси легче, чем в Мариуполе. На маленькую внучку платят пособие, у дочери есть работа. Сейчас попробуем ей оформить статус матери-одиночки в Беларуси.

Сын живет и работает в Минске. Он нашел работу в фирме, которая устанавливает окна, и практически вся его бригада из Мариуполя. Отношение здесь к нам замечательное. Почувствовали это и в детском саду, и в поликлинике, когда прививку ребенку делали. Если будет такая ситуация, что дочь получит вид на жительство, то, может, мы сюда навсегда переедем.

Даже не знаю, кого винить в ситуации, которая сложилась в Украине. Просто ради безопасности своих детей и внуков решили уехать. Видели ведь и события 9 мая, и обстрелы Восточного. Кроме того, все мы работали на одном предприятии, где не платили деньги. Очень не хотелось увольняться, ну, а что делать. Мы стараемся с мужем особо не говорить про Мариуполь, потому что хочется туда вернуться, а возможности такой сейчас нет.

Идешь, бывает, на работу, а тебе начинают звонить и говорить: «Сворачивайтесь, идите назад. Сейчас начнется». Пусть взрывы и не в Мариуполе, но это в нескольких километрах от города. Муж недавно был ночью на работе, и что-то взорвалось настолько сильно, что пришлось выбежать из цеха. Рассказывает, грохот стоял невероятный, казалось, что стены завалятся. Ничего неизвестно, откуда выстрелы, что происходит.

Когда мы приехали в Радошковичи, был выходной день, а окна квартиры выходили на ресторан. Вечером запустили фейерверки. От них дети перепугались и не знали, куда им бежать и что происходит. Такие же звуки были и когда обстреливали окрестности Мариуполя. Дети упали на пол, кричали. Потом, если было что-то похожее на выстрел, то постоянно спрашивали: «Бабушка, это что — стреляют?» Сейчас, спустя год, уже, конечно, все прошло.

У многих была хорошая работа, высокий доход, а пришлось все бросить и уехать, потому что их дома начали обстреливать. Приехала сюда семья из Луганска. Рассказывают, что успели бежать буквально за три дня до того, как их дом разбомбили. Говорили с переселенцами из Горловки. Их дети рассказывали, как ползли по огороду, когда были обстрелы.

Сюда тоже разные люди приезжают, и у всех свои требования. Некоторые думают, что их здесь не так встречают или что-то подобное. Волонтер, которая к нам приехала, сказала, что нам «просто хочется помогать», потому что не выдвигаем никаких требований. Бывают и такие, кому не угодишь.

Хочется, чтобы все быстрее закончилось. У меня там мама, родственники, сестры и братья. Все перемешалось, разные мнения, взгляды. Знаю семьи, в которых кто-то погиб на войне. Ситуация, которая там сложилась, ломает судьбы и жизни людей. Правительство должно приложить все усилия, чтобы было какое-то перемирие.

«Але я щиро вірю, що все буде добре», — говорит Людмила на прощание.

Поселок Дружный. Павел Сытник, Украинск, Донецкая область

Фото со страницы Павла в «Одноклассниках»

— Я приехал в поселок Дружный (Пуховичский район Минской области. — Прим. ред.) с девушкой 10 сентября прошлого года, потом она стала моей женой. Дома я работал на шахте, жена — на кондитерской фабрике. Основная причина переезда — опасение за жизнь. В 20−30 километрах от нас шли активные бои. Из-за этого были и постоянные перебои с водоснабжением. Мы начали понимать, что скоро там жить станет невозможно.

Отдельная история — с зарплатой. Ее уже перестали даже обещать. Моя шахта была на государственном обеспечении, поэтому мы не ждали чего-то лучшего в будущем. Перед отъездом я еще получал зарплату, но позже связывался со своими родственниками, и они рассказывали, что стали получать какие-то проценты от зарплаты. Потом ее стали задерживать, начались забастовки. Ко всему прочему, у нас на Донбассе начали расти цены. Цены выросли на все: коммунальные услуги, продовольствие. Это тоже одна из причин нашего переезда.

Решили переехать именно в Беларусь, потому что здесь у меня есть родственники: тетя и двоюродные сестры. Они помогли нам обустроиться. Одна из сестер живет в Дружном, а две другие — в Минске. Страшно было бы ехать в неизвестность. Наши знакомые поехали в Кемеровскую область, побыли полгода и вернулись обратно. Негде было жить, да и работу было сложно найти.

На первое время мы поселились у тети, у нее трехкомнатная квартира. Сестра помогла найти работу. Она привела меня на ТЭЦ. С учетом того, что у меня есть высшее образование в Артемовской инженерно-педагогической академии, взяли инженером в службу релейной защиты. Дома работал подземным электрослесарем.

Жене немного сложнее. Она сначала искала работу в Минске. Устроилась там, в одном ресторане. Были проблемы с разрешением на работу. После попробовала работать продавцом-кассиром в Дружном. Здесь это оказалось проще.

Дома у меня остались мать, отец и брат. Общаемся, стараемся поддерживать связь. Они не хотят все бросать и переезжать к нам. В нашем городке, конечно, серьезных боевых действий не ведется, но бросить всё страшно. Да и мы сами только обустраиваемся. Сейчас перешли на съемную квартиру, стоим на очереди на общежитие от ТЭЦ.

С другими переселенцами особо не общались, просто спрашивали, кто откуда. Их истории не сильно отличаются: у кого разбомбленные города, у кого жилья вообще нет. В интернете общаемся с украинцами, которые из соседних городков уехали. У многих здесь проблемы с работой.

Белорусы показались мне более добрыми и открытыми в отличие от украинцев. Они готовы помогать. Сложно только с медицинским обслуживанием. Я подал документы, чтобы получить вид на жительство. Если мы его не получим, то так и будем оплачивать все по стопроцентной стоимости.

Зарплаты здесь на порядок выше. Например, зарплата моей жены в два раза больше, чем на работе продавца-кассира зарабатывают в Украине. У меня зарплата в Украине до войны была немного больше, чем здесь. Сейчас все по-другому, а цены в Украине уже почти как в Беларуси. Даже на некоторые продукты дороже.

Я думаю, что мы уже навсегда останемся здесь. Дома не скоро наступит стабильность. Похоже, что все будет восстанавливаться очень долго.

Я не знаю, кого винить в том, что произошло. Люди в Украине вообще не причем. Воюют две банды — что там, что там. Я не знаю, кто эти люди, которые воюют на стороне ДНР, поэтому доверять им не собираюсь. В правительстве тоже непонятно кто сидит. Принимать иностранцев в правительство — глупо.

Когда меня на работе коллеги спрашивают о ситуации в Украине, то объясняю как есть: правительство непонятно чем занимается, воюет с собственным народом.

Домой не ездили за все время. Расписывались в Харькове только. Там отец жены живет. Даже родители на роспись приехать не смогли. Так что сложная на Донбассе ситуация.

Минск. Виктория Коновалова, Красноармейск, Донецкая область

— Приехала в Беларусь в конце прошлого года из Красноармейска. Работала там на шахте ведущим экономистом. Решила уехать из-за военных действий, которые были совсем рядом. Тяжело смотреть на происходящее дома. В моем городе военные действия не велись, но там были украинские военные части.

Проблем с зарплатой у нас на шахте не было, это чуть ли не единственное предприятие в Красноармейске, где ее выплачивали.

Хотелось бы, чтобы дома все нормализовалось, но, глядя на масштабы, не думаю, что это скоро произойдет.

Переехала именно в Беларусь, потому что у нас дома очень хорошо отзывались об этой стране. Хотелось самой повидать, ощутить, попробовать. Переехала я одна, все родственники остались в Красноармейске. Мама — помощник воспитателя в детском саду от шахты, сестра работает в отделе культуры и туризма. Жизнь всех в моем городе так или иначе связана с шахтой.

Их тоже посещают мысли о том, чтобы переехать сюда. Если военные действия начнутся в самом городе, то они сразу же переедут сюда.

Когда я приехала в Минск, то тут же отправила свое резюме на разные предприятия. Мне очень повезло, что Минский вагоноремонтный завод искал инженера по нормированию труда. У меня был до этого опыт работы нормировщиком на шахте, поэтому меня сразу же пригласили на собеседование. Я была очень удивлена, насколько доброжелательные и отзывчивые люди мне здесь попадались. Я где-то месяц снимала здесь комнату. За две недели я нашла работу, а потом мне предоставили общежитие.

Я бы не хотела озвучивать свою политическую точку зрения по отношению к тому, что сейчас происходит в Украине. Просто уверена, что такого быть не должно, когда брат идет с оружием на брата. Моя позиция менялась за время обострения ситуации. Я не думаю, что на войне может быть только одна правда.

Пока я планирую оставаться здесь, даже подала документы, чтобы получить вид на жительство. Дома, конечно, всегда лучше, но здесь тоже хорошо. Я не чувствую себя здесь чужой, тут мне комфортно.

Уже после того, как диктофон был выключен, а фотографии сделаны, Виктория вспоминает, что не всё сказала, что хотела:

«А вот еще что. Я забыла совсем сказать спасибо президенту Лукашенко. Благодаря его указу по переселенцам я нашла здесь работу, жилье. И вообще я ему очень благодарна».

-14%
-15%
-7%
-25%
-20%
-21%
-10%
-20%
-10%